Лаура Винтер – Белый - цвет страсти (ЛП) (страница 21)
Я пересиливаю себя и беру его руку. Да, я могу понять Дина. Мужчины любят не так, как мы, женщины. Мы без проблем можем годами не заниматься сексом. У нас есть подруги, они предоставляют нам свои объятия и плечо. У мужчин все по — другому. Они всегда должны быть сильными и им нельзя показывать свои слабые стороны. Но в глубине души каждому мужчине или почти каждому… им всем нужна любовь также, как и женщинам.
— Чего — то настоящего. Звучит красиво… — Дин такой искренний и откровенный со мной. Он говорит мне, что покупал наигранную любовь, потому что был одинок, хотя и знал, как такое действует на нас женщин.
— Ну что, ты хочешь увидеть сейчас последнюю комнату? Или мне отправить тебя домой? — я киваю головой и улыбаюсь Дину. Да, он действительно мог бы быть тем мужчиной, в которого я бы влюбилась.
Мы вместе идем по этажу. Я уже давно отпустила его руку, но стою рядом с ним.
В конце коридора, в котором были окна от пола до потолка, я вижу белые распашные двери, на которых нарисован азиатский дракон. На мгновение я оцепенела и взглянула на Дина, который вопросительно смотрит на меня, когда я остановилась.
— Это что, белый дракон? — в панике запинаюсь я. Это совпадение?!
— Да, но его нарисовали два года назад. Драконы — это мистические существа. Сильные и могущественные. После того, как дом был готов, я пригласил пару журналистов, и они делали репортаж у этой двери. Возможно, киллер ориентировался на мою дверь? — Дин смеется и открывает немного эту дверь.
— Ориентировался на дверь? — повторяю я.
— Да, по тому, как ты только что на меня смотрела, у меня возникло чувство, будто ты подумала, что этот белый дракон я. Из — за двери и моего помешательства на белом? — Дин смеется, но у меня нет настроения смеяться.
— А что, если бы он был золотистым? Или другого цвета? А что было бы, если бы он был разноцветным? — Дин смотрит на меня и продолжает: — Да, я заказывал женщин и платил, но я не тот, за кого ты меня принимаешь.
— Я не хотела тебя обвинять, я нашла это странным, — Дин прав. Я должна прекратить подозревать его! Я люблю красный цвет. И что? Меня тогда станут подозревать в том, что я красный дракон? Нет, это было бы глупо. И, возможно, белый дракон и правда ориентировался на идею Дина.
— Почему ты думаешь, что нет зеленого дракона? — спрашиваю я его.
— Возможно, потому что зеленый цвет означает надежду, а ее больше нет? — когда Дин это говорит, я грустно улыбаюсь и кладу руку на левую створку двери. Медленно я ее открываю и вхожу в спальню.
Огни на потолке, а также большая изогнутая лампа, которая висит над кроватью, автоматически включаются и освещают комнату. Она большая, белая, светлая и гостеприимная. В ней только несколько серебристых и черных деталей. Ножки дивана, например, черные. Основание лампы серебристое. Дерево покрашено в белый и придает комнате уют. В углу стоит диван со стеклянным столиком, рядом с ним находится небольшой бар. Над нами висит серебристая люстра среди множества светодиодных лампочек.
— Здесь красиво… — я шагаю по полу и с любопытством все осматриваю. Здесь ничего не стоит и не лежит в беспорядке. Две подушки, одеяло. Старомодный будильник на тумбочке. Книга об акциях, насколько я могла разобрать. Маленький белый ковер у кровати. Никаких картин. Ничего, чтобы говорило об обжитой спальне. Ничего, что говорило бы тут о жизни.
— Здесь точно отсутствует женская рука, — шепчу я и инстинктивно прикасаюсь к цепочке, которую я не сняла.
— Если ты… будешь здесь чаще, то можешь внести свои изменения.
— Живые цветы, — бормочу я и добавляю: — Картины, аксессуары…
— Я уже приготовил нечто подобное! — Дин снимает свой халат и идет в ванную, и я, конечно, наблюдаю за ним. Какая красивая спина… восхитительная… и все такое. Ух! Я не позволю себе отвлечься на его попку!
Пока Дин находится в ванной, я сажусь на кровать и с любопытством открываю верхний ящик. Ничего. Абсолютно ничего. Даже пыли. Я иду к балкону, открываю двери и наслаждаюсь видом, пока Дин не возвращается назад. Он с кем — то говорит по телефону.
— Привет, не могла бы ты быть так любезна и привезти какую — нибудь одежду? Джолли остается здесь на ночь, и у нее нет ничего, кроме платья. Джинсы, юбку, рубашку. Что — нибудь. Да… хорошо. Знаю. Да, я знаю… — он смущенно улыбается и заканчивает разговор: — Хорошего вам вечера!
— Ты разговаривал со своей ассистенткой? — спрашиваю я Дина, когда он приходит ко мне на балкон.
— Да, утром она принесет пару вещей для тебя. У вас одинаковый размер.
— У нее есть парень, у этой Лиз?
— Да. Ее зовут Элизабет, но ей нравится, когда ее зовут Лиз. Они женятся этим летом.
