Лаймен Баум – Чудесная Страна Оз (страница 20)

— Сейчас как раз очень трудная минута, — заметил Тип, — и, если твои мозги нас не выручат, придётся куковать в этом гнезде до конца дней.

— Но у нас же есть пожелательные пилюли! — воскликнул Страшила, извлекая коробочку из жилетного кармана. — В них наше спасение!

— При этом требуется досчитать по два до семнадцати, — напомнил Железный Дровосек. — Наш общий друг Кувыркун утверждает, что высокообразован — пусть попробует.

— При чём тут образованность? — возмутился Кувыркун. — Вся закавыка в математике. Несчётное число раз я наблюдал за тем, как профессор решает на доске примеры. Послушать его, так с иксами, игреками, буковками и значочками можно делать, что угодно, главное — намешать побольше плюсов, минусов и «равно». Однако, насколько я помню, даже и он не решался утверждать, что нечётное число можно получить путём сложения чётных чисел.

— Ой, как много учёных слов! — закручинился Тыквоголовый. — Голова трещит — сейчас лопнет!

— У меня тоже трещит, — мрачно сказал Страшила. — Твоя математика, как я погляжу, вроде банки с компотом: хочешь достать вишню — так сколько ни тыкай, всё попадается не то. Я-то уверен: ларчик открывается просто. Если, конечно, открывается вообще.

— Согласен, — кивнул Тип. — Старуха Момби ничего не смыслила в иксах и игреках. Она и в школе-то никогда не училась.

— А что, если вести счёт от половины? — неожиданно предложил Конь. — Взять для начала две половины, а там, может, и до семнадцати недалеко?

Все переглянулись в изумлении: такой блестящей идеи от Коня не ожидал никто.

— Снимаю шляпу, — сказал Страшила и низко поклонился.

— Он прав, — воодушевился Кувыркун, — сложим две половины, получим единицу, а уж к ней начнём прибавлять по два и так дойдём до семнадцати.

— Удивляюсь, как это не я додумался первым! — пробормотал Тыквоголовый.

— А ты не удивляйся, — назидательно сказал ему Страшила. — И не считай себя умнее других.

— Дело теперь за желанием, — торопил друзей Тип. — Кому глотать первую пилюлю? Может быть, тебе?

— Мне нельзя, — замотал головой Страшила.

— Почему же нельзя? Рот-то у тебя есть, — удивился мальчик.

— Есть-то он есть, только нарисованный и глотать из него некуда, — объяснил Страшила. — По правде говоря, — признал он, вздохнув и критически оглядев компанию, — боюсь, что из нас глотать умеют только мальчик да Кувыркун.

— Тогда первое желание загадаю я, — вызвался Тип. — Подайте мне сюда серебряную пилюлю.

Туго набитые перчатки Страшилы не могли ухватить такой маленький предмет, и потому он протянул мальчику всю перечницу. Тип достал одну пилюлю и положил её в рот.

— Считай же! — азартно вскричал Страшила.

Тип стал считать: «Половина, один, три, пять, семь, девять, одиннадцать, тринадцать, пятнадцать, семнадцать!»

— Теперь говори желание! — торопил Железный Дровосек.

Но как раз в это мгновение мальчик почувствовал в животе страшную боль.

— Пилюля отравленная! — закричал он в страхе. — О-ой! Убили! Караул! О-ой! — И он стал, скорчившись, кататься по дну гнезда. Тут уж все перепугались не на шутку.

— Чем тебе помочь, дружище? Скажи скорей! — умолял Типа Железный Дровосек, по никелированным щекам которого катились слёзы.

— О-ох, я не знаю! — причитал Тип. — О-ох! Лучше бы я не глотал эту пилюлю!

Боль прошла так же внезапно, как появилась.

Мальчик встал на ноги, а Страшила изумлённо уставился в чудесную перечницу.

— Что ты там увидел? — спросил мальчик, которому тут же стало немного стыдно за проявленную слабость.

— Здесь снова три пилюли, — пробормотал Страшила.

— Вполне понятно, — объяснил Кувыркун, — ведь Тип сказал: лучше б я не глотал пилюлю. Вот желание и исполнилось: он ничего не глотал. Стало быть, в перечнице и должно быть три пилюли.

— Может, я её и не глотал, — растерялся мальчик, — но только мне всё равно было ужасно больно.

— Не логично, — продолжал рассуждать Кувыркун. — Если ты не глотал пилюлю, тебе не могло быть больно. А раз твоё желание сбылось, значит, ты её не глотал и больно тебе тоже не было.

— Выходит, это я притворялся, — обиделся Тип. — Глотай тогда сам. Жаль только, что желание уже потрачено.

— Ничуть не потрачено! — возразил Страшила. — В коробке как было три пилюли, так и осталось, все целёхоньки.

— У меня уже голова пошла кругом, — пожаловался Тип. — Ничегошеньки не понимаю. Но глотать больше ничего не буду, можете быть уверены! — Он надулся и отошёл в угол гнезда.

— Что ж, — сказал Кувыркун, — так и быть, спасу вас всех, не будь я Сильно Увеличенный и Высокообразованный. Загадывать желание здесь всё равно, кроме меня, некому. Дайте сюда пилюлю.

