Ларс Браунворт – Морские волки. История викингов (страница 17)
Поражение изрядно подорвало боевой дух саксов. Этельред и Альфред чудом избежали плена, ускользнув на другой берег Темзы через малоизвестный брод. Английское войско разбежалось. Король и его брат убедились в том, что викинги были настоящими мастерами в обороне укрепленных лагерей. Продемонстрировав свое искусство обороны еще в Йорке и Ноттингеме, они теперь использовали множественные линии укреплений Рединга для организации молниеносной и эффективной контратаки.
Единственным утешением оставалось то, что войско Уэссекса всего лишь обратилось в бегство, но в своей массе уцелело. Хальфдан, потративший на оборону Рединга больше недели, понимал, что нужно двигаться дальше. Чтобы сокрушить Уэссекс, саксонскую армию необходимо было истребить, а для этого требовалось выследить и догнать Этельреда и Альфреда. Кроме того, приходилось спешить, пока войска противника были морально раздавлены поражением под Редингом и пока к ним не подтянулись подкрепления.
Этельред перегруппировал свои силы в Аббингдонском аббатстве, где можно было пополнить запасы армии и укрепить боевой дух солдат обедней. Хальфдан не смог сохранить свои перемещения в тайне, да он, по-видимому, и не пытался: уже через четыре дня после битвы под Редингом Этельреду донесли, что войско язычников движется на Аббингдон по старой римской дороге.
Сражений на открытой местности Хальфдан избегал, если только не был твердо уверен в победе. Вот и сейчас он старался держаться поближе к Темзе, чтобы не потерять доступ к своим кораблям. Этельред и Альфред выступили на перехват и заняли выгодные позиции неподалеку от римской дороги, близ Эшдауна.
Викинги подошли к месту будущей битвы около полудня. Увидев, что неприятель расположился на возвышенности, Хальфдан разделил свои силы надвое и попытался взять англичан в клещи. Альфред, ожидавший именно такого маневра, попросил у брата дозволения разделить армию таким же образом и ударить по обоим отрядам противника одновременно. Этельреда не пришлось долго уговаривать: поэтому Альфред со своим отрядом тотчас ринулся в бой.
Ярость атаки застала викингов врасплох: ничего подобного они не ожидали. Всего несколькими днями ранее они разгромили то же войско без труда, но теперь удача от них отвернулась. За свои дома и земли жители Уэссекса готовы были стоять насмерть. Викинги начали отступать; Альфред продолжал теснить их – «храбро, как вепрь», – и вскоре проломил их щитовую стену. Потеряв боевое построение, викинги частью были перебиты, а частью «обратились в постыдное бегство».
Англичане восприняли эту победу как настоящее чудо. Биограф Альфреда с упоением вспоминал, как «несколько тысяч язычников разбежались по всему полю Эсцесдун [Эшдаун], поражаемые отовсюду. <…> Все войско язычников бежало целую ночь и до следующего дня, пока они не достигли замка, из которого вышли; христиане преследовали их до ночи и повсюду избивали».
Хоть численность вражеских войск в этом описании явно преувеличена, список погибших языческих графов, приведенный Ассером, свидетельствует о том, каким высоким был процент смертности, когда дело доходило до кровавой рукопашной битвы. Однако единственное, о чем Ассер умалчивает, так это о количестве потерь с другой стороны. Саксы, несомненно, победили, но это была пиррова победа.
Более того, для саксов потери в живой силе составляли более серьезную проблему, чем для викингов, потому что королевское войско набиралось из местных отрядов. Каждое графство предоставляло некоторое количество рекрутов, которые затем сражались под началом местного лорда или ольдермена. Но эти подразделения были заинтересованы главным образом в защите собственных территорий, а когда оговоренный законом срок службы подходил к концу, королевское войско сразу теряло целый отряд. Профессиональных воинов было немного; по большей части саксонская армия состояла из крестьян, при первой возможности возвращавшихся домой, к своим семьям.
Итак, чем дольше шла война, тем меньше становился резерв, из которого можно было черпать свежие силы. И с каждым новым сражением сопротивление саксов слабело.
Именно поэтому – с точки зрения численного состава армии – победа была почти неотличима от поражения. Рассчитывать на подкрепление в случае новой атаки викингов уже не приходилось. У Хальфдана подобных проблем не было: из Ирландии, Франции и Скандинавии постоянно подтягивались новые отряды, пополнявшие Великое языческое войско.