— Я не хотела показаться ревнивой, это было простое любопытство, — уверяю я Дина. Но с другой стороны…
— Она симпатичная, эта Лиз, — бормочу я.
— Только потому, что она очень похожа на тебя.
Да, именно это я и имею в виду. Мы могли бы быть сестрами.
— Ты ее поэтому выбрал? — прямо спрашиваю я Дина, который выглядит так, будто его застигли врасплох, но потом снова его лицо принимает равнодушное выражение.
— Она хороший человек, поэтому я выбрал ее, — уверяет он меня.
— И что она для этого сделала? — хочется мне знать.
— Лиз приехала из Англии. Ее заставляли делать вещи, которые она не хотела делать. Так что я забрал ее и ее друга в США, где она теперь в безопасности.
— А этих людей, которые так поступили с Лиз… их задержали?
— Да, но неизвестно, кого еще могли упустить, а здесь она в безопасности.
— Ммм, ты… — я с любопытством смотрю на Дина. Он надел черные боксеры, которые выглядывали из — под пояса длинных черных штанов.
— Ты… любишь блондинок?
— Да, если они выглядят, как ты. У меня никогда не было брюнеток или рыжих. Мне нравятся такие женщины, как ты. Блондинки. Милые и умные. И нет, я в нее не влюблен, на случай, если ты хочешь это знать.
Я только улыбнулась. Также потому, что Лиз меня уже убедила, что я единственная, которая сейчас находится с Дином. Я взглянула на ночное небо и начала слушать шелест листьев на деревьях, которые разрозненно стоят вблизи дома.
— Не хотела бы чего — нибудь выпить? А потом… поговорить?
— Звучит прекрасно, — я иду за Дином в спальню. Поговорить. Целую ночь говорить и наслаждаться обществом друг друга. У меня не было такого целую вечность.
— Я беспокоюсь! — раздраженно я наезжаю на Даниеля, который сидит передо мной на диване, скрестив руки.
— Это же хорошо, что он встречается с Джолли. Перестань постоянно в это вмешиваться! Дин твой босс, и если он что — то хочет, мы должны делать тоже самое!
— Он теряет контроль! Уже это строение у него на участке… ты же прекрасно понимаешь, что он задумал… — в панике я провожу рукой по волосам и хожу взад и вперед, в то время как Даниель встает и идет ко мне. — Нет, только не надо это недооценивать, Даниель!
— Да я еще ничего не сказал…
— Но я знаю, что ты хочешь сказать. Пойми, что Дин стал очень близок мне. Он много берет на себя, и я не хочу, чтобы он пострадал. И нет, я в него не влюблена!
— Лиз…
Я уворачиваюсь от него и иду в кухню, чтобы взять что — нибудь выпить. Даниель идет за мной, что раздражает меня еще больше.
— Он строит для нее подвал! Подвал… несмотря на то, что дом без подвала… он хочет ее держать взаперти! Также, как это сделал со мной Александр! Как и с другими женщинами! Он их продавал! Насиловал и дрессировал! Дин для меня является спасителем. Он меня освободил. Нас обоих! А сейчас он делает те же мерзкие вещи, что и Александр! — у меня полились слезы, когда я вспомнила свое прошлое, которое было несколько недель назад.
— Этого не должно повториться… и я не знаю, как от этого отговорить Дина!
— Он не такой, как Александр. Александр делал это, чтобы заработать деньги и потому, что он был садистом. Дин делает это на случай, если Джолли не примет его любовь…
— Ах, и это оправдывает строительство для нее тюрьмы?
— Я только сказал, что у них разные мотивы. Лиз… пожалуйста, давай не будем ругаться из — за этого, — Даниель кладет руку на мое плечо и целует меня в губы. Быстро и легко. По крайней мере, меня это немного успокаивает.
— Я не хочу ссориться… мне бы хотелось предупредить Джолли, но этим я нанесу удар в спину Дину.
— Н — да и тогда он точно нас убьет. И никто не помешает ему. У нас все хорошо. Мы в безопасности. Александр и его сообщники мертвы. Никто больше нам ничего не сделает. Дин защищает нас. И, возможно, Джолли влюбится в него, и тогда мы сможем снести ту хижину… а?
— Да. Надеюсь. Но для Дина будет нелегко сделать это после всей той лжи, которую он ей рассказал… — я обнимаю Даниеля и наслаждаюсь тем, что он со мной. Да, я по — настоящему рада находиться здесь в безопасности. Далеко от Англии или Италии, где эти монстры гниют на морском дне.
— Ммм, я это не надену! — озадаченно бормочу я, когда Эйвери показывает мне кружевное бюстье и стринги.
— Посмотри. Спереди трусы, сзади стринги, — Эйвери восхищен, в то время как мне стыдно. Другие покупательницы уже тупо смотрят и определенно спрашивают себя, не женщина ли я.
— Эйвери! — шиплю я смущенно и толкаю его в другой угол. — Я это не надену, даже если мне придется получить по заднице…
— Ой, да не сходи не с ума! — Эйвери толкает мне комплект белья в руки и закатывает глаза. — Для Джолли!