Ларри Нивен – Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца (страница 62)

– Называй ее просто Прилл, – предложил Луис.

– …что Прилл и ее команда даже не рассматривали возможность, что эта защита способна отказать. Но что насчет космопорта? Насколько он будет защищен от идиота, который оставит открытыми оба люка шлюза? Так вот – никаких шлюзов вообще не было! Вместо них имелся чхилтанг-брон, устройство, создававшее поле, благодаря которому вещество основы кольца и, соответственно, его стены становились проницаемыми для любой материи, оказывая ей небольшое сопротивление. Когда чхилтанг-брон работал…

– Осмотический генератор? – предположил Луис.

– Возможно. Подозреваю, что «брон» – некий модификатор, может быть, даже ругательство. Так вот, когда работал осмотический генератор, сквозь поле, хоть и медленно, просачивался воздух. Сквозь него могли протолкнуться люди в скафандрах, словно преодолевая постоянный ветер. Машины и крупные предметы можно было протащить с помощью тягачей.

– Что насчет сжатого воздуха для дыхания? – спросил Говорящий.

– Его вырабатывали снаружи с помощью трансмутаторов! Да, на Мире-Кольце владели секретом дешевого превращения вещества. Дешевым оно являлось лишь при больших объемах, имелись также и другие ограничения. Само предназначенное для этого устройство было гигантских размеров и превращало один конкретный элемент в другой. Два трансмутатора в космопорту превращали в азот и кислород свинец, который легко было хранить и перемещать сквозь стену. Осмотический генератор был безотказным устройством. Поломка шлюза могла привести к настоящему урагану безвозвратно потерянного воздуха, но в случае отказа чхилтанг-брона худшее, что могло случиться, – шлюз закрылся бы со стороны космоса, в том числе и для возвращающихся космонавтов.

– И для нас тоже, – сказал Говорящий.

– Не торопись, – заметил Луис. – Похоже, осмотический генератор – именно то, что нам нужно, чтобы вернуться домой. Нам вообще не придется перемещать «Лжеца». Достаточно нацелить чхилтанг-брон, – он произнес это слово так, будто оно начиналось с чихания, – на поверхность Кольца под «Лжецом», который просто провалится сквозь нее, словно утонув в зыбучем песке, и выйдет с другой стороны.

– И окажется в ловушке пенопластовой противометеоритной преграды, – возразил Говорящий, но тут же добавил: – Поправка: нам может помочь оружие Поработителей.

– Действительно, – сказал Несс. – К несчастью, в нашем распоряжении нет чхилтанг-брона.

– Но Прилл же здесь. Как-то ведь она сюда проникла?

– Да… Специалисты по магнитогидродинамике, по сути, обучились новой профессии, прежде чем приступили к восстановлению чхилтанг-брона. На это они потратили несколько лет. Поломка устройства произошла во время его работы, и оно отчасти оплавилось, отчасти разрушилось. Им пришлось изготовить новые детали, заново их откалибровать, использовать элементы, которые, как они знали, могли подвести, но, возможно, и продержаться достаточно долго… Однако случилось несчастье – неверно откалиброванный осмотический луч прошел сквозь «Пионер». Двое членов команды погибли, застряв по пояс в металлическом полу, а еще семнадцать получили необратимые повреждения мозга и других органов, так как мембраны стали слишком проницаемы. Но оставшимся шестнадцати удалось пройти сквозь стену, забрав с собой ставших идиотами, а также сам чхилтанг-брон, на случай если новый Мир-Кольцо окажется негостеприимным. Они обнаружили повсюду дикость и запустение, и ничего кроме. Несколько лет спустя некоторые попытались вернуться, но чхилтанг-брон внезапно вышел из строя, из-за чего четверо оказались в ловушке внутри стены. На этом все и закончилось – они уже знали, что новых деталей для чхилтанг-брона на Мире-Кольце нигде не найти.

– Не понимаю, как Мир-Кольцо стремительно скатился в варварство, – сказал Луис. – Ты же говорил, что «Пионер» совершал рейсы продолжительностью в двадцать четыре года?

– Двадцать четыре года по времени корабля.

– Да… это совсем другое дело.

– Именно. Для корабля, движущегося с ускорением, равным силе тяжести Мира-Кольца, расстояние между звездами составляет от трех до шести лет пути, хотя реальные расстояния намного больше. Прилл рассказывает про заброшенный регион, который на двести световых лет ближе к средней плоскости Галактики, с тремя звездами в десяти световых годах друг от друга.

– Двести световых лет… думаешь, это где-то в окрестностях Человеческого космоса?

– Вероятно, в самом Человеческом космосе. За исключением окрестностей вашего Солнца, подобные скопления планет с кислородной атмосферой обычно не встречаются. Халрлоприллалар упомянула давно существующие технологии терраформирования, которым подверглись эти планеты за много веков до постройки Мира-Кольца. Но для этого требовалось много времени, и начатое так и осталось незавершенным. Кому-то не хватило терпения.

– Это многое бы объяснило, кроме… впрочем, не важно.

