Лава Сан – Измена. Доигрался, милый! (страница 36)

— Он на работе, — крикнула я, — в одном из своих фитнес-клубов. Поезжайте туда. Он часа через два только вернется.

— У меня бензин почти кончился, — голос женщины неожиданно потерял агрессию и заканючил, — можно, я его в доме подожду. У меня к нему дело важное. Вопрос жизни и смерти. Пожалуйста…

В голосе незнакомки зазвучали плаксивые нотки. Может, у нее беда случилась: ребенок болен страшной болезнью, или еще кто из близких… Вот она и мечется по обеспеченным людям, спонсоров ищет. Нервничает. Хотя… а чего она Мишу Мишкой называет? Возможно, бывшая одноклассница или приятельница по юности, вот и фамильярничает. А незнакомка продолжала скулить за воротами:

— Кроме Миши мне никто не поможет. Пустите меня, пожалуйста. Я тихонько его подожду.

Мои размышления и ее хныкающие просьбы смягчили настрой, и я начала осторожно спускаться, одной рукой держась за перила, а второй опираясь на трость. Гостья за оградой стояла тихо и ждала.

Когда я щелкнула задвижкой и распахнула калитку, передо мной предстала тощая блондинка. Не просто худенькая и стройненькая, а прямо дистрофичная, словно жертва Освенцима. Короткие, сожженные краской желто-белесые волосы намокли и липли к голове неопрятными прядями. Женщина смотрела на меня слегка воспаленными глазами, моргала, словно ей мешал яркий свет, а потом сделала шаг во двор, слегка оттолкнув меня в сторону.

А вот это уже наглость!

Она быстро направилась к крыльцу, а я шустро заковыляла следом:

— Погодите. Я разрешила вам подождать Мишу, а не хозяйничать тут.

Незнакомка остановилась и обернулась ко мне:

— А ты тут кто? Обслуга? Уборщица? Кухарка? Узнаю Мишкин почерк — приволок в дом очередную убогую тварь. Хромоножку. Вечно всех жалеет — благодетель долбаный. У тебя хоть кофе есть, дура кривоногая?

Я настолько опешила от ее слов, что даже растерялась. Только возмущенно рот раскрывала, словно вытащенная на берег рыба.

Блондинка посмотрела на мои попытки что-то произнести и скривилась:

— Точно — убогая дура. Ладно, сама все найду.

Она развернулась и начала подниматься по ступенькам. Я ошарашенно смотрела ей вслед и, наконец, отмерла.

Ринувшись вперед, я перехватила бадик за самый низ, а ручкой, как крюком, потянулась к ее ноге, зацепила и дернула на себя:

— Куда собралась, коза драная?! — гаркнула я на половину улицы.

Блондинка не ожидала такого подвоха… Ее нога выскочила из-под нее, вторая подвернулась, а тело рухнуло вперед, ударившись грудью о ступеньки. Эта коза и лицо бы себе расквасила, да только успела руки выставить. Она злобно оглянулась на меня и зашипела:

— Ах ты, тварь! Это мой дом!

Она с трудом поднялась на ноги и двинулась ко мне, я перехватила трость, как дубинку и приготовилась защищаться… Тут со стороны Таюхиного крыльца раздался звук открываемой двери, и голос подруги спросил:

— Маришка, что у тебя за грохот?

— Таюха! — заголосила я. — У меня баба-грабитель. Помоги!

— Ага! — долетел воинственный клич Таис, и по лужам зашлепали быстрые шаги. — Руки вверх!

Ворота я не успела закрыть, но по ошалелому лицу блондинки поняла, что Тая ворвалась во двор не с пустыми руками… Тут раздался звук автоматной очереди, и в незнакомку полетели белые пластмассовые пули с мягкими наконечниками. Таис стреляла этой вражьей морде прямо в лицо из Сашкиного игрушечного автомата…

Блондинка закрыла глаза руками и завизжала:

— А-а-а, убивают. Помогите!

Таис в два прыжка взлетела на крыльцо, продолжая стрелять, сбила с ног чужачку и уселась на нее сверху, заломив той правую руку за спину:

— Лежи тихо, сука, а то я тебе плечо из сустава выломаю.

Блондинка перестала дергаться, притихла, а потом жалобно заскулила:

— Я не вор. Отпустите. Мне Миша нужен…

Таюха, не слушая ее воплей, легонько тюкнула ее кулаком в затылок, чтобы та лбом стукнулась об пол крыльца, и грозно рыкнула:

— Заткнись!

