Лариса Ворошилова – Женька и миллион забот (страница 11)

Женька так и прыснула в кулак.

– Да ничего они не знали! Просто им надо было влезть в автобус, вот они тобой и прикрылись.

– А-а, – разочарованно протянула Ниночка и уже с укоризной посмотрела на двух верзил. А она-то думала…

Кирюшка обиженно хрюкнул и недовольно покачал пушистой головой. Да уж, не знали, как же! Вот наивные! Впрочем, чего с этих ведов взять…

– Нам выходить, – Женька потащила подругу к двери. Наступая на ноги, толкаясь, а иногда продираясь ужом, они все-таки добрались до двери.

Автобус остановился, потом что-то брякнуло и запахло паленым. Двери со скрежетом открылись.

– Автобус сломался, дальше не пойдет. Прошу покинуть салон, – объявил шофер.

Толпа, недовольно гудя, повалила из транспорта.

– Хорошо, что мы уже приехали, – резонно заметила Женька, оглядываясь по сторонам. Центральная набережная тянулась на пару километров, вот бы еще знать: где в точности этому Геночке вздумается нырять в воду? Да уж, попробуй предсказать такое… – Интересно, куда идти?

– Не знаю, – Ниночка была в полной растерянности. Это создание даже в спокойной, располагающей к размышлению, обстановке, и то не могла сконцентрировать больше двух мыслей. А уж в момент стресса от нее тем более нельзя требовать чего-то благоразумного. Но вечерняя прогулка по свежему воздуху явно пошла ей на пользу. Её философская осоловелость после стакана водки сменилось живым участием в происходящем. – Может, разделимся: ты пойдешь направо, я – налево? – неуверенно предложила она. – Или наоборот?

– Как же мы разделимся, когда я твоего Геночку в глаза не видела, – нетерпеливо возразила Женька.

Она и сама удивлялась, как это смогла допустить такое упущение. И не то, чтобы Ниночка прятала своего кавалера от подруг, совсем даже наоборот – бегала и всем хвасталась завидным женихом, просто Женьке всё некогда было с ним познакомиться. Всё дела, дела… и вот теперь ищи его…

– Ты хоть фотографию-то с собой взяла? – запоздало спохватилась Женька.

– А зачем? – резонно удивилась Ниночка. – Я его в лицо не узнаю, что ли?

– Да, но я-то не знаю. Хоть бы мне показала, похвасталась, так сказать. А то ищи теперь кота в мешке.

– Ой, мне как-то не до этого было, – Ниночка кокетливо поправила локон, стрельнув многозначительным взглядом в сторону молодого человека, внезапно оказавшегося в поле ее зрения.

– Ну, тогда описывай его давай.

– Чего? – Ниночка вся напряглась. – В каком смысле?

– В смысле словесного портрета, – Женька помавала пальчиками: – ну, там, приметы всякие, знаешь, как преступников в милиции описывают?

– Мой Геночка не какой-нибудь там преступник! – праведно возмутилась Ниночка, и задумалась: – Он такой высокий, в сером костюме, такого мышиного цвета, галстук темно-бардовый, рубашка голубоватая… ну, там, волосы такие, – она изобразило весьма неопределенное движение рукой, – лицо, глаза… – Ниночка запнулась и замолчала, не зная, что еще сказать.

Дать толковое описание – это было выше ее способностей. Впрочем, если быть справедливым, Женька могла по пальцам перечесть своих приятелей, которые вообще по данной теме могли связать пару слов. Правда, имелся у нее знакомый художник, который мог одним эпитетом так охарактеризовать человека, что встретив его на улице, ты безошибочно его узнавал…

– Да, в костюме, – немного подумав, подтвердила Ниночка. – Но он мог переодеться!

Вот еще радости!

– Во что?

– В джинсовый костюм. Или ветровку надеть, – задумчиво дополнила портрет Ниночка.

– Ты знаешь, сколько здесь на набережной молодых людей, высоких и в джинсовых куртках? – сердито поинтересовалась Женька. – У него какая-нибудь особенная примета есть?

– Примета? – Ниночка нахмурилась, потом просияла: – Есть! У него вот тут, – она ткнула себя в низ живота, – большое родимое пятно!

