Лаура Кнайдль – Корона Тьмы. Рождение магии (страница 22)

Полукровка тут же потянулся за ложкой, набрал в нее кашу и, сунув ее в рот, сейчас же проглотил, несмотря на пар, исходящий от еды. Он испустил удовлетворенный вздох и жадно съел еще одну ложку. При этом он низко склонился над тарелкой и зачерпывал еду прямо в рот, потому что кандалы не оставляли ему особой свободы для движений.

Ли никогда не видел человека, который бы ел так, как этот полукровка, ну, может быть, за исключением Бриона. Поэтому он не смел мешать ему. Хранитель осторожно глотнул свой чай и помешал в собственной миске, не выпуская из виду черноволосого мужчину. По-видимому, Неблагие не снабжали своих пленников пищей в достаточном количестве, хотя Зейлан никогда не жаловалась на это. Тем не менее Ли решил при первой возможности что-нибудь пронести ей в камеру. Хранители могли долго выдержать без пищи, и Ли никогда еще не слышал, чтобы кто-то из его собратьев умер бы с голоду. Но на пустой желудок сражаться было трудно и сосредоточиться на цели – тоже. Видимо, поэтому у Зейлан были трудности в управлении собственной магией.

Какой-то скребущий звук вырвал Ли из размышлений, и Хранитель заметил, что полукровка скреб свою пустую миску, пытаясь собрать остатки каши. Ли вздохнул и толкнул свою миску через стол. Полуэльф вопросительно посмотрел на него.

– Разве ты не говорил, что проголодался?

– Не задавай вопросов и ешь, – ответил Ли, потягивая свой чай, чтобы заполнить пустоту в желудке хотя бы этим. Он мог поесть в любой момент. Всякий раз, когда он хотел, повара в замке готовили ему питательную еду. А полуэльф из благодарности, может, все-таки будет готов заговорить.

Тот подтянул к себе миску Ли и снова взял ложку. По-видимому, сильный голод уже был утолен, потому что на этот раз он ел медленнее. С наслаждением полукровка снова и снова засовывал в рот ложку с кашей.

– Зачем ты напал на Олдрена и Кирана в день коронации? – прямо спросил Ли, продолжая следить глазами за полукровкой, чтобы не пропустить его ответ.

– Потому что я так хотел, – ответил тот через некоторое время, не отрывая взгляда от тарелки.

– Почему?

Теперь взгляд полуэльфа метнулся в сторону Ли, на короткое мгновение, но все же. Потом мужчина снова вернулся к своей трапезе.

– Лучше спроси меня о том, что ты действительно хочешь знать.

Уголки рта Ли дернулись.

– Зачем ты убил королеву Зарину?

– Я не убивал ее.

– Зейлан утверждает обратное.

– Она лжет, – возразил полуэльф и сделал глоток своего чая, прежде чем сунуть в рот очередную ложку овсяной каши.

– Я так не думаю, – возразил Ли, мимоходом оглядывая таверну. Он должен был убедиться, что их не подслушивают. Но очертания одиноких фигур вокруг оставались совершенно невыразительными. – Зачем ей было убивать королеву?

Полуэльф пожал плечами.

– Откуда мне знать?

Ли заставил себя успокоиться. Какую цель преследовал полукровка? Он умрет в любом случае. Признание не приближало его к смерти, а только к спасению. То, как он загнивал в подземелье Неблагих фейри, нельзя было назвать жизнью.

– Ты знаешь, сколько лет Зейлан? – спросил Ли, меняя тактику. – Девятнадцать. Она только недавно была назначена Хранительницей и еще не прожила полную человеческую жизнь. Она потеряла родителей во время нападения эльв. По глубочайшему убеждению она всегда хотела служить только на Стене, чтобы не допустить, чтобы с другими семьями случилось подобная жестокость. За это она даже приняла на себя гнев фельдмаршала. Сопровождать меня и остальных Хранителей на коронацию Кирана было наказанием, возложенным на нее за то, что она нарушила запрет следовать за нами во время нападения эльв, хотя у нее почти нет опыта борьбы с этими тварями. Чтобы спасти невинных людей, она рисковала собственной жизнью. Она ни в коем случае не стала бы ставить под угрозу возможность сделать это снова, убив женщину, которая для нее ничего не значила.

Полуэльф прервал свою трапезу и ошарашенно уставился на Ли.

– Зачем ты мне это рассказываешь?

– Потому что ты умрешь, – заявил Ли, и почему-то при этих словах волоски у него на руках вздыбились. – Мне жаль, но этого пути тебе не миновать. Твой палач только и ждет приказа принца. Убил ли ты королеву Зарину или нет, на самом деле это уже не имеет значения, но признанием ты мог бы спасти жизнь Зейлан. Ее жизнь и жизнь людей, которых она будет защищать.

– Люди мне безразличны, – ответил полуэльф и отвернулся, не позволяя Ли заглянуть в его глаза, которые уже не были пустыми.

– Я бы тебе поверил, не будь твоя мать одной из нас. Она подарила тебе жизнь. Что бы она подумала бы о тебе, если бы узнала, что ты позволишь казнить невинную девушку?

– Она Хранительница и, следовательно, совершенно не невинна.

