Ларри Нивен – Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца (страница 108)

Невмирс!

– Что происходит после того, как туристов пропускают дальше?

– Отец возвращается домой, и вся его левая рука покрыта надписями на языке, который знают только Градостроители. Они сверкают, словно серебристая нить, и не смываются, но сходят сами через фалан-другой.

Это напоминало скорее не татуировку, а печатную схему. Возможно, Градостроители в большей степени контролировали своих гостей, чем знали те сами.

– Ладно. Что гости делают наверху?

– Обсуждают политику. Приносят подарки – много еды и некоторые инструменты. Градостроители показывают им чудеса и занимаются с ними ришатрой. – Вала внезапно встала. – Пора ехать дальше.

Угроза со стороны бандитов осталась позади. Луис ехал впереди, рядом с Валой. Шум доставлял не меньше проблем, чем тряска, и постоянно приходилось повышать голос.

– Ришатра? – крикнул Луис.

– Не сейчас, я веду машину, – широко улыбнулась Вала. – Градостроители прекрасно владеют ришатрой и могут иметь дело с почти любой расой, что помогло им удержать свою древнюю империю. Мы используем ришатру для торговли и чтобы не иметь детей, пока не найдем пару и не заведем семью, но Градостроители никогда от нее не отказываются.

– Знаешь кого-нибудь, кто мог бы пригласить меня в качестве гостя? Скажем, из-за моих устройств?

– Только мой отец. Но он не станет этого делать.

– Тогда мне придется полететь самому. Ладно… что под городом? Я могу просто зайти снизу и взлететь?

– Внизу – теневая ферма. Ты можешь сойти за фермера, если не станешь брать с собой свои инструменты. Среди фермеров есть представители всех рас. Это грязная работа. Наверху находится выход городской канализации, и нужно разбрасывать удобрения для пещерных растений, которые растут в темноте.

– Но… Ну да, теперь понял. Солнце никогда не движется, так что под городом всегда темно. Пещерные растения? Грибы?

Вала уставилась на него:

– Луис, как ты вообще мог предполагать, будто солнце способно двигаться?

– Я забыл, где я, – поморщился он. – Извини.

– Как солнце может двигаться?

– Ну… естественно, движется планета. Наши планеты – вращающиеся шары. Если ты живешь в одном и том же месте, кажется, будто солнце поднимается с одной стороны неба и опускается с другой, а потом наступает ночь, пока оно не восходит снова. Зачем, по-твоему, строители Мира-Кольца подвесили в небе теневые квадраты?

Машина начала вилять. Вала вся дрожала, лицо ее побледнело.

– Что, слишком много странного для тебя? – мягко спросил Луис.

– Не в том дело. – Она издала странный лающий звук, похожий на мучительный смех. – Теневые квадраты? Это же очевидно и последнему дураку. Теневые квадраты имитируют смену дня и ночи на шарообразных планетах. Луис, я всерьез надеялась, что ты сумасшедший. Луис, что нам делать?

Он понимал, что нужно что-то ответить.

– У меня была мысль проделать дыру под одним из Великих океанов, – сказал он, – незадолго до того, как он достигнет ближайшей к солнцу точки, и дать вылиться в космос объему воды, равному нескольким массам Земли. Реактивная сила вернула бы Мир-Кольцо на надлежащее место. Замыкающий, ты слушаешь?

– Вряд ли это реально, – ответило чересчур идеальное контральто.

– Конечно нереально. Во-первых, как потом снова заткнуть дыру? Во-вторых, Мир-Кольцо начал бы раскачиваться, что при столь большой амплитуде, вероятно, убило бы на нем все живое и лишило бы его атмосферы. Но я пытаюсь, Вала. Я пытаюсь.

Вновь издав тот же лающий смех, она резко покачала головой.

– По крайней мере, у тебя большие планы!

– Как бы поступили строители Мира-Кольца? Что, если бы какой-то враг расстрелял большую часть коррекционных двигателей? Вряд ли они стали бы строить Мир-Кольцо, не предполагая подобной возможности. Мне нужно побольше о них узнать. Помоги мне попасть в летающий город, Вала!

Глава 18

Теневая ферма

Им начали встречаться другие машины – большие и маленькие коробки с окнами и коробкой поменьше сзади. Дорога стала шире и ровнее. Заправочные станции теперь попадались чаще и имели приземистую архитектуру Машинного народа. Машин становилось все больше и больше, и Вале пришлось ехать медленнее. Луису казалось, будто он бросается в глаза каждому встречному.

Дорога поднялась на вершину холма, и показался город. Вала играла роль проводника, ведя машину вниз по склону во все более плотном потоке.

Речной поворот когда-то возник как цепочка причалов вдоль шедшего по вращению берега широкой коричневой Змеиной реки. Теперь этот район напоминал трущобы. Город перепрыгнул через реку по нескольким мостам, разросшись в круг с вырезанным из него клином – тенью летающего города Градостроителей.

