Лаура Ли – Порочные лжецы (страница 27)

Она оглядывается на наш обычный столик и видит три пары глаз с накладными ресницами, которые прожигают ее насквозь. Да, у них определенно есть с этим проблемы. Мои губы дергаются, когда Жас приподнимает бровь с вызовом, что только еще больше их распаляет.

Она снова поворачивается ко мне.

— Хорошо. Ты можешь остаться. Но только потому, что я знаю, что это сводит с ума этих фальшивых сучек.

Я бросаю на нее язвительный взгляд.

— Как великодушно с твоей стороны.

Она пожимает плечами.

— Я стараюсь.

Мы впятером набрасываемся на еду. Мы с ребятами взяли стейк с картофелем, Эйнсли — ролл Калифорния, а Жас выбрала чизбургер на булочке ручной работы с трюфельным картофелем фри. Это одна вещь, которую я заметил в ней — она не ест кроличью еду, как большинство девчонок в этой школе. У девушки одно из самых подтянутых тел, которые я когда-либо видел — не представляю, куда все это девается. Должно быть, она много бегает.

— Жас, что ты делаешь сегодня днем? — спрашивает Эйнсли. — Хочешь посмотреть мою репетицию, а после мы можем перекусить?

Она кивает.

— Конечно.

Моя близняшка играет главную роль в постановке «Золушка» в своей балетной студии. Танцы — это ее жизнь, она ходит на занятия четыре дня в неделю последние десять лет или около того. После смерти нашей мамы, я думаю, это был как способ справиться с ситуацией, но потом превратилось в то, что она действительно любит. Настолько, что она хочет учиться в Джульярде и профессионально танцевать после окончания школы. Лично я не понимаю ее увлечения, но я рад, что у нее есть на чем сосредоточиться. Кроме того, она часто уходит из дома, что очень хорошо. Я не хочу, чтобы она была рядом с нашим отцом больше, чем нужно.

Эйнсли улыбается.

— Отлично! Я могу подвезти тебя домой, чтобы ты переоделась, а потом мы сможем…

— У нее есть планы, — перебиваю я. — Со мной.

Жасмин складывает руки на груди.

— У меня точно нет.

Мои глаза сверлят ее.

— Есть.

Она насмехается.

— И какие же это могут быть планы?

Моя улыбка обещает всевозможные порочные вещи.

— Это сюрприз.

Глаза Эйнсли скачут туда-сюда между нами.

— Э… что я здесь упускаю? Что происходит между вами двумя? — она поворачивается ко мне. — И не то чтобы я жаловалась, но что случилось с тем, что ты бросил задницу Пейтон на парковке сегодня утром? Об этом практически все говорят.

Бентли смеется, а Рид продолжает поглощать свою еду. Тем временем мы с Жас сцепились в безмолвной битве.

Она бросает взгляд в сторону моей сестры.

— Между нами абсолютно ничего не происходит.

— Это наше дело — не ваше, — говорю я одновременно с ней.

Эйнсли поднимает ладони вверх.

— Тогда ладно. Не волнуйся об этом, Жас. Мы всегда можем встретиться в другой день. А вы двое развлекайтесь, делайте то секретное дерьмо, которое вы запланировали.

Я победно улыбаюсь, в то время как лицо Жас пылает от гнева.

— Встретимся у входа после последнего звонка. Я отвезу тебя домой, чтобы ты переоделась, а потом мы сможем отправиться в путь.

Она качает головой.

— Прости, но с каких это пор ты стал моим боссом?

Я наклоняюсь к ее уху, утыкаясь носом в мочку.

— Не испытывай меня, Жас. Так или иначе, ты пойдешь со мной.

— Хорошо. Но ты будешь меня кормить.

— О, я накормлю тебя чем-нибудь вкусненьким, детка. Я дам тебе подсказку. Оно начинается на Ч и рифмуется с палкой. (с англ. «Dick» — член; «Stick» — палка)

Она вздрогнула.

— Я имела в виду настоящую еду, придурок.

Я отстраняюсь с улыбкой.

— Полагаю, это я тоже могу устроить.

Бентли переводит взгляд с одного на другого.

— Можно мне поучаствовать в этой вечеринке?

— Нет! — говорим мы с Жасмин в унисон.

— Мне нужны друзья получше, — надувается Бент. — По крайней мере, у меня все еще есть Рид, чтобы развлечь меня.

— Неа, — говорит Рид, откусывая печеную картошку. — У меня есть планы.

Бентли хмурится.

