Лаура Кнайдль – Проклятый наследник (страница 22)

Девушка вынула кинжал из рукава своего плаща. Прежде чем принцесса смогла отдать следующий приказ, Ларкин уже протянул ей руку, как будто ему уже сотни раз приходилось доказывать свои способности к быстрому исцелению. Фрейя испытала острое чувство вины. Она не сможет этого сделать, даже если ей очень хочется увидеть настоящую магию. Ларкин уже достаточно пострадал в плену, и Фрейя даже не хотела думать о том, как часто его уже резали гвардейцы Роланда, в наказание, ради забавы или из простого любопытства, потому что тоже хотели увидеть действие магии.

Фрейя снова опустила кинжал и положила его на небольшой ночной столик, кособоко примостившийся у кровати.

– Мне очень-очень жаль. Я не… – должна была этого делать, хотела продолжить Фрейя, но поняла, что это неправильно, – …должна была даже думать об этом. Если хотите знать, мне это очень интересно. Я никогда не сталкивалась прежде с Бессмертным Хранителем или вообще кем-то, кто может творить настоящую магию.

Взгляд Ларкина скользнул от Фрейи к кинжалу и обратно к девушке. Его губы приоткрылись, словно мужчина хотел что-то произнести, но не был уверен, что ему позволено это сделать.

– Что вы хотели сказать? – спросила Фрейя.

– Ваша магия… магия, которой вы зажгли лампу… – прошептал Ларкин так тихо, будто боялся рассердить принцессу, если будет выговаривать слова чуть громче. – Разве это не настоящая магия?

Фрейя подавила смешок и покачала головой:

– Это даже не моя магия. Подвески доставлены из Мелидриана. Мне повезло выкупить их у одной моей подруги. Хотя совсем недавно я смогла воспользоваться поисковым заклинанием, с помощью которого узнала, где сейчас мой брат. Вы должны обещать мне, что ни с кем не будете говорить о моей магии, как бы ничтожна она ни была. Это может стоить жизни не только мне, но и вам.

Выражение лица Ларкина ничуть не изменилось. Его взгляд был совершенно равнодушен, и Фрейя задумалась, было ли такое поведение нормальным для Хранителя. Неужели его чувства настолько очерствели за годы службы у Стены? Или на это повлияли Роланд и его гвардейцы? Она видела кровь на одной из дверей подземелья и могла представить, что пришлось вынести в долгом заточении такому человеку, как Ларкин.

Фрейя осторожно накрыла руку Ларкина своей. Мужчина вздрогнул, но не отстранился от этого прикосновения. Кончиками пальцев принцесса могла ощущать зернистую грязь на коже Хранителя.

– Обещайте мне, что вы будете хранить молчание.

Мышцы на руке фельдмаршала напряглись. Он медленно кивнул:

– Я бы никогда не предал вас, принцесса.

– Я верю вам.

Фрейя улыбнулась и убрала свою руку. Она не хотела прерывать их разговор. Ей нравились звучание его голоса и особый акцент, который сквозил в каждом слове мужчины. Но тут внезапно раздался стук в дверь, и Ларкин вскочил на ноги. Девушка едва успела вновь натянуть на лицо капюшон своего плаща, как в комнату снова вошел хозяин таверны в сопровождении незнакомца. Лица мужчин были красными от натуги, когда они с хриплыми вздохами втащили в комнату округлую деревянную ванну, видавшую лучшие дни. Вслед за ними вошла женщина с двумя ведрами. Воду она вылила в корыто и возвращалась еще несколько раз, пока ванна не наполнилась. От воды шел горячий пар.

– Будут ли еще пожелания? – спросил хозяин, наклонившись вперед, чтобы поймать взгляд из-под капюшона Фрейи. Скорее всего, мужчина решил, что девушка либо очень некрасива, либо изуродована.

Фрейя опустила голову.

– Не найдется ли у вас сменной одежды для моего мужа?

Хозяин хмуро посмотрел на Ларкина.

– Мне кажется, у нас ничего такого нет. Элата? – обратился он к женщине, которая в этот момент снова вошла в комнату. Фрейя решила, что это, скорее всего, хозяйка таверны. Женщина принесла тарелку с колбасой и хлебом. Ее голову покрывала копна непокорных кудрей, а фигура была стройной и тонкой, но полные ведра с водой она таскала в комнату без единой жалобы.

– Что такое?

– Не найдется ли у нас сменной одежды для нашего гостя?

Хозяйка оценивающе посмотрела на Ларкина, который отсутствующим взглядом уставился на воду.

– Может быть, что-то и найдется, – сказала она и пояснила: – Иногда гости забывают у нас свои вещи, и мы сохраняем их некоторое время, прежде чем продать.

– Спасибо, – поблагодарила Фрейя с улыбкой. Через некоторое время им принесли запятнанную рубашку, пахнущую сеном, и брюки с дырками на коленях. Выбирать не приходилось. Так или иначе, эти вещи были лучше, чем тряпки на теле Ларкина. Позже она найдет портного и купит ему новые вещи.

