Ларри Нивен – Рассказы. Часть 2 (страница 11)

— Здесь ты прав, это ещё большая угроза.

— Ну так как, ты нашёл что-нибудь, что ещё можно выбросить из отчёта?

— О, да, чёрт возьми, да, — оживился Казинс. — Я тут пройдусь красным карандашом. Видишь ли, ты слишком много рассуждаешь, используешь слишком много длинных слов и грешишь общими местами. Одновременно ты должен давать больше деталей, или отчёт потеряет остроту.

— Да, но детали могут подмочить репутацию некоторых…

— Ничего не поделаешь. Мы должны получить на Марс женщин и причём прямо сейчас. Руф и Тимми уже почти до стычек дошли. Руф, например, думает, что из-за того, что он бросил Лью, тот погиб, а Тимми его всё время в этом упрекает.

— Ну, хорошо, — сказал Шют. Он встал. В течение всей дискуссии он сидел очень-очень прямо, словно выполнял команду «смирно». — Скажи, а багги ещё не вышли за зону действия передатчика?

— Нас они уже не слышат, но мы ещё можем слушать их. Тимми как раз сидит на рации.

— Ну, хорошо, пусть сидит, пока они не выйдут из зоны. Кстати, мы когда-нибудь дождёмся обеда?

Из-за горизонта, куда только что село солнце, выплыл Фобос, подобный созвездию тусклых звёзд, — рассеянные, постоянно движущиеся пучки света. Он рос и становился всё ярче — ущербная луна быстро, за считанные часы, превращалась почти в полную. Ещё через несколько минут Фобос стоял так высоко, что уже невозможно было увидеть его из машины.

Картер должен был постоянно держать в поле зрения треугольную полоску пустыни, выхваченную светом фонарей. Лучи этих фонарей были цвета земного дня, но в глазах Картера, привыкших к красному свечению Марса, эти лучи всё вымывали голубизной.

Он умно рассчитал свой курс. Пустыня, расстилавшаяся впереди на семьсот миль, была совершенно плоской. Здесь ему не придётся осторожничать с холмами, мягко подбирающимися под колёса и почти отвесно обрывающимися с обратной стороны. Значит, не придётся включать реактивный компрессионный двигатель в днище машины, чтобы перепрыгнуть дыру, в которую не заглядывает тусклый лунный свет. Ему не придётся тормозить, а потом дожидаться момента, когда Элф на полной скорости выпрыгнет на него из-за бугра. Завтра в полдень Элфу придёт пора возвращаться назад. Тогда Картер выиграет.

Ведь Элф вернётся. Ему придётся повернуть назад к шарограду, а Картер сможет продолжать двигаться вперёд по пустыне. Потом Элф скроется за горизонтом, и Картер сможет безопасно свернуть налево или направо, ещё часок пройти в любом направлении, а потом двинуться курсом, параллельным движению Элфа. Его машина придёт к пузырю лишь час спустя после Элфа. Останется ещё три часа, чтобы что-нибудь предпринять.

Вот здесь-то начнётся самое трудное. Они обязательно поставят кого-нибудь охранять пузырь. Картеру придётся пронестись мимо охраны, которая может быть вооружена лучевым пистолетом, снова прорвать пузырь и попробовать захватить приемлемый запас искусственного воздуха. Если он снова прорвёт пузырь, все внутри погибнут, но всё равно останутся люди в изолирующих костюмах, работающие за пределами города. Нужно успеть загрузить в машину несколько баков с воздухом, а с остальных сдёрнуть предохранительные пробки. И сделать это нужно раньше, чем кто-нибудь успеет помешать ему.

Единственное, что беспокоило его, — неотвязная мысль о том, как зарядить лучевой пистолет… Но, может быть, ему просто удастся хорошенько разогнать машину и выпрыгнуть из неё? Время покажет.

У него тяжелели веки, руки затекли от напряжения, но Картер не решался сбросить скорость и не решался заснуть.

Несколько раз ему приходила в голову мысль разбить радиомаячок внутри шлема. Пока эта дрянь испускает сигналы, Элф без труда может найти его, но… Элф сможет найти его в любом случае. Свет его фонарей был всё время сзади, ни на метр ближе, ни на метр дальше. Если ему вообще удастся выйти из поля зрения Элфа, маячок выключится сам, но Элфу не стоит об этом знать. Во всяком случае, пока.

Звёзды нырнули на запад, к чёрной кромке горизонта. Снова поднялся Фобос. В этот раз он был ещё ярче и вскоре опять забрался так высоко в небо, что Картер потерял его из поля зрения. Прямо по курсу, который обозначали фонари Элфа, засиял Деймос.

День наступил внезапно. И тонкие чёрные тени потянулись к пожелтевшему горизонту. На красно-чёрном небе всё ещё сияли последние звёзды. Впереди обозначился кратер — остекленевшее блюдо, потерянное в пустыне. Впрочем, объезд будет недолгим. Картер принял влево. Багги позади него точно так же отклонился влево, и Картер невольно подумал, что если он будет кружить, Элф обязательно начнёт нагонять. Из трубочек, торчащих внутри шлема, Картер высосал немного воды и питательного раствора. Он полностью сконцентрировался на дороге. Ему резало глаза, а рот, казалось, принадлежал марсианской мумии.

