Лаура Винтер – Белый — цвет вины (ЛП) (страница 13)

— Это была идея Рейчел… сначала я хотела быть писательницей, но она решила, что мне лучше выдать себя за модель — с этим я не была согласна. Я и модель? Для этого мне нужно скинуть половину своего веса. В конце концов, у меня есть упругая грудь и полная задница. А такого модельная отрасль не предполагает!

— Ты такой отвратительный, Эйвери! Джоли выглядит потрясающе! — защищает меня Тейлор.

— Спасибо… — шепчу я ему. Хорошо, если это говорит Тейлор, то я ему поверю. Наш лимузин подъезжает к красной дорожке. Один из мужчин, которые стоят в начале дорожки и отвечают за то, чтобы открывать двери у машин, выполняет свою обязанность и с нашей машиной. Тейлор и Эйвери выходят, и каждый протягивает мне руку, поэтому я могу выйти из лимузина, не упав. Тут же начинаются вспышки фотоаппаратов. Е-мое! Как это выдерживают знаменитости? Можно ослепнуть!

— Эй, смотрите сюда! Кто вы? Как вас зовут? Вы получили приглашение? — выкрикивают из толпы, в то время как нас продолжают снимать. Я стою между Эйвери и Тейлором, немного позирую перед камерами и иду так элегантно, как только могу, к ступеням лестницы. Эйвери и Тейлор помогают мне. Это платье! Оно такое длинное. Надеюсь, я не споткнусь! Еще одна ступенька… и еще одна. Сделала! Я забралась наверх.

На входе мы показываем наши приглашения. Они выглядят, как приглашения, которые есть у остальных гостей, поэтому мы не выделяемся, и даже персонал не знает, кто мы на самом деле.

В холле, где можно сдать в гардероб ценные вещи или что-то еще, есть дверь, которая ведет в главный зал. Это большое светлое помещение, в середине которого находится маленький фонтан. Ледовые скульптуры расположены у буфета, тут и там мягкие уголки, столики и другие удобства, чтобы устроиться группой.

Пол из темного мрамора, а потолок представляет собой стеклянный купол, который приглушен так, что только теплый яркий свет свечей и ламп освещает это пространство. Как здесь красиво! Есть гости, которые уже готовы начать разговор.

— Нам лучше оставаться вместе — говорит Эйвери. В конце концов, мы должны только вести наблюдение и сообщать, если произойдет что-то необычное. Втроем мы идем в буфет. Там есть все: маленькие закуски, мини пиццы, что-то с икрой и семгой, суши. Все маленькими порциями, чтобы их можно было съесть за один укус.

Мы растворились в толпе, дружелюбно здороваясь, киваем другим гостям и по возможности пытаемся не выделяться.

Сам по себе гала концерт очень скучный. Слышны льстивые выкрики, все здесь «ах какое классное» и «ах какое идеальное». Уже почти десять часов, и все три организатора уже произнесли свою речь. Конечно, мистер Брукс и еще двое молодых мужчин, которых я не могла разглядеть издалека.

Бла-бла-бла, как хорошо, что все здесь. Бла-бла-бла, пожалуйста, пожертвуйте. Бла-бла-бла, это важно для будущего и так далее.

Конечно, мы тоже что-то пожертвовали, ФБР всегда делает пожертвования.

— Мы быстро в туалет — говорит Тейлор нервно. Эйвери отодвигает свой галстук в сторону и строго смотрит.

— В туалет? Оба? Одновременно? — я многозначительно ухмыляюсь.

— Это не то, что ты думаешь! — шипит Тейлор с красными щеками.

— Все понятно… всего хорошего, я возглавлю пост! — могу хорошо себе представить, что эти двое хотят делать в туалете. С тех пор, как они помирились, качается весь дом, и я привыкла всегда сильно стучать, прежде чем открыть дверь. К этому относится даже моя машина — моя машина! Моя бедная, бедная машина, которую порядочно посотрясали.

Сразу после того, как эти двое исчезли, я почувствовала себя одинокой. Гости стоят группами или, по крайней мере, парами, а я? Одна. Я ищу по близости стену прямо у буфета, некое убежище. Скучая, я печатаю в своем смартфоне и делаю вид, будто я ужасно занята.

— Кто это у нас тут? — говорит мужской голос позади меня. Откуда он взялся? Я смотрю на старика, чья голова находится на уровне моей груди, и возраст которого перевалил за сотню лет. Его ноги дрожат, и, кажется, что его трость нужна ему только для того, чтобы не упасть.

— Э… привет — бормочу я.

— Ну? Не хочешь поехать ко мне на виллу? — молодится дед. Е-мое и это называется высшее общество?

— А вы не слишком стары для меня? — вежливо спрашиваю я его.

— Вопрос должен звучать, не слишком ли ты старая для меня? — говорит он, смеясь, и открыто разглядывает мою грудь, которая находится на уровне его глаз.

— Точно, мне уже 44 — вру я. Дед затрясся от отвращения.

