Лаура Ли – Порочные лжецы (страница 16)

— Лучше спросить, какого черта вы двое здесь делаете?

Эйнсли скрещивает руки на груди.

— Нас пригласили.

Губы Кингстона скривились, когда его внимание переключается на меня.

— Ну, посмотрите на это; мусор играет в переодевания.

Не считая оскорблений, в одном он прав — я определенно не похожа на себя сейчас. К тому времени, как Эйнсли закончила со мной, мой макияж глаз был дымчатым, как у сексуального котенка, мои длинные волосы были выпрямлены, а моя одежда была… ну, она как бы переходит грань между шлюхой и сексуальностью. Но если быть честной, мне нравится идея вылезти из собственной кожи на одну ночь. Я подумала, что если я не буду похожа на себя, то смогу на время забыть обо всем депрессивном дерьме в моей жизни.

Мои глаза сузились до щелочек.

— Пошел ты.

Его лицо озаряет насмешливая ухмылка.

— Нет, даже если бы твоя киска была бы последней на Земле, милая.

Правда? — говорят мои глаза. Прошлой ночью мне так не казалось.

Я не слышал, чтобы ты жаловалась, — отвечают его глаза.

Мне приходится напоминать себе, чтобы я не съеживалась под его пристальным взглядом, когда его взгляд неторопливо пробегает по моему телу. Я не сомневаюсь, что он делает это, чтобы доставить мне дискомфорт, а я не хочу доставлять ему такое удовольствие. Когда он останавливается на моей груди, я смотрю вниз, чтобы убедиться, что ничего не выпирает. Грудь у меня не большая — чуть меньше горсти, но обтягивающая черная майка, которую Эйнсли убедила меня надеть, имеет глубокий вырез и вырезы, обнажающие небольшую часть груди сбоку.

Мышцы на его шее напрягаются.

— А твой маленький любимый проект тоже был приглашен?

Эйнсли закатывает глаза.

— Отстань, Кингстон.

— Я отстану, когда ты перестанешь быть упрямой…

Нас прерывают, когда к нам присоединяется какой-то парень, явно разглядывающий Эйнсли.

— У тебя получилось!

Все следы раздражения от ссоры с ее братом исчезают.

— Донован! — она кивает мне. — Это моя подруга, Жас. Надеюсь, ничего страшного, что я привела ее с собой.

Он сверкает зубастой улыбкой.

— Конечно, все в порядке. Красивым женщинам всегда рады в моем доме, — Донован кивает Кингстону. — Ты тоже пришел со своей сестрой?

Кингстон качает головой.

— Нет, Рид и Бент где-то здесь.

Донован взмахивает своими тяжелыми руками над моими и Эйнсли плечами.

— Ну, тогда ты не будешь возражать, если я украду этих красавиц, не так ли?

У Кингстона сводит челюсть.

— Успокойся, парень.

Донован ведет нас к стене с раздвижными стеклянными дверями.

— Давайте выйдем на задний двор. Там гораздо спокойнее.

— По-моему, звучит заманчиво, — Эйнсли хихикает.

Я выскальзываю из его объятий, чего он, кажется, даже не заметил, и следую за ними на улицу. Мы идем к большому костру, окруженному длинными деревянными скамейками. Донован тянет Эйнсли к себе на колени, зарываясь носом в ее шею. Я улыбаюсь, видя, как ликует моя подруга. Она определенно нравится этому парню, и он делает об этом публичное заявление.

Другой парень занимает место слева от меня.

— Ты здесь новенькая. Я бы запомнил, если бы увидел ранее такую красавицу, как ты.

Я делаю глоток своего напитка, прежде чем ответить. Этот парень симпатичный, в некотором роде опрятный. Высокий, каштановые волосы, зеленые глаза, приятная улыбка.

— Так и есть. Ты друг Донована?

— Да, — его улыбка расширяется, отчего появляются две ямочки, что придает ему привлекательности типичного американского парня.

— Я Лоусон. А ты…?

Я ухмыляюсь.

— Жас, — Лоусон берет мою руку и целует.

— Очень приятно познакомиться с тобой, Жас. Итак, откуда ты?

— Из Лос-Анджелеса. Точнее, из района Уоттс.

Лоусон удивленно поднимает брови.

— Неплохой апгрейд.

— Зависит от того, кого ты спросишь, я полагаю, — я пожимаю плечами. Мысли о доме заставляют меня думать о маме, поэтому я быстро меняю тему. — Ты учишься в Калифорнийском университете?

Он кивает.

— Учусь на первом курсе. А ты?

— Эээ… Я сейчас учусь в Виндзорской академии. Выпускной курс.

— Я хорошо знаю Виндзор. Закончил в прошлом году, — он придвинулся немного ближе. — Как тебе, пока нравится?

— Школа кажется нормальной. Большинство студентов — не очень.

Лоусон смеется.

— Это хорошо, да? Не могу представить, чтобы такая симпатичная девушка, как ты, испытывала трудности с адаптацией.

— Ну, тогда ты будешь удивлен.

Мы с Лоусоном некоторое время болтаем о пустяках, прежде чем он дергает головой вправо.

— Не хочешь окунуться в джакузи?

На другом конце террасы под беседкой с миниатюрными лампочками Эдисона стоит огромное джакузи. В ней только одна пара, но они довольно горячо и активно занимаются этим.

Я указываю на них.

— Не знаю, понравится ли им такая компания.

Он прослеживает за моим взглядом и смеется.

— Я уверен, что они даже не заметят нашего присутствия.

Я приподнимаю брови, когда девушка отстраняется, и я мельком вижу их лица. Она прижимается к парню, сидящему под ней — одному Богу известно, есть ли на них что-нибудь под водой. Пары, занимающиеся сексом на вечеринке, обычно меня не смущают, но в данном случае, когда парень — Кингстон Девенпорт, а девушка, определенно не Пейтон, это привлекает мое внимание. Я не обманываю себя, думая, что то, что произошло в моей комнате на днях, имеет для него какое-то значение, но, черт возьми, со сколькими девушками он переспал?

Прямо перед тем, как я собираюсь отвести взгляд, наши взгляды встречаются. Я вижу, как напрягаются мышцы его рук, точно так же, как они напрягались, когда он держал руку под моим полотенцем. Брюнетка, извивающаяся на его коленях, теперь громко стонет, не оставляя сомнений в том, что его рука делает под водой. Мое лицо вспыхивает от ярости и, возможно, немного от возбуждения, когда мое тело вспоминает, насколько талантливы его пальцы.

Губы Кингстона складываются в злую ухмылку, а мои глаза прищуриваются, глядя на него. Я могу поклясться, что сейчас он бросает мне вызов — по какой-то причине он делает это, чтобы доказать свою правоту. Почему, черт возьми, меня должно волновать, с кем он спит? Он не мой парень, и я никогда не хотела бы, чтобы он был моим парнем. Так почему же мне хочется подойти и оттащить ее от него за волосы?