Их теперь окружали со всех сторон движущиеся коробки. В воздухе пахло спиртом. Вала двигалась с черепашьей скоростью. Луис низко пригнулся. Другие водители легко могли рассмотреть странно сложенного пришельца со звезд.

Но они не замечали ни Луиса, ни друг друга, – казалось, они видят только машины. Вала продолжала ехать в сторону центра города.

Здесь теснились трех- и четырехэтажные дома – узкие, без какого-либо пространства между ними. Они нависали над улицей, словно пытаясь тянуться к дневному свету. В противоположность им общественные здания были низкими, приземистыми и массивными и располагались на обширной территории. Они конкурировали за землю, а не за высоту – учитывая парящий над ними летающий город, о высоте не могло быть и речи.

Вала показала на торговую школу, обширный комплекс богатых каменных зданий. Проехав еще квартал, она обратила внимание Луиса на поперечную улицу:

– Мой дом в той стороне, из розового камня. Видишь?

– Есть смысл туда заходить?

– Я об этом думала, – покачала она головой, – но нет. Отец никогда бы тебе не поверил. Он считает, что даже заявления Градостроителей – по большей части хвастливая ложь. Я тоже когда-то так считала, но судя по тому, что ты мне рассказывал про эту… Халрлоприллалар…

– Она действительно лгала, – рассмеялся Луис. – Но ее народ правил Миром-Кольцом.

Покинув Речной поворот, они продолжили путь, двигаясь влево. Проехав еще несколько миль, Вала пересекла последний мост. На дальней левой стороне большой тени она свернула с почти невидимой боковой дороги и остановилась.

Выйдя под яркие лучи солнца, они взялись за дело и работали почти в полной тишине. С помощью летательного пояса Луис поднял приличных размеров камень. Валавиргиллин выкопала яму в том месте, где он до этого лежал. В яму поместилась большая часть принадлежавшей Луису доли тонкой черной ткани. Снова закопав яму, Луис вернул камень на место.

Убрав летательный пояс в рюкзак Валы, Луис взвалил его на плечи. В рюкзаке уже лежали противоударная броня, жилет, очки-бинокль, лазерный фонарь и фляжка с нектаром, отчего он оказался достаточно мешковатым и увесистым. Поставив рюкзак, Луис настроил летательный пояс так, чтобы тот слегка убавил тяжесть, спрятал коробочку-переводчик под клапан и снова повесил рюкзак за спину.

Всю его одежду составляли подвязанные веревкой шорты Валы, слишком большие для него. Его лишенное растительности лицо воспринималось вполне естественно для его расы, и ничто в нем не напоминало звездного путешественника, кроме наушника от переводчика. Этим он решил рискнуть.

Он почти не видел, куда они идут. День был слишком ярким, а тень слишком обширной и слишком темной.

Они шагнули из дня в ночь.

Вала, похоже, без всякого труда выбирала дорогу. Луис следовал за ней. Глаза его приспособились к мраку, и он увидел среди растительности узкие тропинки.

Вокруг росли грибы от величиной с пуговицу до асимметричных образований высотой с самого Луиса, с ножками толщиной с его талию. Некоторые имели форму гриба, другие были вообще бесформенными. В воздухе чувствовался легкий запах разложения. Сквозь промежутки между зданиями над головой падали вертикальные столбы солнечного света, столь яркие, что казались твердыми.

Обнажение серого сланца покрывали украшенные оборками желтые грибы, обрызганные красным. Из камней торчали белые средневековые копья с окровавленными остриями. Неподалеку лежал мертвый ствол дерева, накрытый оранжево-желто-черной шкурой.

Местные гуманоиды отличались не меньшим разнообразием, чем грибы: Бегуны, пилившие двуручной пилой большой, похожий на эллипс гриб с оранжевой бахромой; маленькие широколицые человечки с крупными руками, наполнявшие корзины белыми пуговками; травяные великаны, уносившие прочь объемные корзины.

– Большинство рас предпочитают наниматься группами, – шепотом пояснила Вала, – чтобы защититься от культурного шока. Мы обеспечиваем им раздельное жилье.

Около десятка туземцев разбрасывали вокруг навоз и прогнивший мусор – Луис ощущал вонь даже с приличного расстояния. Принадлежали ли они к той же расе, что и Вала? Да, они были из Машинного народа, но еще двое стояли в стороне, наблюдая за ними, и в руках они держали оружие.

– Кто это? Пленники?

– Осужденные за мелкие преступления. В течение двадцати или пятидесяти фаланов они служат обществу в этой… – Она замолчала.

Один из охранников двинулся им навстречу.

– Госпожа, тебе не следует здесь находиться, – приветствовал он Валу. – Эти дерьмокопы могут счесть тебя подходящей заложницей.

– Моя машина заглохла, – устало проговорила Вала. – Мне нужно добраться до школы и рассказать, что случилось. Можно мне пройти через теневую ферму? Все наши погибли. Их убили вампиры. Нужно об этом сообщить. Пожалуйста!