Лаура Гранд – Двадцать лет спустя (страница 1)
Лаура Гранд
Двадцать лет спустя
Глава 1. Дебет, кредит и одиночество
Будильник зазвонил в шесть сорок пять. Как всегда. Елена протянула руку, не открывая глаз, и нащупала кнопку. Телефон умолк. Она полежала ещё минуту, глядя в серый потолок, по которому от окна ползла тонкая полоска ноябрьского рассвета. За окном шумел дождь — мелкий, противный, тот самый, что превращает московские улицы в слякотное месиво.
В сорок три года Елена точно знала, сколько времени занимает каждое её утреннее действие. Четыре минуты в душе. Три минуты на кофе-машину, пока она одевается. Две минуты на то, чтобы выпить этот кофе, стоя у окна и глядя на серый двор с припаркованными машинами. Семнадцать минут до метро пешком. Двенадцать минут в вагоне, если повезёт сесть. Всё, как в бухгалтерском балансе: дебет слева, кредит справа, итог сходится.
Итог её жизни тоже сходился. Но радости от этого не было.
Она работала главным бухгалтером в средней логистической компании. Цифры, отчёты, налоги, проверки — всё это она любила. Цифры не предавали, не опаздывали, не забывали позвонить. Цифры были честными. В отличие от людей.
Телефон завибрировал на кухонном столе. Елена взяла его, уже зная, кто это. Дочь.
— Мам, привет! Ты уже на работе?
— Привет, Катюш. Ещё дома. А ты чего в такую рань?
— Я сегодня в первую смену, забыла сказать. Слушай, я чего звоню — ты опять до ночи с отчётами? У тебя же вроде вчера последний день сдачи был?
Елена вздохнула. Катя, её двадцатитрёхлетняя дочь, работала медсестрой в городской больнице и обладала удивительной способностью звонить именно тогда, когда Елена меньше всего хотела говорить о себе.
— Сдала я всё, Катюш. Просто ещё текучка накопилась.
— Мам, — голос дочери стал строгим, почти материнским. — Ты когда в отпуск-то пойдёшь? Ты же в прошлом году не была. И в позапрошлом, кажется, тоже.
— В феврале схожу. Мёртвый сезон, билеты дёшево.
— В феврале! — передразнила Катя. — В феврале у тебя годовой отчёт, я помню. Ты каждый год так говоришь, а потом никуда не едешь. Мам, так нельзя. Ты себя в могилу загонишь с этими цифрами.
Елена промолчала. Что тут скажешь? Дочь была права. Но правда заключалась ещё и в том, что ехать в отпуск одной Елене было… скучно. Страшно. Непонятно зачем. Лежать на пляже с книжкой? Она пробовала пять лет назад, в Анапе. Три дня продержалась, на четвёртый уже проверяла рабочую почту, а на пятый купила билет домой.
— Ладно, мам, я побежала, у меня обход через десять минут. Ты это… береги себя, ладно? И поешь нормально, а не бутербродами.
— Хорошо, дочка. И ты себя береги.
Елена положила телефон и посмотрела на свой кофе. Остыл. Она вылила его в раковину и пошла одеваться.
Работа встретила её привычным гулом. Офис располагался на четвёртом этаже бизнес-центра на окраине Москвы — не престижно, зато недорого. Елена прошла через опенспейс, кивая сотрудникам. Молодые девчонки из отдела продаж щебетали о чём-то своём, старый системный администратор Валера пил третью кружку кофе, менеджеры вяло переговаривались по телефонам.
Елена села за свой стол, включила компьютер и открыла почту. Счета, счета, запрос из налоговой, реклама, снова счета. И вдруг — уведомление из социальной сети. Она редко туда заходила, страница была почти пустой: пара фото с корпоративов, аватарка с Катей трёхлетней давности. Но уведомление высветилось настойчиво, с красным кружочком.
«Встреча выпускников 2001 года. 20 лет спустя! Ресторан „Прага“, 15 ноября, 19:00. Быть всем! Организатор — Ирина Соколова (Смирнова)».
Елена замерла. Двадцать лет. Двадцать лет прошло с тех пор, как она стояла в актовом зале школы № 47 города Электросталь с аттестатом в руках и смотрела на дверь, ожидая, что он войдёт.
Она тряхнула головой. Глупости. Какие глупости в сорок три года.
Она закрыла уведомление и открыла таблицу с квартальным отчётом. Цифры послушно выстроились перед глазами. Дебет, кредит, сальдо. Всё сходится.
В обеденный перерыв она всё-таки открыла соцсеть. Полистала комментарии под постом о встрече. Одноклассники, которых она едва помнила, писали восторженные «Ура!», «Обязательно приду!», «Сто лет не виделись!». Кто-то уже выкладывал школьные фото. Елена смотрела на лица — молодые, смеющиеся, с глупыми причёсками начала нулевых — и почти никого не узнавала.