Женька тяжело вздохнула:

– Ну, и как ты полагаешь, я должна его искать по этому пятну? Что, заставлять всех спускать штаны? Идем!

Действительно, Ниночка как-то с трудом представляла, какая может последовать реакция, если подойти к незнакомому мужчине и попросить… это уже пахнет милицией, а милицию Ниночка боялась.

Они спустились на набережную. Теплый весенний вечер выгнал всех жителей прогуляться и поразмяться на свежем воздухе. Праздношатающиеся неторопливо прохаживались вдоль берега быстрой речки, с интересом наблюдая за тем, как подходят и отходят катера.

– Как ты думаешь, где его искать? – поинтересовалась Ниночка.

– Откуда же мне знать…, – Женька внимательно вглядывалась в каждого молодого человека, – Смотри-ка, вон тот, это не он?

– Кто? – Ниночка резко развернулась в ту сторону, куда показывала Женька. – Где?

– Вон, у парапета стоит, девушек разглядывает.

– С хохолком?

– Где ты там у него хохолок видишь? На нем же адидасовская бейсболка.

– Ну, правильно, а из-под козырька торчит челка, – согласилась Ниночка.

– Да нет, это не челка, – возразила Женька, пристально вглядываясь в молодого человека сквозь темноту, с такого расстояния она и в самом деле не могла разглядеть, что у него торчит из-под козырька.

Молодой человек обернулся, посмотрел на них и повернулся спиной.

– А что же, по-твоему?

– Фиг его знает, но судя по его прыщавой роже – рога, ветвистые, как у лося, – Женька оборвала себя и сердито посмотрела на Ниночку. – Мы сюда зачем пришли? Обсуждать молодых людей?

– Разве? – удивилась Ниночка. – Ах, ну да.

– Слушай, может, ты все-таки оглядишься по сторонам? А вдруг он где-нибудь здесь бродит.

Ниночка огляделась, но никого не заметила.

– Надо у кого-нибудь спросить, – заявила она решительно. И твердым шагом направилась к пожилой супружеской паре, которая стояла у самой воды. Старушка почему-то держала над головой открытый зонтик и что-то тихонько выговаривала мужу, который с отсутствующим видом таращился на подходящие катера и деловито кивал через равные промежутки времени. – Простите, пожалуйста, – услышала Женька, – вы здесь утопленника не видели?

Нет, с этой ненормальной не соскучишься. Женька с извинениями оттащила подругу от перепуганных старичков.

– Да ты что, совсем спятила? – напала она на Ниночку. – Ты же их до смерти напугала!

Ниночка обиженно надула губки. Ну почему так всегда получается: хочешь как лучше, а получается как хуже. Никто не ценит ее стараний.

– Так, ладно, здесь его точно нет. Давай рассуждать логически, – предложила Женька, отводя подругу в сторону от греха подальше.

Ниночка старательно кивнула, но рассуждать логически, да еще в такой ситуации! Женька явно требовала от нее слишком много.

– Если он действительно собрался топиться, станет ли он делать это на глазах у всех?

– Не станет? – неуверенно спросила Ниночка.

– Нет, – категорично мотнула головой художница. – Не станет.

– Почему?

– Ну, потому что кто-нибудь сразу же кинется его спасать, а значит, само самоубийство теряет смысл, правильно?

– Правильно, – послушно кивнула Ниночка.

– Значит, какой из этого следует вывод?

– Какой?

– Здесь он топиться не станет.

– А где?

– Откуда же мне знать! Где-нибудь в пустынном месте, где ему никто не сможет помешать. О! – Женьку неожиданно осенило. – Может у него какое-нибудь любимое место имеется? Ну, там, время провести…

– Имеется, – без запинки обрадовано сообщила Ниночка: – Пивбар «Скунс».

– Ну и как ты это себе представляешь? – Женька была готова убить собственную подружку. – Он что же, по-твоему, в пивной кружке топиться будет?

– А что тут такого? – сразу заныла невеста, интуитивно ощутив, что опять ляпнула не то. – Ты спросила, я ответила. Наверное, его надо искать на мосту, – проявила эрудицию невеста.