Лаура Кнайдль – Проклятый наследник (страница 66)
– Хорошо, ты прав, но мы не можем просто оставить этих людей…
– Мы можем и сделаем это, – прервал ее Ли.
Он опустил руки и вплотную подошел к Зейлан. Она могла ощутить исходящий от него запах земли и пота.
– Это не наша битва. Это путешествие и без того достаточно опасно, чтобы мы отправлялись еще и на поиски Хранителей или людей, избравших для себя этот путь самостоятельно. Нас ждет Нихалос.
– Нихалос может подождать.
– Зейлан, – произнес Ли строгим голосом, который он лишь изредка использовал в отношении девушки. В тот момент перед ней стоял капитан Форэш, а не ее друг. – Я приказываю тебе не ходить на поиски этих людей. Учитывая, что ты здесь только потому, что уже нарушила один из моих приказов, я посоветовал бы тебе на этот раз меня услышать. Или ты хочешь пропустить еще несколько часов тренировок после нашего возвращения к Стене, потому что тебе придется чистить туалеты?
Зейлан стиснула зубы.
– Хочешь?
– Нет, – рыкнула она, все еще напрягая челюсть.
Ей совсем не нравилось, что эти люди предоставлены сами себе, но Ли был прав. Она не могла позволить себе еще одно нарушение правил, и кем бы ни были эти чужаки, они оказались здесь не случайно, потому что невозможно было случайно оказаться так глубоко в лесах Мелидриана.
– Хорошо, тогда мы договорились.
Ли, улыбнувшись, повернулся и вышел из храма. Зейлан бросила последний взгляд в сторону мертвых эльв, прежде чем последовать за ним. Капитан опустился на колени перед хворостом, который они собрали, и поднял его.
– Ли?
Хранитель повернул голову и посмотрел на нее через плечо. В его глазах отражалась усталость, словно он предполагал, что девушка хочет продолжить спор о чужаках. Но Зейлан не собиралась этого делать.
– Да?
Зейлан указала на водоем позади себя.
– Ты дашь мне пять минут?
Он нахмурился:
– Для чего?
– Чтобы помыться.
– Это необходимо? – Ли неуверенно посмотрел в сторону леса и наклонил голову, прислушиваясь к подозрительным звукам. Не сказать, чтобы это как-то помогло. Чаще всего они слышали эльву уже тогда, когда видели ее перед своими глазами.
– Необходимо. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы я измазала все седло своей кровью.
Глаза Ли расширились, когда он наконец понял, о чем идет речь.
– Понимаю. Естественно. Я… эммм… подожду здесь?
Для мужчины, который только что отрубил головы двум эльвам, он вдруг очень смутился.
– Спасибо! Я быстро.
Он кивнул и поспешно повернулся к ней спиной. Зейлан повернулась и побежала обратно к озеру, когда голос Ли заставил ее остановиться:
– Будь осторожна!
Глава 34 – Фрейя
Фрейя разочарованно застонала и встряхнула кристалл. Больше всего ей хотелось швырнуть маятник о стену, но удовлетворение, которое вызовет вид осколков кристалла, было бы недолгим.
– Никчемная штука! – нахмурилась Фрейя. Она разжала свои пальцы, судорожно вцепившиеся в кулон, и уронила его на карту Нихалоса, добытую Ларкином. Этот рисунок не был таким произведением искусства, как изображение, выполненное Мортимером, которым владела Мойра, и все же эта карта выполняла свое предназначение. Отдельные здания не были прорисованы, но были видны городские кварталы и улицы.
– Вы не должны быть так суровы к себе, – сказал Ларкин. Он сидел на стуле и полировал свой волшебный меч, словно мог заставить заблестеть черный клинок, поглотивший свет пламени.
– Вы еще…
– …истощена ядом, – закончила Фрейя фразу за Хранителя. Он уже обращался к принцессе в самых разных формулировках. – Это я знаю.
Откинувшись назад, она опустилась на матрас, такой же жесткий, как и доска, лежащая под ним. Устремив взгляд в потолок, Фрейя потерла виски круговыми движениями. Девушка снова почувствовала пульсирующую боль, как и каждый раз в последние дни, когда она слишком сильно волновалась. В глубине души она понимала, что Ларкин был прав. Возможно, царапины на коже, оставленные эльвой, уже зажили, благодаря травам, которые Ларкин купил у целительницы, но яд все еще терзал тело девушки. Фрейя могла чувствовать это точно так же, как чувствовала похмелье с утра, если выпивала слишком много вина. Яд одурманивал ее, и хотя магия в Нихалосе была настолько ощутимой, что принцесса чувствовала ее кожей, девушке не удалось применить поисковое заклинание. Маятник вращался и вращался, пока не повис, будто выбившись из сил. Фрейя была слишком слаба и не могла как следует сосредоточиться, но ее нетерпение и желание найти Талона были сильны, как никогда.