— С добрым утром, — раздался голос Элфа.

— С добрым утром. Хорошо выспался?

— Не совсем. Так, поспал часов шесть, да и то урывками. Я всё волновался, что ты оторвёшься и потеряешься.

В первый момент Картер похолодел, но потом понял, что Элф просто подкалывает его. Он спал не больше, чем Картер.

— Посмотри направо, — сказал Элф.

Направо возвышалась стена кратера, и Картер обернулся, чтобы проверить, не ошибся ли он, — на закраине кратера стоял силуэт почти человеческой формы, чёрный на красном небе. Одной рукой он пытался удержать что-то длинное и тонкое.

— Марсианин, — тихо сказал Картер.

Позабыв обо всём, он повернул свой багги и начал взбираться по склону кратера. Чуть впереди машины тут же вспыхнули два заряда, выпущенные из лучевого пистолета. Едва успев, Картер яростно нажал на педаль, изменяющую клиренс машины.

— Ты сдурел, Элф, это же марсианин. Нам нужно следовать за ним.

Силуэт исчез. Несомненно, марсианин убежал, спасая свою жизнь, когда увидел вспышки.

Элф молчал. Картер ехал вперёд, минуя кратер, и убийственная ярость росла в нём.

Было одиннадцать часов. Из-за горизонта на западе показались первые шпили выветренных горных пиков.

— Позволь полюбопытствовать, — неожиданно спросил Элф, — а что ты хотел сказать марсианину?

В голосе Картера сквозила горечь и злоба.

— Тебе не всё равно?

— Нет. Единственное, что ты мог сделать, так это его испугать. Когда мы войдём в контакт с марсианами, мы спокойно сделаем всё по плану.

Картер заскрежетал зубами. Даже если бы ничего не случилось с Лью Харнессом, если бы Лью был жив… И то, никому не известно, насколько растянулось бы выполнение плана языкового контакта. План включал три стадии: засылка на Землю изображений с надписями на стенах крематория, фотографии других артефактов. Там, на Земле, компьютеры смогут расшифровать язык. Вторая стадия — оставлять неподалёку от колодцев надписи на этом же языке, с тем чтобы марсиане их обнаружили и сделали ответный шаг к сближению, что должно стать третьей стадией. Впрочем, не было никаких оснований полагать, что надписи на колодцах сделаны на одном и том же языке. Как не было уверенности в том, что этот язык за тысячи лет не изменился до неузнаваемости. Не было никакой уверенности, что марсианам будут интересны странные существа, живущие в светящемся шаре, независимо от того, умеют эти чужаки писать или нет. Да и к тому же, понимают ли марсиане письмена собственных предков?

И тут идея…

— Ты ведь лингвист, — сказал Картер.

Молчание.

— Элф, мы с тобой рассуждали о том, нужен ли был Лью для нашего города, и мы рассуждали о том, нужен ли я. А как насчёт тебя? Ведь без тебя мы никогда не сможем расшифровать надписи на колодцах.

— Сомневаюсь. Основную работу делают компьютеры Кальк-Тех. К тому же, я оставил все свои записи. А что тебя так растревожило?

— Если ты будешь продолжать гнаться за мной, мне придётся тебя убить. Может ли наш город позволить себе такую потерю?

— Ты не сможешь убить меня, но я могу предложить тебе сделку, если хочешь. Сейчас одиннадцать часов. Дан мне два своих кислородных бака, и мы возвращаемся в город вместе. За два часа до города ты пересаживаешься в мою машину, и остаток пути, связанный, едешь в воздухоотсеке. После этого ты предстанешь перед судом.

— Неужели они меня выпустят?

— Не думаю. Особенно после того, как ты прорвал пузырь. Это была твоя главная ошибка, Джек.

— Послушай, Элф, а почему бы тебе не взять один бак?

Картер знал, что если Харнесс согласится, то у него ещё останется два часа в запасе. Сейчас он был точно уверен, что должен прорвать пузырь второй раз. Альтернативы у него не было. Правда, Элф со своим лучевым пистолетом будет постоянно позади…

— Не пойдёт. Я не буду чувствовать себя в безопасности, пока не узнаю, что твой воздух заканчивается за два часа до возвращения. Ты ведь хочешь, чтобы я чувствовал себя в безопасности, правда?

Вот так было получше. Пусть Элф возвращается через час. Пусть он будет в пузыре, когда Картер вернётся, чтобы разорвать его.

— Картер отвязался от него, — сказал Тимми.

Он сгорбился над радиопередатчиком, прижав к ушам телефоны, вслушиваясь в каждый шорох, каждый звук отдаляющихся, почти стёртых голосов.

— Он наверняка что-то планирует, — нервно заметил Гондо.

— Естественно, — согласился Шют. — Он хочет отвязаться от Элфа, вернуться к шару и разрушить его. Ему не на что больше надеяться.

— Но он ведь тоже погибнет, — воскликнул Тимми.