Впрочем, у этой победы была и светлая сторона: по крайней мере, англичанам больше не нужно было беспокоиться о военных припасах. И это (как в свое время, в 216 году до н. э., отметил еще Ганнибал после битвы при Каннах) было так же замечательно, как и сама победа. Саксы собрали богатый урожай оружия и доспехов, восполнив трофеями все, что было потеряно или сломано в бою.
И вскоре это оружие им пригодилось.
Хальфдан отступил к Редингу и стал собираться с силами, отправляя между тем отряд за отрядом на вылазки и опустошая окрестные селения. Через две недели после битвы при Эшдауне один из таких отрядов столкнулся с саксонским войском и после очередного кровопролитного сражения обратил его в бегство. Мало того, на помощь Хальфдану пришел большой флот во главе с викингом по имени Гутрум, благодаря чему численность языческого войска удвоилась. Англосаксонские хронисты прозвали силы Гутрума «Великой летней армией», и ее прибытие в Рединг решило все проблемы с численным составом, какие только могли возникнуть к тому времени у Хальфдана. В марте 871 года объединенное войско викингов выступило в поход и принялось разорять Уэссекс. Накануне Пасхи они снова дали бой англичанам, и именно это, третье, сражение стало решающим.
«История королей англов и данов» ограничивается лаконичным сообщением: «…многие пали как с этой, так и с той стороны, и язычники, одержав победу, завладели полем битвы». Но, судя по всему, одной из жертв стал сам король Этельред: он был смертельно ранен в этой битве или просто истощил силы за пять лет правления, полного опасностей и невзгод. По смерти Этельреда корона должна была перейти к его маленькому сыну, но нужды военного времени взяли свое, и королем был провозглашен брат Этельреда, Альфред, которому на тот момент исполнилось двадцать три года.
Молодой король понимал, насколько отчаянным было положение в действительности. Саксы храбро сопротивлялись, но все равно практически потеряли контроль над восточной частью Уэссекса, а в ближайшие месяцы могли лишиться и западной. Даны напали в очередной раз прямо во время похорон Этельреда, рассеяв остатки английского войска. Альфред ухитрился набрать новую армию, но и ее викинги уже теснили в бесконечных стычках, захватывая все новые и новые территории.
Альфред начал переговоры о мире. Он понимал, что его армия, не сумевшая помешать викингам разграбить могилу брата, долго не продержится. Хальфдан и Гутрум, как ни странно, приняли его предложение. Несмотря на все свои успехи, викинги тоже потеряли немало бойцов, и к тому же многие из них устали от затяжной военной кампании. В сущности, они были не солдатами, а налетчиками, жившими от грабежа до грабежа, а Хальфдан слишком долго принуждал их к сражениям с хорошо вооруженным противником. Приняв от Альфреда большую дань и провозгласив Восточный Уэссекс своего рода датским «протекторатом», Хальфдан отступил и вернулся в Лондон.
Некоторое время он посвятил переоценке приоритетов. Со смертью Ивара положение потомков Рагнара в Ирландии и Нортумбрии пошатнулось. В Ирландии вновь набрали силу выходцы из Норвегии, а в Нортумбрии поднялось настоящее восстание против власти викингов. Проведя в Лондоне год и пополнив припасы, Хальфдан выступил на север, чтобы восстановить контроль над Мерсией. Бургхред, мерсийский король, не стал дожидаться его прибытия: он тайно покинул свою столицу и бежал в Рим, где провел остаток жизни как простой паломник.
Одержав последнюю победу, языческая армия начала распадаться. Она с самого начала была организована гибко и представляла собой не столько полноценную «армию», сколько сообщество военных отрядов, объединенных общими целями. Но прибытие Гутрума и тяжелые потери в Уэссексе подорвали это условное единство, и сразу же после мерсийской кампании армия разделилась пополам. Сыновья Рагнара повели свои войска на север, а Гутрум остался в Уэссексе, собираясь довести завоевание до конца.
Часть армии, ушедшая с Хальфданом, по-видимому, состояла из ветеранов, которые провели в боях последние десять лет. Теперь они мечтали только о собственном клочке земли, да и сам Хальфдан, вероятно, подумывал о том, где бы ему осесть. Поначалу он остановился в Лондоне и начал чеканить свою монету в подражание Уэссексу. Но сыновья Рагнара всегда увереннее чувствовали себя на севере, так что вскоре Хальфдан двинулся дальше, в Нортумбрию. Подавив восстание, он начал распределять земли между своими воинами, как настоящий англосаксонский монарх, а его ветераны, со своей стороны, охотно перековали мечи на орала.