Я в восхищении таращилась на свою подруженцию, все еще держа бадик на изготовку, пока Таис не обернулась и не скомандовала:

— Маришка, тащи скотч или веревки. Мы ее свяжем, расчленим и в огороде закопаем. Удобрением будет.

При этом она мне заговорщически подмигнула, а я начала подниматься по ступеням, обходя поверженную вражину, и приговаривала:

— У меня пила есть. И топор. И машину ее на запчасти продадим…

Уже в доме, когда я полезла в шкаф прихожей за рулоном серебристого армированного тейпа, с улицы раздалось:

— Помогите! Убивают!

Следом раздался шлепок, глухой удар лба об пол и шипение Таис:

— Молчи, коза. А то хуже будет.

Я поспешила обратно. Сначала мы связали ей ноги, потом смотали руки за спиной. Сердитая Таис предложила еще перекинуть петлю через шею и подтянуть ноги сзади к затылку, сделав из грабительницы «ласточку», но я решила, что это уже перебор. Незнакомка скулила, а по ее щекам текли слезы. Видать, превращаться в удобрение ей не хочется… Да и в тюрьму тоже.

Таис перевернула ее на спину, подтащила под навес крыльца, чтобы спрятать от дождя, и сунула блондинке ствол игрушечного ружья чуть ли не в самую ноздрю:

— Говори, коза, чего приперлась? Кто прислал? Не смотри, что это игрушка. Стрельну в упор, весь пятак тебе разворочу на британский флаг.

Незнакомка похлопала глазами, пошмыгала носом, пытаясь втянуть сопли, и промямлила:

— Я Мишина жена. Юлиана.

Глава 54

— Чего?! — одновременно вытаращились мы с Таис.

Я видела фотки красавицы Юлианы в интернете: эффектная, фигуристая молодая женщина с шикарными темно-русыми волосами почти до талии… Это облезлая дистрофанка совсем на нее не походила. Самозванка какая-то.

— Не ври, — сердито произнесла я. — Во-первых: Миша пока еще холост, а во-вторых: на бывшую его жену ты совсем не похожа. Признавайся, ограбить нас хотела?

Блондинка заерзала, устраиваясь поудобнее на связанных руках, и промямлила:

— Честно, я Юлиана. Посмотрите в машине, там паспорт в сумочке. Мне Миша нужен. Мне помощь нужна.

Тая передала мне автомат и скомандовала:

— Держи эту швабру на прицеле. Если дернется, стреляй в глаз. Я пойду, у нее в машине пошарю.

Вскоре она вернулась с сумочкой в руках… Паспорт был выдан на имя Ланской Юлианы, она не стала после развода менять благозвучную фамилию. Внешние изменения бывшей красавицы были ужасны, но… к нам заявилась именно бывшая Мишина жена.

Убедившись, что личность злодейки установлена, Таюха устало произнесла:

— Мариш, звони Мишане. Пусть разбирается со своей предательницей.

— А у меня мобильник сел, — растерянно произнесла я.

Таис вздохнула и запричитала, подражая Мише и доставая из кармана свой телефон:

— Что за девушки нынче пошли: ни грабителя скрутить, ни мобильник вовремя не зарядить… Всему-то вас учить надо.

***

Миша примчался очень быстро. Он долго ржал, глядя на связанную бывшую с синяком на лбу, который все-таки появился от Таюхиных ударов. Пока он развязывал Юлиану, то поинтересовался:

— Таис, ты рукопашный бой изучала, что ли? Так ловко Юльку скрутила.

— Не, — отмахнулась подруженция, — просто росла со старшим братом… А еще двоюродные брательники есть. Без бойцовских навыков я бы детство не пережила.

Пока мы прикалывались, Юлиана таращилась на Мишу восхищенно-восторженными глазами и лыбилась. Одного верхнего клыка у нее не было, и улыбка выглядела щербатой… Что же с ней случилось, что за четыре года после развода она так запаршивела? Мне было любопытно, но с вопросами я не лезла. Миша сказал, что сам с ней разберется и все выяснит. Не просто же так бывшая жена-предательница прикатила в Кострому и поперлась в гости к брошенному мужу… Так-то у нее тут родители живут, остальная родня, подружки из прошлого. Чего сюда-то приперлась?

Миша закрылся с ней в кабинете. Сам он уселся за стол на новенький стул, а бывшей жене предложил пристроиться на коробках с книгами, до которых я так и не добралась.