Лаура Винтер – Белый — цвет вины (ЛП) (страница 3)

— Ты хочешь знать мое имя? — и снова… он приближается! Я могла бы вырвать у него оружие, схватить его. В борьбе я смогла бы… Однозначно, физически этот мужчина превосходит меня, но если я буду проворной, тогда…

— Меня зовут… белый дракон — шепчет он мне на ухо. Я задерживаю дыхание и округляю глаза. Должно быть, он шутит! Никто, действительно никто, кроме ФБР, не знает о картинках с драконами! Это еще не просочилось в прессу. Совпадение? Нет, это не может быть совпадением — или все-таки? Я должна его расспросить. Его губы всего в паре сантиметров от моего уха.

— Я хочу доказательство! — требую я. Его рука, в которой пистолет, гладит мое бедро. Вряд ли он держит оружие достаточно крепко, скорее он сконцентрирован на том, чтобы ко мне прикасаться.

— Золотой оркестр. Гала концерт восьмого июня. Мистер Абрахам Брукс.

Его рука продолжает гладить мое бедро. Я чувствую холодный металл пистолета, который поглаживает меня через ткань моих брюк. И большой палец его руки, который так любяще касается моей ноги.

У меня вырвался стон, когда его палец оказался чертовски близко к моей промежности.

Я немного наклоняю голову. Его дыхание ласкает мою шею, как будто он хочет меня поцеловать, приласкать меня. Но он стесняется.

— Что с ним случится? — спрашиваю я мужчину, который полностью меня занял.

— Его убьют. Но не должен ли вопрос звучать так: «что делает ваша рука у меня между ног?»… Для него у меня есть действительно хороший ответ.

Я снова вздыхаю, когда он убирает от меня пистолет и возможно, судя по звуку, в кобуру. Я неуверенно щурюсь. Я все еще ничего не вижу.

— Что… там делает ваша рука? — черт… почему этот незнакомец, чье лицо я не могу распознать, так возбуждает меня? Все мое тело ощущает волнение, это исходит из глубин моего нутра.

Его рука ложится на мое бедро. Я чувствую тепло через ткань моих брюк и то, как его палец потихоньку двигается. Он гладит меня, очень нежно. Исследуя. С любопытством.

— Твои последние отношения закончились около года назад. Твой начальник, которого ты замещаешь действительно идиот. Он хорошо выглядел, но мог ли он сделать тебя действительно счастливой? Не думаю.

— Это не ответ на вопрос — отвечаю я решительно. Дерьмо, откуда он это знает? И почему я так сбита с толку? Это связано с тем, что у меня почти год не было секса? Достаточно нескольких прикосновений незнакомца, чтобы сделать меня слабой? Тот факт, что он знает обо мне и моем последнем парне, назовем это тайным романом, тревожит меня. Он не соврал. Он наблюдает за мной и знает. О Грегори Беннете. Он был моим 45-ти летним, чертовски сексуальным начальником. Он сформировал меня и вряд ли бы меня взяли агентом в ФБР, если бы я призналась ему в чувствах. Мы встречались тайно, у нас был жаркий секс. Никто не должен был знать о нас. Но затем стало известно, что он собрался жениться. И то, что со мной была лишь интрижка. Достаточно скверно, что у меня был секс с боссом, нет, он уже восемь лет был счастлив со своей подругой. И я была ничем иным, чем приятной штучкой на время.

Никто не знал о нашем романе. Я действительно о нем никому не рассказывала, даже своей тете. Должно быть, Грегори кому-то что-то рассказал, возможно, этому мужчине, из-за которого прямо сейчас возник импульс в моем животе. Или это кто-то понял? Мы были осторожны, никогда не встречались в открытую, ни у него, ни у меня. Это был служебный роман! После того, как он закончился, около года назад, меня перевели в Нью-Йорк. На самом деле, мне не хотелось назад в этот проклятый город, но сейчас я пытаюсь видеть в нем хорошие стороны. До сих пор я не могу посетить сгоревший родительский дом, но несколько раз я была у своей тети, несмотря на стресс на работе. В Вашингтоне я чувствую себя комфортно. Сейчас, когда я снова в Нью-Йорке, Грегори иногда встречается мне. Но очень редко, потому что он работает в другом отделе. К счастью.

— Ты имеешь в виду, что моя рука здесь ищет?

— Точно! — его губы не отдаляются от моего уха и следят за тем, чтобы все мое тело снова и снова покрывалось мурашками. — Хочешь это узнать?

— Это рука преступника! — прошипела я. Я немного наклоняю лицо и касаюсь своей щекой его щеки. Она теплая и немного царапается, двух-трехдневная щетина. Это бальзам после бритья, который я вдыхаю? Я смыкаю губы и делаю глубокий вдох, когда рука скользит по моему животу. Кончики его пальцев танцуют между моих грудей к шее, пока его рука не оказывается на моей челюсти.

— Горе вам, если вы меня поцелуете! — угрожаю я ему.