– Ты ошибаешься, – возразил Ли. В своей жизни ему приходилось иметь дело со многими подозрительными личностями. Мошенниками. Скупщиками краденого. Альфонсами. И наемными убийцами. Мрачными людьми, лишенными всякой совести. С мешками, набитыми золотом, и клинками, сочащимися кровью. Знакомства, которых нельзя было избежать, если ты был вором. Зейлан не была на них похожа. Конечно, она нарушала какие-то законы, но в этом она мало чем отличалась от большинства жителей Тобрии. У них не оставалось другого выбора, если они не принадлежали к гражданам, благословенным королем.

Полукровка отложил свою ложку и отставил еще наполовину полную миску.

– Ты любишь эту крошку?

Вопрос удивил Ли.

– Зачем тебе это?

– Я просто хотел бы знать. – В тоне полукровки сквозило равнодушие. Зачем же ему было знать это, если ответ был мужчине безразличен?

– Если я скажу «да», это что-то изменит? – спросил Ли.

Полуэльф скривил губы в слабой улыбке и покачал головой.

– Нет, потому что я все равно тебе не поверю. Твой взгляд и колебания говорят о многом. Может, она для тебя и важна, но ты не любишь ее. – Он отодвинул стул и встал. – Так что не волнуйся, ты справишься с ее смертью. А теперь пойдем!

Ли посмотрел на полуэльфа.

– Мы еще не закончили.

– Мы можем продолжить разговор на ходу, но ты только впустую потратишь свое дыхание, если думаешь, что я признаю убийство королевы.

Глава 12 – Фрейя

– Амарун –

Человек был мертв. Зарезан. Ограблен. Босые ноги мужчины тянулись по земле, когда гвардейцы оттаскивали его тело, чтобы избавить Фрейю от этого зрелища. Слишком поздно. Карета остановилась, но никто не открывал двери Элрою и принцессе. Поэтому она выглянула в окно и обнаружила то, что гвардейцы хотели от нее скрыть. Неподалеку от лестницы, ведущей в храм, лежал человек. Его кожа еще не была испещрена пятнами, появлявшимися через несколько часов после смерти. Он умер совсем недавно. Возможно, его убийца все еще был поблизости. У Фрейи сжался желудок, и она снова опустила занавеску.

– Мы ведь можем отложить это дело, – предложил Элрой, играя с украденным браслетом, который теперь болтался у него на запястье.

Фрейя покачала головой.

– Никак. Мне нужно поговорить с Мойрой.

– Мойра, – повторил он медленно, словно хотел пробудить воспоминания об этом имени. Однако Фрейя была уверена, что никогда не говорила ему о ней. – Почему?

– Это не важно.

Элрой с любопытством посмотрел на нее.

– Понимаю. Речь идет о магии. – Конечно, он видел ее насквозь. – Она алхимик?

Фрейя вздохнула.

– Да.

– Ну а она, случайно, не знает, как стать бессмертным?

– Наверное, нет.

– Прискорбно. – Элрой оторвался от своего браслета. – Это было бы слишком хорошо.

Едва он закончил фразу, двери кареты открылись. Фрейя спустилась по ступенькам, и ее ботинки утонули в слякоти, потому что здесь не было никаких тропинок. Внимательно оглядываясь, она избегала смотреть на кровавое пятно, оставленное мертвым человеком. Никогда еще она не посещала затонувший храм, да до сих пор для этого и не было причин. Хотя от самого храма уже ничего не осталось, построенные на его месте давно обветшавшие хижины сразу бросались в глаза. Обломки гнилого дерева с обвалившимися крышами, перекошенными окнами и выбитыми дверями, которые впускали в хижины всевозможных паразитов. В этом районе не ощущалось запаха дорогих духов. Уже через короткое время вонь фекалий, грязи и болезней была просто подавляющей.

– Я хочу войти в храм наедине с Фрейей, – заявил Элрой. – Посмотрите, не находится ли кто-нибудь там внутри.

Прежде чем остальные гвардейцы успели оспорить приказ, Йель поспешил вперед и разведал обстановку. Сразу после этого он уже вернулся. Он дал Элрою знак, что все чисто, и отдал приказ гвардейцам короля:

– Я охраняю задний выход, вы остаетесь здесь.

Его слова были произнесены с такой решительностью, что никто не возражал, хотя он не был официально членом гвардии. Видно, на борту Хелении он тоже пользовался этим строгим тоном.

Мужчины выстроились, и Фрейя подобрала платье. При этом она бегло нащупала травы, которые прятала в пальто. Хотя она еще не сделала ничего запретного, в ее груди уже распространилось тревожное трепетание, когда Элрой повел ее к лестнице храма. Несколько десятилетий назад землетрясение погрузило его в землю.

Элрой устремился вперед. Осторожно шагая, Фрейя последовала за ним по ступеням, которые были выбиты из камня. На лестнице не было факелов, свет мерцал только в конце коридора. Фрейя цеплялась за плечо Элроя, потому что ее обувь на самом деле совсем не подходила для такой экскурсии. Было бы лучше, если бы принцесса взяла свои ботинки, которые надевала той ночью, когда планировала побег. Чем глубже они проникали в храм, тем больше испарялось зловоние, пока Фрейя не почувствовала даже запах эфирного масла. Естественно. Какими бы обездоленными ни были люди в этих кварталах, ее отец никогда бы не позволил одному из своих храмов пахнуть экскрементами.