Он проглотил её без колебаний, под восхищёнными взорами окружающих, потом досчитал до семнадцати по два в точности, как это сделал Тип. Почему — неизвестно, скорее всего, потому, что у жуков желудки крепче, чем у мальчиков, — но серебряная пилюля не доставила ему ни малейших неудобств.

— Желаю, чтобы сломанные крылья Рогача сами собой починились и стали как новые! — медленно и торжественно проговорил Кувыркун.

Желание сбылось столь молниеносно, что, обернувшись, они увидели Рогача уже совершенно целым и готовым к полёту, в точности как в тот момент, когда его оживили на крыше дворца.

Глава 20. Страшила просит помощи у Глинды

— Ура! — весело завопил Страшила. — Теперь мы свободны!

— Однако уже темнеет, — заметил Железный Дровосек, — не дождаться ли лучше утра, не то попадём опять в какую-нибудь переделку. От этих ночных полётов добра не будет.

Посовещавшись, путешественники решили ждать утра. А пока до темноты, чтобы скоротать время, обследовали Ворочье гнездо в поисках сокровищ.

Кувыркун нашёл пару прекрасных золотых браслетов и тут же надел их на лапки. Страшила увлёкся кольцами, которых в гнезде оказалось множество. Скоро ими были унизаны все пальцы его туго набитых перчаток, включая даже и большие. А поскольку кольца он выбирал с яркими камнями — рубинами, аметистами и сапфирами, — руки его так и сверкали, несмотря на сумерки.

— Сюда бы Королеву Джинджер, — сказал он задумчиво. — Насколько я понимаю, ей и её войску из всего моего королевства нужны были одни изумруды.

Железный Дровосек любовался своим брильянтовым ожерельем и заявил, что больше ему ничего не надо. Типу попались отличные золотые часы, они тикали теперь в его кармане. Кроме того, он прицепил парочку брильянтовых брошей к розовому жилету Тыквоголового, а на шею Коня повесил лорнет.

— На вид очень мило, — одобрил тот, — а что это такое?

Поскольку на этот счёт никто не смог ему сказать ничего толкового, Конь решил, что ему досталось какое-то редкостное украшение, и остался этим вполне доволен.

Рогачу, чтобы не было обидно, надели на рога несколько крупных колец, но он на них и внимания не обратил, будучи к своему внешнему виду совершенно равнодушен.

Вскоре сгустилась тьма, и Тип с Кувыркуном уснули; все прочие уселись рядом и стали терпеливо дожидаться рассвета.

Едва забрезжило утро, вдалеке показалась огромная стая Вороков. Птицы быстро приближались, с явным намерением возобновить битву за гнездо.

Однако наши путешественники не стали дожидаться нападения, а расселись поскорее на мягких сиденьях диванов, и Тип дал Рогачу команду взлетать.

Они взвились в воздух, и спустя уже несколько мгновений сильные и мерные взмахи крыльев унесли их так далеко от гнезда, что Вороки даже и не пытались их преследовать.

Самоделка взяла курс на север, откуда они прилетели. По крайней мере так думал Страшила, который в сторонах света смыслил, по общему мнению, больше других. Оставляя позади города и деревни, Рогач нёс их над широкой равниной. Домишки стали встречаться всё реже и, наконец, исчезли совсем. Дальше путь лежал через пустыню — ту самую, что отделяет Страну Оз от всего остального мира, и к полудню внизу уже замелькали дома с куполообразными крышами, а это означало, что они наконец дома.

— Здесь всё голубое — и дома, и заборы, — отметил Железный Дровосек, — значит, мы в Стране Жевунов. Отсюда до владений Глинды путь неблизкий, но главное — неизвестно, в какую сторону лететь.

— Как же быть? — спросил мальчик, поворачиваясь к предводителю их маленькой экспедиции.

— Не знаю, — честно признался Страшила. — Если б мы были в Изумрудном Городе, я бы сказал: летим прямо на юг и не ошибёмся. Увы, в Изумрудном Городе нам показываться никак нельзя. Рогач летит быстро, но в нужную ли нам сторону? Вот вопрос.

— Пусть тогда Кувыркун проглотит ещё одну пилюлю, — решительно сказал Тип, — и пожелает, чтобы мы летели в ту сторону, в которую нам надо.

— Согласен, — сказал Сильно Увеличенный, — и сделаю это с превеликим удовольствием.

Однако, когда Страшила стал шарить рукой в кармане в поисках перечницы с двумя оставшимися пожелательными пилюлями, там оказалось пусто. В тревоге путешественники обыскали весь свой летучий дом, но драгоценная коробочка исчезла бесследно.

А Рогач всё летел, унося их неведомо куда.

— Наверное, я оставил перечницу в Ворочьем гнезде, — предположил наконец Страшила.

— Плохо наше дело, — вздохнул Железный Дровосек. — Впрочем, не хуже, чем до того, как мы нашли пожелательные пилюли.

— Даже лучше, — ободрил друзей Тип, — ведь одной из них мы успели-таки воспользоваться и спаслись благодаря ей из ужасного гнезда.