— Нет, это было бы нечестно. Этот поцелуй был бы ненастоящим. Ты не знаешь, кто я. Уверен, скоро ты это узнаешь, и тогда мы точно встретимся во второй раз. И может быть,… ты захочешь меня тогда поцеловать. Приятная мысль, да, действительно приятная мысль — я чувствую, как он выдыхает и наклоняет свою голову. Медленно, он отрывается от меня и отдаляется.

— Твои коллеги находятся в кухне. Они в отключке, но с ними все хорошо. А что касается записи… — мужчина встает. Я могу понять это по его голосу.

— Мои ребята лучшие. Было действительно легко вас взломать. Если ты захочешь меня поймать, тебе придется сильно напрячься — шаг. Он идет.

— Подождите! — прошу я и при этом кладу обе свои руки на холодный пол.

— Почему я? — хочу я знать

— Хороший вопрос, на который я тебе пока не отвечу.

— Почему нет?

— Потому что еще не пришло время. Ты еще не готова к правде. И я тоже. Еще нет.

— Почему… ты не убил меня? Что все это значит? Что значит эта бредовая игра? — он мне не отвечает. Я слышу, как открылась дверь. Свет ослепляет меня так, что я ничего не вижу.

— Подождите! — я подскакиваю и спешу к двери, но он запер ее снаружи.

— Черт! — я раздраженно дергаю дверь, но это не помогает. Дверь заперта. Дерьмо! Через мгновение свет снова загорается. Я щурю глаза и неуверенно осматриваю пустой холл.

Мне нужно к моим коллегам, немедленно! Мое оружие все еще лежит на полу. Я бегу к нему, убираю его в кобуру и направляюсь на кухню. Точно. Рейчел, Эйвери, Тейлор и администратор лежат на полу. Я приседаю на колени около них, проверяю пульс. Повезло! С ними все в порядке.

Несколькими минутами позже перед дверью уже стояли две машины скорой помощи. В доме возятся дополнительно вызванные коллеги из ФБР и криминалисты.

Я сижу возле Рейчел, держа ее за руку. Ей дали кислород, и она лежит у меня на руках.

— Что же все-таки случилось? — она хотела узнать у меня.

— Если бы я только знала… — отвечаю я ей. Все мои мысли были о том мужчине. Ему от 25 до 40 лет. Я не могла сказать точно. Определенно, у него есть связь с ФБР, или его нанял непосредственно Грегори, потому что он не может смириться с тем, что я ушла, а потом вернулась. Грегори хотел продолжать со мной интрижку, но я перевелась в Вашингтон и лишила его такой возможности. Уверена, это ужалило его эго!

— Я просто рада, что с тобой не случилось того, что произошло с остальными — я прислонила свой лоб к ее лбу и тяжело вздохнула.

Шон меня убьет. Что мы напишем в докладе? Должна ли я упоминать о встрече с незнакомцем? И если да, то насколько подробно? То, что этот незнакомец знает мои любимые цветы? Да никто мне не поверит…

Через час мы вчетвером находимся в нашем доме. Его специально предоставили нам, чтобы мы могли работать вместе, новый метод ФБР. Может быть, поэтому Шон сравнивает нас с детским садом? Когда день и ночь проводишь друг с другом, это быстро начинает действовать на нервы. Но растем вместе, … как семья. Мы живет в этом доме три месяца, и я привязалась к ним всем сердцем. Я знала Шона только по внешности, потому что ранее мы работали в разных отделах.

Исследования продолжаются, но об этом позаботятся коллеги. Эйвери, Тейлор и Рейчел еще слабы и нуждаются в отдыхе после 18-часового наблюдения.

Мы входим в дом, впрочем, все остальные оказали сердечный прием. Шон стоял перед нами с шерстяным одеялом на плечах, кружкой чая в руке и смартфоном у уха.

— Вот вы и здесь! — набрасывается он на нас испуганно, и при этом покачиваясь. Мужчина ростом 195 сантиметров, который дрожит и Рейчел, ниже него на добрых 40 сантиметров, которая сама едва стоит на ногах, первой подбегает к нему, чтобы поддержать.

— Ты должен оставаться в постели! — говорит Рейчел настолько серьезно, насколько она может, причем ее высокий голос звучит скорее мило и немного слабо.

— Что я слышу? Тейлор, ты не заметил запись? Как такое могло произойти?

Мы собрались в гостиной. Нижний этаж представляет собой одно большое пространство, которое включает в себя гостиную, обеденный уголок и открытую кухню. Еще есть ванная комната и кладовка ниже. Мне нравится это помещение, оно такое уютное и гостеприимное. Сейчас, когда на нас кричит болеющий Шон, его рев напоминает скорее хрип.

Я тяжело присаживаюсь на диван, Тейлор садится рядом со мной. Эйвери усаживается в кресло напротив нас, чтобы, возможно, сохранить дистанцию между нами. Я оставила это без комментариев.

Шон качается из стороны в сторону, пока Рейчел пытается его поддержать.

— Сядь уже. Сядь! — она заставляет его сесть на пуфик, на котором он устало устраивается.

— Вы должны были лишь следить за монитором! Почему вы не вызвали подкрепление? Как я должен объяснить это нашему руководству?