Лаура Кнайдль – Не. Прикасайся ко мне (страница 47)

– У вас делают подарки на День благодарения? – спросила я удивленно. – У меня ничего нет для тебя.

Апрель засмеялась:

– Это не на День благодарения, а просто так. Упаковка была сделана стихийно по случаю праздника.

Я уставилась на конверт, и у меня защипало в глазах. Чем я заслужила такую подругу, как Апрель, если я сама даже не могла быть с ней честной?

– Ты не должна мне ничего дарить.

– Чепуха, это мелочь. – Она сделала пренебрежительное движение рукой. – А теперь открой! Я всю неделю предвкушала твою реакцию.

Апрель подарила мне сияющую улыбку, и мне не оставалось ничего другого, как послушать ее, даже если я чувствовала себя при этом жалко. В последний месяц я не была лучшей подругой, а Апрель и Лука уже достаточно сделали для меня. Сколько еще я могла принимать от них, не чувствуя себя мошенницей? Я открыла конверт и вытащила сложенный кусок бумаги. Это было распечатанное электронное письмо с темой: Подтверждение аренды торгового места.

– Я арендовала тебе торговое место, – объяснила Апрель радостным голосом, прежде чем я прочла сообщение. – Я увидела объявление в кампусе. Еще были свободные места на следующую неделю, и я подумала, что было бы очень круто сделать это вместе. У нас наконец снова будет немного времени, чтобы побыть вдвоем, и ты сможешь заработать. Это же праздничная ярмарка… – Она тараторила, словно должна была убедить меня, хотя сделала это уже с первого предложения.

Я спрыгнула с дивана и обняла ее:

– Спасибо! Спасибо! Спасибо!

– Ты рада? – Ее голос звучал неуверенно.

– Конечно! – Из уголка глаза скатилась слеза. – Это будет здорово! Мы сделаем это вместе! – Я отпустила Апрель и посмотрела на письмо в моих руках. – Теперь я знаю, что буду делать всю неделю.

– Если ты поедешь с нами в Бринзон, я могла бы помочь тебе мастерить.

Я улыбнулась:

– Ты не сдаешься?

– Мне не нравится мысль оставить тебя одну.

– Я не думаю, что она будет одна, – заметил Лука, заходя в гостиную. На нем была белая футболка, сквозь ткань которой можно было увидеть темные татуировки.

Я не могла отрицать – он выглядел великолепно, и я скучала по нему. Как это возможно? Как можно скучать по тому, кто стоит на расстоянии нескольких шагов? Однако после того случая на Хеллоуин – это было уже три недели назад? – все изменилось. Он был мил со мной, позволил мне дальше жить в своей квартире и постоянно помогал на работе находить нужные карточки для картотеки. Но это было все. Он прекратил писать мне и охотнее проводил время с Гэвином и в чужих постелях, чем со мной и Апрель на диване.

Мой нервный срыв стоял между нами, как розовый слон, и я хотела, чтобы он наконец исчез. Несколько раз я думала все рассказать Луке, чтобы отношения между нами стали прежними. Хорошо, я могла рассказать ему не все, но надо было дать ему знать, что произошедшее со мной после Хеллоуина – не его вина и не имеет отношения к нему или нашей дружбе. Но всегда, когда я пыталась коснуться этой темы, меня охватывала волна паники и неуверенности. Что, если Лука начнет задавать мне вопросы, на которые я не смогу ответить? Что, если он видит меня насквозь и узнал правду? Скрыть что-то от него было одним делом, солгать ему – совсем другим, и я снова и снова шла на попятную. И так из дней складывались недели, и вот теперь мы стояли здесь. Он покидал меня на выходные, и я скучала по нему.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Апрель, повернувшись к Луке и оторвав меня от моих мыслей. Ожидая ответа, она переводила взгляд со своего брата на меня и обратно.

– Я имею в виду то, что сказал. – Он пожал плечами, взял свой рюкзак и вышел, не сказав больше ни слова. Я слышала, как он сбежал вниз по лестнице. Несколько секунд Апрель и я безмолвно смотрели ему вслед.

– Та-а-к, – протяжно сказала Апрель, прежде чем снова повернулась ко мне – безупречно выщипанная правая бровь была поднята. – Ты кого-то ждешь?

Я покачала головой.

– Хм… – Выражение ее лица стало задумчивым, она выглядела озабоченной. – Он ведет себя смешно. Я думаю, еще смешнее, чем обычно. Ты не находишь?

– Зимняя депрессия? – предположила я уклончиво, так как термометр, несмотря на солнечный свет, уже редко показывал выше десяти градусов. Но в мыслях я все еще вертела комментарий Луки. Я не думаю, что она будет одна. Что он имел в виду?

С улицы раздался гудок. Апрель вздохнула и еще раз бросила на меня взгляд, который сказал, что охотнее всего она бы схватила меня и заперла в багажнике, чтобы взять с собой.

– Я должна идти. Оставайся добропорядочной и будь продуктивной.

