Лаура Кнайдль – Корона Тьмы. Рождение магии (страница 10)

Лоб ее отца-короля прорезала глубокая морщина.

– Кто рассказал тебе об этом?

По спине Фрейи пробежал холодок. Так значит, это правда…

– Я, – неожиданно раздался позади нее голос Элроя. Все мышцы ее тела напряглись. Девушка не слышала, как он пришел. Осторожно взглянув через плечо, Фрейя заметила пирата, неторопливо направляющегося к ним. Почему гвардейцы не преградили ему путь? Пират переоделся и теперь снова был в том же красно-коричневом мундире, который носил, когда девушка впервые встретила юношу на волшебном черном рынке. – Мы с Фрейей случайно столкнулись прошлой ночью на кухне, и я проболтался.

Фрейя встретилась взглядом с отцом, в глазах которого явственно читался вопрос. Как ты вышла из своей спальни? Но этого вопроса король не задал, вместо этого он обратился к Элрою. Лицо правителя Тобрии озарилось улыбкой, а Фрейя явственно почувствовала тошноту. С нежелательным гостем так себя не ведут.

– Приветствую вас, принц Диглан. Я надеюсь, вы хорошо провели ночь?

Как ее отец назвал Элроя? Принц Диглан?

– Отлично, – ответил Элрой и остановился рядом с Фрейей, скрестив руки за спиной и пожимая плечами. – У вас действительно очень красивый замок. Маленький, но уютный.

Что-то темное вспыхнуло в глазах короля Андроиса, и он попытался скрыть это за улыбкой. Фрейе же, в свою очередь, пришлось подавить усмешку. Ее отец не любил, когда его святыню называли маленькой.

– Благодарю, – вынужденно процедил он. – Мы рассматриваем возможность расширения. В конце концов, замок уже очень старый. Он был воздвигнут лучшими строителями после войны, когда прежний замок подвергся разрушению. Руины еще остались в Шестом кольце города. Вы можете посетить это место, если желаете, но советую вам не ходить одному. Можете свободно располагать людьми из числа моих гвардейцев.

Элрой благодарно кивнул.

– Возможно, я так и сделаю.

Это казалось какой-то злобной шуткой. Эти двое планировали однодневную поездку к развалинам, в то время как Фрейя даже не могла понять, как ей дальше жить.

– Значит, это правда? – снова спросила Фрейя, хотя уже знала ответ. Принцесса видела перед собой радостные лица родителей и самодовольную улыбку Элроя. – Я помолвлена – с ним?

Король Андроис кивнул.

– Принц Диглан попросил у меня твоей руки. Я дал ему свое согласие.

– Что? – выпалила Фрейя.

Значит, Элрой говорил правду. Они помолвлены. О чем только думали ее родители? И прежде всего – о чем думал Элрой? Он ведь был одержим идеей обрести бессмертие. А это означало, что он должен был любить свою жизнь. Почему же мужчина так рисковал? Если только ее отец узнает, кем Элрой является в действительности, он без промедления прикажет его повесить. Пират должен был это знать.

– Это что, какая-то шутка?

– Вовсе нет.

Голос ее отца звучал гордо. Высокомерно. Он говорил как человек, уверенный в своей победе. Так, как говорил всегда, когда рассказывал о том, что Драэдоны много веков назад изгнали фейри и эльв из Тобрии. При этом король Андроис делал вид, что этот подвиг – всецело его заслуга.

У Фрейи закружилась голова. Отец не мог всерьез так поступить! Он обручил ее! Заключил помолвку! Без согласия Фрейи и даже не спросив дочь, он обещал ее незнакомцу. Да, девушка была знакома с Элроем, но ведь ее отец этого не знал! Неужели родители считали, что она вообще не имеет права принимать собственные решения?

– А как же… как же Мелвин? – запинаясь, спросила Фрейя. До бегства в Мелидриан она была обещана лорду Де Феличе. Он, по крайней мере, принадлежал ее миру.

– Я уверен, что молодой лорд и его отец поймут это решение. Брак между тобой и принцем Дигланом будет лучшим союзом для нашей страны, – заявил ее отец.

По-видимому, король и королева действительно были убеждены, что перед ними стоял принц Диглан. Понятное дело, в конце концов, цвет кожи Элроя и стиль его одежды позволяли сделать вывод, что он прибыл из Зеакиса и обладал приличным состоянием. Но он точно не был принцем Дигланом! Ведь сам принц был старшим сыном императрицы Атессы, властительницы королевства Зеакис. Никто из них никогда прежде не встречал принца, но, конечно, это имя было известно в Тобрии. Правда, сам принц никогда не смог бы взойти на трон, ведь эту привилегию в Зеакисе получали только женщины-наследницы. Но он должен был стать главнокомандующим величайшими вооруженными силами мира. Считалось, что армия Зеакиса насчитывала больше мужчин и женщин, чем Тобрия – жителей. Неудивительно, что отец Фрейи, не колеблясь, дал согласие на ее брак с предполагаемым принцем. Однако принцесса никак не могла понять, как Элрой убедил короля Андроиса в том, что он принц. Может быть, пират украл официальные документы… или подделал. Акт государственной измены.