И вдруг наткнулась на комментарий: «А Андрей Корнеев будет? Кто-нибудь знает, где он сейчас?»
Сердце пропустило удар. Елена сама не заметила, как задержала дыхание.
Андрей Корнеев. Мальчик с задней парты. Тот, на кого она смотрела весь девятый класс, боясь подойти и заговорить. Тот, кто однажды попросил у неё списать алгебру и улыбнулся так, что у неё задрожали колени. Тот, кто ушёл после девятого класса, не оставив ни записки, ни номера. Тот, кого она ждала на выпускном, глядя на дверь, пока остальные танцевали.
Она закрыла ноутбук. Пора возвращаться к работе.
Вечером, уже дома, в тишине пустой квартиры, она снова открыла тот пост. И, сама не понимая зачем, нажала «Приду».
Глава 2. Синее платье
До встречи оставалось четыре дня. Елена ходила на работу, проверяла счета, отвечала на письма, но мысли постоянно возвращались к одному и тому же. Зачем она согласилась? Что она там забыла? Кого она хочет увидеть? Ответ на последний вопрос она боялась произносить даже мысленно.
В четверг вечером позвонила Катя.
— Мам, ну что, ты купила платье?
— Какое платье?
— На встречу! Ты же не пойдёшь в своём офисном костюме, как на налоговую проверку?
Елена хмыкнула. Вообще-то она именно так и планировала. Чёрные брюки, белая блузка, пиджак. Строго, прилично, без претензий.
— Мам, — голос Кати стал серьёзным. — Я заеду за тобой в субботу в одиннадцать. Мы едем в торговый центр. И не спорь.
— Катя, у меня нет времени...
— Мам. Ты сорок три года живёшь по расписанию. Один день ничего не изменит. Я заеду.
И отключилась.
В субботу Катя действительно заехала — с двумя стаканчиками кофе и решительным выражением лица. Они отправились в ближайший торговый центр. Елена чувствовала себя неловко среди ярких витрин, молодых девушек с идеальным макияжем и манекенов в неестественных позах.
— Мам, расслабься, — Катя тащила её за руку. — Ты не на казнь идёшь. Ты красивая женщина, просто ты об этом забыла.
Они обошли несколько магазинов. Катя критически осматривала вешалки, отметая всё чёрное, серое и бежевое.
— Хватит прятаться за эти цвета, мам. Ты не мышь.
В третьем магазине Елена увидела его. Синее платье. Простое, из мягкого трикотажа, с V-образным вырезом и длинными рукавами. Оно висело в дальнем углу, словно ждало именно её. Елена протянула руку и коснулась ткани.
— Примерь, — тихо сказала Катя, заметив её взгляд.
Елена зашла в примерочную. Стянула джинсы и свитер, надела платье. Повернулась к зеркалу — и замерла.
Платье сидело идеально. Оно облегало фигуру ровно настолько, чтобы подчеркнуть достоинства, но не выглядеть вызывающе. Синий цвет делал глаза глубже, а кожу — свежее. Елена смотрела на себя и не узнавала. Из зеркала на неё смотрела женщина, которую она давно похоронила под стопками отчётов и словом «надо».
— Ну что там? — Катя постучала в дверь. — Выходи!
Елена вышла. Катя ахнула.
— Мам... Да ты красавица. Честное слово. Берём.
Продавщица, молодая девушка с пирсингом в носу, улыбнулась.
— Вам очень идёт. Редко вижу, чтобы вещь так садилась. Берите.
Елена посмотрела на ценник. Дороговато. Но Катя уже выхватила платье и понесла к кассе.
— Я сама заплачу, — сказала Елена.
— Нет уж. Это подарок. От дочери, которая хочет, чтобы её мама наконец-то пожила для себя.
Дома Елена повесила платье на дверцу шкафа. Весь вечер она поглядывала на него, словно оно могло исчезнуть. Перед сном она подошла и снова коснулась ткани.
Она вспомнила выпускной. Тогда у неё не было красивого платья. Мать сшила что-то из дешёвого шифона, бледно-розовое, с нелепыми рюшами. Елена стеснялась его весь вечер. А потом стояла у окна в актовом зале и смотрела на дверь. Ждала. Он так и не пришёл.
Потом были слёзы в подушку. Потом — попытки найти его через общих знакомых. Безуспешные. Потом — институт, работа, брак, рождение Кати, развод. Жизнь пошла своим чередом, и она почти забыла.
Почти.
В воскресенье Катя приехала снова. На этот раз с косметичкой.
— Так, мам, садись. Будем делать из тебя звезду.
— Катя, мне скоро на работу, я не могу с боевым раскрасом...