– Обещаю. – Я робко улыбнулась, мы обнялись еще раз на прощание, а потом я осталась одна. Следующие четыре дня посвящены лишь мне, моим мыслям и множеству цепочек и сережек, которые должны быть сделаны. Это будут прекрасные длинные выходные, и я не стану думать о Дне благодарения.

Я подыскала на Netflix новый сериал – «Корона» – и уютно устроилась на диване со своими украшениями и блокнотом, чтобы записать, что надо приготовить для ярмарки. С помощью Etsy-продаж последних месяцев я решила, что хочу предложить, и принялась за работу.

Я почти закончила первую цепочку и третью серию «Короны», когда в дверь постучали.

Я не думаю, что она будет одна.

Я растерянно скользнула с дивана и подошла к двери, чтобы посмотреть в глазок.

На мгновение сердце перестало биться.

Этого не может быть.

Невозможно.

И все же.

Я открыла дверь и бросилась в объятия Меган, так стремительно, что мы зашатались и чуть не упали.

Она громко смеялась и отвечала на объятия.

– Я рада тебя видеть, – весело заметила она и похлопала меня по спине.

– Что ты здесь делаешь?!

Я отпустила Меган и осмотрела лучшую подругу с ног до головы. Не понимаю почему, но я ожидала, что она должна как-то измениться за последние четыре месяца, что Нью-Йорк изменил ее; но она выглядела так же, как всегда. Ее глаза все еще были темно-карими, и у нее было то же колечко в носу, чему я очень завидовала с пятнадцати лет. Только волосы выглядели иначе – как всегда. Они теперь были розовыми, как когда-то у Пинк.

– Почему ты не в Нью-Йорке? Я думала, ты отпразднуешь День благодарения с важными людьми сферы искусства.

– В последние месяцы я вижу Нью-Йорк чаще, чем тебя. – Меган пожала плечами. – Кроме того, я никогда не была в Неваде.

– Ты сумасшедшая.

– Я часто слышу это. – Меган ухмыльнулась и прошла мимо меня. На ее плече висел большой рюкзак. – Значит, ты здесь живешь?

Я кивнула.

– Точнее говоря, мы уже находимся в моей спальне.

– Изысканно, – заметила она с гнусавой интонацией и осмотрелась в комнате, которая выглядела действительно впечатляюще со всеми книжными полками. Конечно, я знала, что она не понравится Меган: на стенах не было ни фотографий, ни картин.

Я взяла ее рюкзак и поставила рядом с диваном.

– Как ты попала в дом? И вообще, как ты меня нашла? Я не помню, что давала тебе адрес.

– Ты и не давала. Мне дал его Лука. И ключи тоже. – Она опустила руку в карман куртки и вытащила связку ключей. – Он спрятал их в цветочном горшке рядом с дверью.

– Почему?

– Почему нет? Мы объединились против тебя. – Она помедлила. – Хорошо, не против тебя, а для тебя. Это была его идея.

Я не думаю, что она будет одна.

У меня в горле образовался комок, и мне пришлось тяжело сглотнуть. Почти месяц Лука и я игнорировали друг друга, и, несмотря на это, он запланировал такое за моей спиной? Он привел ко мне человека, который действительно мог отвлечь меня от всего.

– Некоторое время назад он написал мне и спросил, не хотела бы я тебя навестить. Явно стащил мой номер из твоего мобильного, – продолжила Меган, совершенно не подозревая, что происходит у меня внутри. – Он полагал, что ты себя плохо чувствуешь, и не знал, как помочь тебе. Я сказала ему, что с удовольствием бы приехала, но у меня нет денег для полета. Я думала, что на том дело и кончилось, но неделю назад Лука позвонил мне еще раз. Он сказал, что нашел более выгодный рейс и берет на себя половину стоимости. Я хотела отказаться, так как знала, что ты не хочешь принимать еще больше от Апрель и Луки, но он настаивал на том, чтобы ты не была одна в День благодарения. Будучи эгоистичной, я приняла предложение. Я очень хотела увидеть тебя. И мне все равно, должна ли ты за это отдаться Луке. Я ни о чем не жалею.

Я засмеялась и с влажно блестящими от радости глазами обняла Меган еще раз, хотя в этот момент я бы охотнее заключила в объятия кое-кого другого.

– Можешь немного подождать? Я сейчас приду.

– Конечно. – Меган бросилась на диван и сразу ухватилась за мои украшения. На заднем плане все еще шел сериал «Корона». Я схватила мобильный и, пока бежала в комнату Апрель, набрала номер Луки. С каждым гудком мое сердце билось все быстрее. Наконец гудки смолкли, и стало слышно шум. Лука не сказал ничего, но я знала, что он слушает меня.

Я закрыла глаза.

– Спасибо.

– Не стоит благодарности. – Я чувствовала, что он улыбается. Еще никогда в жизни присутствие мужчины не было таким желанным, как в данный момент, и я ненавидела его за то, что он ушел, ничего не сказав. Слова «спасибо» по телефону было недостаточно.

– Я проголодалась, – объявила Меган, едва я вернулась в гостиную. Она выключила телевизор и плела браслет из кожаных ленточек и золоченых бусинок.