– Вы должны принять ванну, пока вода еще горячая, – сказала Фрейя после того, как хозяин с хозяйкой покинули комнату. Ларкин стоял возле корыта и смотрел на восходящие облака пара. При других обстоятельствах Фрейя вышла бы из комнаты, чтобы не стеснять его. В их теперешней ситуации, однако, это было невозможно.

– Вы не будете стесняться, правда? – Ларкин поднял глаза, и ответ был в его взгляде. Фрейя вздохнула. Конечно, ему было неприятно обнажаться в присутствии своей богини, но другого выхода не было. – Я не буду смотреть. Обещаю.

Девушка отвернулась. На мгновение воцарилась тишина, затем она услышала, как Хранитель снимает свои лохмотья. Фрейя почти испугалась того, как неохотно мужчина повиновался ей. Она вдруг обнаружила, что это ей совсем не понравилось. Идея править и управлять другими никогда не была для принцессы такой привлекательной, как для ее отца. Она никого не хотела контролировать и уж тем более не собиралась путешествовать по стране с послушной марионеткой.

Позади себя Фрейя услышала, как Ларкин скользнул в воду и удовлетворенно вздохнул. Она улыбнулась и повернулась к Хранителю, который едва помещался в ванне. Мужчина медленно провел руками по поверхности воды, перебирая пальцами, прежде чем взял мыло, принесенное хозяйкой, и начал намыливать свое тело.

Мутная от грязи вода скрывала все, что находилось ниже ее поверхности, и Фрейя могла наблюдать за процессом, не отрываясь.

– Сколько времени прошло с тех пор, как вы мылись последний раз?

– Семь лет.

– Значит, это ваша первая ванна с момента ареста? – ошеломленно спросила Фрейя. При полном отсутствии гигиены неудивительно было, что в подземелье воняло в пять раз хуже, чем в конюшнях у лошадей. Ларкин кивнул, погрузился под воду и через мгновение вынырнул снова. Вода выплеснулась через край посудины. Длинные волосы мокрыми прядями прилипли к щекам мужчины.

Фрейя села на табурет перед столом, так, что могла видеть только спину Ларкина. Теплая вода не расслабила его мускулы. Наверное, это было привычное состояние для Хранителя. Он всегда был начеку; всегда готов к бою.

– Вы когда-нибудь бывали в Мелидриане? – спросила Фрейя. Она впервые упомянула о волшебной стране в разговоре с Хранителем. О своем убеждении в том, что Талон жив, принцесса уже рассказала мужчине, а вот о том, где она собирается искать брата, пока не сообщила.

– Пару раз, – ответил Ларкин, при этом его голос приобрел странное, прямо-таки тоскливое звучание.

– Неужели там так опасно, как все говорят?

Мужчина кивнул.

Это был не тот ответ, который Фрейя ждала услышать. Девушка не позволяла себе даже думать о том, с какими опасностями Талону пришлось столкнуться за минувшие семь лет, потому что в прошлом она уже ничего не могла изменить. Что случилось, то случилось, и в этом отчасти была и ее вина. Но ее жалоть к себе и тревога за брата не спасут Талона. Нужно действовать.

– Мой брат в Нихалосе, – произнесла Фрейя. Со своего места она не могла видеть лица Ларкина, но, судя по всему, оно оставалось таким же безучастным, как всегда. – И мы его вернем.

– Вы хотите попасть в волшебную страну?

– Да, мой план – поехать на юго-запад. Добраться до Асканы, портового города на берегу Дышащего моря. Там мы найдем корабль, чтобы обогнуть Стену по воде.

Эти слова вызвали что-то в Ларкине и изменили его. Фрейя не могла с уверенностью сказать, что именно происходило в Хранителе, но его мышцы были напряжены, как никогда. Аура мужчины заметно исказилась. Его присутствие, казалось, нарастало, как и тогда ночью, в борьбе с грабителями. Он покачал головой:

– Вы не поедете в Мелидриан.

Фрейя не знала, что удивило ее больше, уверенность в словах Ларкина или то, что он осмелился ей возражать.

– Что?

– Вам предстоит вернуться в Амарун, – пояснил мужчина и бросил на девушку строгий взгляд через плечо, так что она увидела его угловатый профиль. Его лицо превратилось в стальную маску, холодную и безжизненную. Ни один обнаженный человек не мог выглядеть настолько угрожающе, как Ларкин в этот момент. Фрейя легко могла представить, как он с таким выражением лица руководил армией Бессмертных Хранителей. Но только она не даст себя запугать.

Решительно выпятив подбородок, девушка смотрела прямо перед собой.

– Ни в коем случае. Я не подведу Талона. Мы идем в Мелидриан.

– Я пойду в Мелидриан. И я найду принца Талона для вас.

Фрейя сжала руки в кулаки. Неужели всего несколько минут назад ей хотелось, чтобы Ларкин не переставал говорить с ней? Теперь девушке хотелось, чтобы он заткнулся. Принцесса не помнила, когда в последний раз кто-то, кроме родителей, позволял себе разговаривать с ней таким тоном.

– Я буду сопровождать вас.

Это не было ни просьбой, ни вопросом. Только констатация факта.