— Что будешь делать?

Рид пожимает плечами.

— Просто всякую всячину.

Я сужаю глаза, когда и он, и моя сестра вдруг становятся ужасно увлеченными столом. Я знаю, что он неравнодушен к Эйнс, но я уже ясно дал понять, что она под запретом. Рид — хороший парень, один из лучших, кого я знаю, но он не слишком разборчив со своим членом с тех пор, как потерял девственность в пятнадцать лет. Моя сестра не должна быть замешана в этом дерьме.

— Какого рода? — спрашиваю я.

— Сходим в торговый центр, — отвечает он. — Мне нужно найти подарок маме на день рождения, так что я, наверное, загляну в тот чертов магазин сумок, который она любит. Может, посмотрю новые LeBrons, пока буду там. Ну и все такое.

Он что-то упускает, но я пока опускаю эту тему, потому что мне нужно сделать несколько звонков, прежде чем вернуться в класс.

— Я ухожу. Мне нужно сделать кое-какие приготовления до конца обеда, — просто ради смеха, я целую Жас в щеку, когда встаю. Она застывает, как я и ожидал, и краем глаза я вижу, как Пейтон кипит от злости. — Увидимся в Литературном классе, детка.

Мне приходится сдерживать смех, когда я чувствую, как Жасмин смотрит на меня, пока я выхожу из комнаты. Кто бы мог подумать, что трахаться с ней будет так весело?

18. Жас

Кажется, что королевство сплотилось вокруг своих королев. К тому времени, как наступил обед, я подверглась бесчисленным насмешкам, попыткам подставить подножку, оскорблениям и ударами плеч. По какой-то причине все парни держатся от меня как можно дальше, но есть много студенток, которые могут воспользоваться моей слабиной. Я чуть было не написала Эйнсли, попросив ее встретиться со мной в библиотеке за обедом, но потом поняла, что это заставит их думать, что они побеждают, и передумала это делать.

Признаюсь, я испытала небольшой трепет, когда парни сели за наш стол, зная, как сильно это беспокоит Пейтон. Я знаю, это мелочно, но после того, что было утром, я не чувствую себя виноватой из-за этого. К сожалению, маленькая выходка Кингстона только усугубила язвительное поведение во второй половине дня, но это почти стоило того, чтобы увидеть выражение лица моей злой сводной сестры.

Кстати, о Кингстоне… мой телефон жужжит от его сообщения, означающего, что он ждет меня у входа. Он высадил меня после школы, чтобы я могла переодеться, а сам поехал домой, чтобы сделать то же самое. Он сказал, чтобы я оделась непринужденно и удобно, поэтому я надела джинсы-скинни, простую красную футболку и свои любимые кроссовки. К счастью, ни Мэдлин, ни моего отца нет дома — ничего удивительного. Они оба, наверное, обделались бы, если бы увидели, что я выхожу из дома в таком наряде. Я не понимаю, чем им не нравится минимальный гардероб, который я привезла с собой, но они ясно дали понять, что им это не по душе. Конечно, все вещи, кроме нижнего белья, были куплены в эконом-магазине, но все они в хорошем состоянии. Не то чтобы я ходила в чем-то выцветшем или испачканном. Может быть, они одобрят, если я назову это винтажем, а не секонд-хендом. Я фыркнула при этой мысли.

Я бросаю последний взгляд в зеркало, прежде чем выйти за дверь, и приглаживаю несколько выбившихся волосков из своего конского хвоста. Что я делаю? Это же Кингстон Дэвенпорт — исключительный мудак. Я не должна стараться выглядеть хорошо для него. Черт, я даже не должна никуда с ним идти, но должна признать, что мне любопытно посмотреть, куда он меня поведет. Каким бы пугающим он ни казался вначале, я не думаю, что он когда-либо причинит мне физическую боль. Эйнсли любит его слишком сильно, чтобы он был таким парнем. Но я думаю, что он способен нанести серьезный психологический ущерб, поэтому мне нужно быть начеку. Я должна напоминать себе, что это миссия по сбору информации. Мои глупые гормоны должны взять себя в руки и перестать внушать мне, что я хочу его.

Кингстон что-то знает о моей матери. Что-то важное, я полагаю. И мне нужно знать, что именно, так что поехали. Я выхожу на улицу и вижу блестящий белый Range Rover, припаркованный перед дверью. Кингстон сидит за рулем и открывает замок, когда я подхожу к пассажирскому сиденью.

Я забираюсь в кожаный салон, который все еще пахнет новой машиной.