– Может быть, нам стоит просто выйти отсюда и пойти его искать? – Фрейя указала в сторону окна и оживленных улиц, которые виднелись в нескольких метрах ниже ее комнаты. Сама девушка, с тех пор как очнулась от обморока, еще не покидала таверны и большую часть времени проводила в постели. И только прошлым вечером она впервые осмелилась встать надолго. Фрейя спустилась вниз вместе с Ларкином, и они сели за столик в пустой таверне. Там старая фейри принесла им виноградный сок и овощи, что было типично для Неблагих, которые не ели ни мяса, ни рыбы.
Ларкин отложил свой меч.
– Я не считаю это хорошей идеей.
Фрейя снова выпрямилась.
– А я – да.
Казалось, Ларкину стоило немалых трудов не закатить глаза.
– Нихалос – большой город. Без подсказки мы можем днями бродить по улицам, так и не найдя вашего брата.
– Тогда нам лучше начать как можно раньше.
– А с чего вы хотите начать?
– Не знаю, – Фрейя пожала плечами. Она чувствовала себя неподвижной, будто бы деревянной. – Но покинуть этот полуразрушенный дом уже будет прогрессом.
– Пощадите себя, – сказал Ларкин.
– Вы говорите мне об этом каждый день.
– Да, и убежден, что ваша магия – это верный путь. Вам нужно отдохнуть и проявить немного терпения. Ваше заклинание поиска сработает, как только вы снова наберетесь сил. Поверьте мне!
– Еще два дня, – сказал Ларкин, от которого не ускользнуло расстроенное выражение лица девушки. – Отдохните еще два дня, и если ваше заклинание не подействует, мы отправимся на поиски Талона обычным путем. Согласны?
Фрейя уныло кивнула, но только потому, что пульсирующая боль в висках в последние несколько мгновений значительно усилилась. Принцесса вымыла разложенную на кровати посуду, которую использовала для заклинания, и свернулась калачиком на матрасе, чтобы немного отдохнуть. Она повернулась к Ларкину спиной и все же ощущала на себе его взгляд. Девушка восхищалась его спокойствием и невозмутимостью по отношению к ней. Вот уже несколько дней он был заперт из-за нее в этой комнате и спал, сидя на стуле. Другой на его месте давно бы сошел с ума, но, возможно, такое бесконечное терпение было побочным эффектом бессмертия, ибо впереди у Хранителя были еще века. Или это годы, проведенные в подземелье, давали о себе знать? При этой мысли Фрейя в очередной раз осознала, как мало она на самом деле знала о человеке, с которым уже несколько недель путешествовала по материку. Он был храбр, верен и доверчив, но по-прежнему скрывал свою истинную натуру за маской Хранителя.
– Ларкин?
– Принцесса?
Она повернулась на кровати.
– Почему вы стали Хранителем?
– Зачем вам это знать? – недоверчиво спросил Ларкин, как человек, который всегда привык быть начеку и в жизни которого встречалось слишком много подозрительных людей.
– Мне хочется знать о вас больше.
Ларкин колебался, и Фрейя поняла, еще один вопрос «Почему?» просится с его языка, но вместо того, чтобы задать его, Хранитель ответил:
– Я хотел быть подмогой своей стране и своему королю.
– А почему в качестве Хранителя, а не просто гвардейца?
– Хранителям платят лучше.
– Но они также несут большую ответственность. – Фрейя не считала Ларкина лжецом, тем более не предполагала, что он станет лгать «своей богине», но у нее создалось впечатление, что мужчина своими словами пытается выманить ее на ложный след. Девушка не поверила, что страж избрал этот путь ради золота. Для этого Ларкин обладал глубоким чувством чести.
– Конечно, это правда, – сухо ответил Ларкин. Он схватил платок, которым чистил свой меч, и взял в руки сапог. Никаких пятен на нем видно не было, тем не менее мужчина принялся деловито полировать кожу. Опустив голову, Хранитель избегал взгляда Фрейи, но она не удовлетворилась его уклончивым ответом. Если он не хотел говорить, пусть скажет об этом, как тогда, в таверне Сирадреи. Принцесса пристально уставилась на Хранителя, и молчание, повисшее между ними, стало тяжелее, несмотря на веселые голоса, доносившиеся до постоялого двора с шумных улиц.
Наконец Ларкин глубоко вдохнул и шумно выпустил воздух. Не отрывая взгляда от своих сапог, он начал говорить:
– Мой отец был священником в храме рядом со Свободной землей. Я вырос с ним и часто наблюдал за тренировками Хранителей. Иногда, когда у фельдмаршала Ярлата было особенно хорошее настроение, он разрешал мне присоединиться к ним. Не по-настоящему, конечно, но они давали мне деревянные палочки, объясняли последовательность движений, научили держать лук и стрелы. – При этом воспоминании на лице Ларкина заиграла улыбка. – Мой отец, конечно, хотел, чтобы я пошел по его стопам и стал священником. Я был близок к тому, чтобы начать свое обучение, когда на него напала эльва. Я хотел броситься ему на помощь, но отец приказал мне держаться подальше. Поэтому я стоял и смотрел, как он боролся за жизнь. В конце концов эльву убил фельдмаршал Ярлат, но было уже слишком поздно. Мой отец был мертв, и я больше никогда не хотел оказаться перед лицом этих тварей, чувствуя себя настолько беспомощным.