— Извините, мне нравятся свежие овощи, хе-хе! — он идет дальше и заинтересованно смотрит по сторонам. Подождите! Он, правда, поверил, что мне 44? Растерянно, я беру тарелку и накладываю на нее вкусности. Невероятно… что за тупой старый тюфяк! Я не выгляжу старше и 26!

Я раздраженно фыркаю и засовываю мини колбаски в рот, как снова слышу мужской голос, который говорит со мной. — Вы выглядите не старше 25 — я пугаюсь и смотрю на мужчину, который стоит около меня уже некоторое время и говорит со мной.

Первое, на что я посмотрела, были его глаза. У меня буквально открылся рот, когда я увидела его светло-голубые глаза, такие чистые, как лед, глубокие как море и такие далекие, как небо. Я стою с тарелкой в руке и откусанной колбаской во рту, которую я проглатываю.

Что за мужчина!

Он выше меня, точно около 185 сантиметров, его волосы темно-каштановые, почти черные, аккуратно причесанные. У него выделяющиеся черты лица и скулы, за которые многие отдали бы жизнь. К тому же, на нем белый костюм, как у некоторых здесь на концерте, хотя в основном все в темно-синих и черных костюмах. К нему светло-голубая рубашка и темно-синий галстук. Я неуверенно взглянула на него. Он имеет в виду меня? Этот кекс разговаривает со мной? Он точно знаменитость, модель или актер. Я могу видеть его упругое, натренированное и не слишком перекаченное тело под обтягивающей рубашкой.

— 26 — отвечаю я ему шепотом. Мне не хватает силы говорить громко, в то время как играет музыка и нас окружает обычный людской гомон.

Этот мужчина дружелюбно мне улыбается и кажется, что он очарован мной. Или я себе это только представляю?

Мы смотрим, и не можем оторваться друг от друга. Распространяется странное, но приятное ощущение. Как будто я была в фильме о любви, где на заднем фоне играло пианино.

— Я не хочу быть с вами поблизости — говорит он, делая шаг ко мне, и, оказывается, от меня всего лишь в шаге. Что? Но он же подходит ко мне? Почему тогда он не хочет находиться поблизости?

— Можно увидеть вашу кобуру на ноге. Вы из ФБР? — когда он это говорит, я пугаюсь и при этом чуть роняю тарелку. Лихорадочно я ощупываю свое платье и немного его поправляю. Что за дерьмо, как обидно! Этого не должно было случиться!

— Сейчас ничего не видно, все хорошо… — успокаивает он меня.

— Извините… — бормочу я смущенно и ощущаю ненормальный жар на своих щеках. Надеюсь, об этом не узнает Шон! Мои глаза неуверенно скользят по толпе, но Шона, кажется, нет поблизости.

— Почему вы решили, что я из ФБР, а не из персонала службы безопасности? — спрашиваю я его с серьезным лицом. Но как только я на него взглянула, в эти красивые глаза, я не могла больше злиться на него и недоверчиво молчу.

— Мистер Брукс не очень скрывает запланированное на него покушение. Он кичится тем, что ФБР не должно вмешиваться в это. Он считает, он мог бы сам справиться с теми типами, которые хотят взять его за горло. Так как я хорошо знаком с агентами из ФБР, я знаю, как хорошо они могут маскироваться. Кто может предположить, что такая красавица, как вы, агент? — в обычной ситуации я бы сейчас закатила глаза, но из его уст это звучит, как комплимент, который был сделан от души. Этот незнакомец заставляет мое сердце дико биться. Кто он? Как его зовут? Я сглатываю и бросаю на него недоверчивый взгляд. Что это? Я тоже улыбаюсь? Я смущенно отвожу взгляд и радуюсь его льстивым словам? Точно. В этом виноваты платье, прическа и макияж! Обычно я себя так не веду!

— То есть вы об этом слышали — я должна была что-то сказать, мне ничего другого не пришло в голову, и мы молчим какое-то время.

Я уже давно не была так взволнованна, как сейчас! Что этот мужчина делает со мной? При этом он только смотрит на меня, стоит рядом, сказал пару слов, и в моем животе уже покалывает, как у влюбленной школьницы.

— Да. Во время приготовлений он нам об этом рассказывал. Надеюсь, что ему удастся пережить этот вечер без вреда. Он важен для фонда и, в конечном счете, он приносит пользу детям — этот мужчина кажется обеспокоенным, и я его спрашиваю: — Можно мне… узнать ваше имя?

Он поднимает брови и удивленно смотрит на меня.

— Вы не знаете, кто я?

— Мне очень жаль, я, конечно, смотрю фильмы, но… — нет, он абсолютно не кажется мне знакомым. — Я не вожусь со знаменитостями. Они выглядят на фото совсем по-другому, чем в реальности… — бормочу я. О, боль. Он точно очень знаменит, и я его не узнаю, как неудобно!

— Я тоже нет. Без своей ассистентки я бы не знал, что делать. Всегда на важных встречах она шепчет мне имена — он смеется и с интересом смотрит на меня. Я тоже смеюсь и надеюсь, что мой смех звучит женственно. А не так, как я обычно смеюсь, когда иду выпить с парнями.

— Можно мне вас попросить об одном одолжении? — спрашивает он меня.