Все существо Фрейи взывало к тому, чтобы немедленно разъяснить это заблуждение, но она отчетливо понимала, что этим немедленно подпишет Элрою смертный приговор. И как бы наивен ни был пират, он немного нравился Фрейе. И, наконец, Элрой оказался здесь только потому, что принцесса и Ларкин солгали ему.

– Я не готова выходить замуж.

Король Андроис обратился к Элрою с извиняющейся улыбкой на губах.

– Вы не могли бы ненадолго оставить меня и мою жену наедине с Фрейей?

– Конечно, – весело ответил Элрой.

Мужчина явно наслаждался тем, что творил зло. Не кланяясь, он покинул зал, изъявляя неуважение, которого ее отец не потерпел бы ни от кого другого. Но тут король позволил Элрою уйти, не проронив ни слова.

Гвардейцы отворили Элрою дверь, и, как только она закрылась вслед за ним, король начал говорить.

– Я знаю, что эта помолвка случилась внезапно, но она – настоящий подарок. Зеакис – значительная империя, и многие из моих предшественников уже хотели заключить союз с представителем тамошнего королевского дома. Это просто чудо, что принц Диглан хочет взять в жены именно тебя.

Что касается Фрейи, то она не стала бы называть это предложение заключить брак чудом, скорее преступной хитростью. Если бы только Ларкин сказал тогда Элрою правду о бессмертии! Она все еще не понимала, почему он был так предан стражникам у Стены и ее отцу. Король Андроис запер Хранителя в темнице, а сама она была заперта лишь в своей комнате, но больше не хотела подчиняться этому человеку.

– Вы не можете заставить меня заключить подобный брак.

– Мы не хотим принуждать тебя, но мы сделаем это, если будет необходимо, – заявил ее отец, выпрямляясь на своем троне, каркас которого был изготовлен из благородного вишневого дерева и украшен пышной резьбой. – Однажды ты взойдешь на этот трон и станешь королевой. – Его руки скользнули по темным подлокотникам. – Твой народ ожидает, что им будут руководить и направлять. Их жизнь в твоих руках, – процитировал он молитву королевской религии. – Пришло время вести себя как будущая королева. Я знаю, что это не должно было стать твоим предназначением, и в том, что тебе пока не хватает знаний, зрелости и самообладания, нет твоей вины.

– Тогда, может быть, мне не стоит становиться королевой, – ответила Фрейя, изо всех сил стараясь подавить вспыхнувшее чувство горькой обиды. Она не видела себя королевой, но слышать эти слова с такой ясностью было нелегко.

– К сожалению, у тебя нет другого выбора, – заявил ее отец. Несколько дней назад он сбрил свою густую бороду, и сейчас Фрейя могла беспрепятственно смотреть на его решительное лицо. – Это будет непросто, но ведь и твои обязанности увеличиваются. И пока мы с твоей матерью живы, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы поддержать тебя. Прежде всего ты должна показать народу свою основательность и знание собственных обязанностей. Ты не лист на ветру, но – дерево. Ты должна укорениться, чтобы выдерживать бури, которые в будущем пронесутся по стране. Твое бегство показало тебя народу как лист на ветру, и это породило много слухов. Теперь мы должны заставить людей замолчать. Народ должен видеть, что дом Драэдонов готов ко всему. Сегодня. Завтра. И даже через пятьдесят лет. И в этом нам вполне поможет твой брак.

– И рождение нового наследника трона, – вставила королева Эриина.

Ошеломленная, Фрейя уставилась на мать. На прошлой неделе они даже не знали Элроя, а теперь ее родители уже ждут внуков?

– Тебе тоже нравится этот план?

Чуткая, но безрадостная улыбка возникла на губах королевы, когда она кивнула дочери.

– Фрейя, мы любим тебя и хотим для тебя только самого лучшего. Но и для народа мы хотим того же. А народу требуется твердый правитель, партнер которого был бы не менее сильным.

Нет, Фрейе не нужен был муж. Никто, кто мог бы контролировать ее. Девушке нужна была свобода. Ларкин. Киран. И ее собственная магия. Валеска десятилетиями правила Благими фейри без партнеров и без наследников, и Фрейя не услышала в Мелидриане ни одной жалобы по этому поводу.

– Должен же быть еще какой-то выход!

– Доверься нам. Люди любят свадьбы. У них тогда появляются совсем другие мысли. Слухи стихнут, и все будут обсуждать только принца, тебя и твое платье. Тобрия нуждается в этом после плохих новостей последнего времени.

Плохие новости? Правящей семье, безусловно, приходилось бороться с враждебным настроем и противниками королевской религии, которые появлялись все чаще и чаще. Но до сих пор ее отца такие инциденты не смущали.