– Ты про приматов, Луис? Свидетельств, что ваша раса эволюционировала на Земле, более чем достаточно. Но Земля могла стать удобной базой для программы терраформирования планет в близлежащих системах. Создатели миров могли привезти с собой домашних животных и слуг…

– Например, обезьян и неандертальцев… – Луис махнул рукой. – Это всего лишь рассуждения. Вряд ли для нас это так важно.

– Верно, – согласился кукольник, жуя растительный брикет. – Путь, который проделал «Пионер», составил более трехсот световых лет. За это время могли произойти немалые изменения, хотя подобное случалось редко. Общество, в котором жила Прилл, отличалось стабильностью.

– Почему она так уверена, что весь Мир-Кольцо скатился в варварство? Насколько большую территорию они обследовали?

– Не слишком большую, но вполне достаточную. Прилл была права – чхилтанг-брон починить невозможно. И весь Мир-Кольцо пребывает теперь в варварском состоянии.

– Как это случилось?

– Прилл пыталась мне объяснить, что здесь произошло, – как рассказывал ей один из членов команды. Естественно, он упрощал. Возможно, процесс начался за годы до того, как «Пионер» отправился в свой последний рейс… Когда-то было десять обитаемых планет. После того как был построен Мир-Кольцо, все они покинуты людьми и предоставлены сами себе. Представьте себе подобную планету, всю площадь суши которой занимают города на разных уровнях развития. Трущобы к тому времени успели устареть, но где-то они должны были сохраниться, хотя бы для истории. Вся планета завалена всевозможными отходами жизнедеятельности: использованными упаковками, сломанными машинами, порванными книгами, кинопленками или свитками – всем, что не может быть заново использовано или переработано, а также многим из того, что могло бы. Океаны в течение сотни тысяч лет использовались как свалки, и примерно в то же время в них сбрасывали бесполезные конечные продукты ядерного распада. Стоит ли удивляться, если морская жизнь эволюционирует, приспособившись к новым условиям? Если возникнет новая жизнь, способная питаться отходами?

– Подобное однажды случилось на Земле, – сказал Луис Ву. – Дрожжи, способные питаться полиэтиленом. Они пожирали пластиковые пакеты из супермаркетов. Теперь они вымерли, поскольку нам пришлось отказаться от полиэтилена.

– Так вот, представьте себе десять таких планет, – продолжал кукольник. – Бактерии, научившиеся в процессе эволюции питаться соединениями цинка, пластиком, краской, изоляцией проводов, свежим мусором и мусором тысячелетней давности. Все это не имело бы значения, если бы не корабли, регулярно прилетавшие на старые планеты в поисках давно забытых или не приспособленных к условиям Мира-Кольца форм жизни. В числе прочего они привозили оттуда различные сувениры и произведения искусства, забытые на планетах или просто оставленные на потом. Многие музеи все еще находились в процессе переноса на Мир-Кольцо, по одному невероятно бесценному экземпляру зараз. Какой-то корабль привез с собой плесень, способную разрушать структуру работающего при комнатной температуре сверхпроводника, который использовался во многих видах тонкой аппаратуры. Плесень действовала медленно. Она была примитивна, и поначалу ее легко было уничтожить. Возможно, с кораблями на Мир-Кольцо попало несколько ее разновидностей, и одна из них не сумела выжить. В силу своей медлительности плесень не разрушила корабль до того, как тот совершил посадку. Она не разрушила чхилтанг-брон в космопорту, пока члены команды и рабочие космопорта не занесли ее внутрь. Она не проникла в приемники энергетических лучей, пока движущиеся в электромагнитной пушке на краю стены челноки не разнесли ее по всему Миру-Кольцу.

– Приемники энергетических лучей?

– Энергия генерируется теневыми квадратами с помощью термоэлектричества, а затем передается по лучу на Мир-Кольцо. По-моему, луч тоже имеет надежную систему защиты. Во всяком случае, мы его не обнаружили, – видимо, он отключился, как только отказали приемники.

– Но ведь можно сделать другой сверхпроводник, – заметил Говорящий. – Нам известны две базовые молекулярные структуры, каждая со многими разновидностями для различных температурных диапазонов.

– Базовых структур по крайней мере четыре, – поправил его Несс. – Но ты прав – Мир-Кольцо мог пережить Падение городов. Более молодое и энергичное общество наверняка бы смогло. Но вы представьте, с какими трудностями им пришлось столкнуться. Большая часть их руководства погибла под рухнувшими зданиями, когда отказала подача энергии. Без энергии они не могли экспериментировать с поисками других сверхпроводников. Накопленную ранее энергию, как правило, присваивали себе те, кто обладал политической властью, либо ее использовали для поддержания островков цивилизации в надежде, что кому-то все же удастся решить возникшую проблему. Термоядерные двигатели кораблей оказались недоступны, поскольку в чхилтанг-бронах использовались сверхпроводники. Те, кто был способен хоть что-то сделать, не могли встретиться друг с другом; компьютер, управлявший электромагнитной пушкой, умер, а сама пушка лишилась энергии.