Лариса Васильева – Ты - мои небеса (страница 52)

Она должна оставаться сильной до конца, потому что Нестерову еще хуже, но он держится. Не капризничает, не устраивает скандалы, не жалуется на судьбу. Просто молча принимает свою болезнь и даже пытается подбодрить Алису.

Она сама виновата в его болезни, хотя если бы она не выполнила свою работу, за нее это сделал бы кто-нибудь другой. Тупое безвыходное положение!

НеоднократноАлиса ловила себя на мысли, что каждый вечер как Максим засыпал, она оказывалась на ступеньках возле дома и плакала.

Родители, скорее всего, видели, что с ней происходит, но хранили молчание. А в последнее время и Ольга подключилась к заботам о сыне. Несколько раз Алиса порывалась признаться, что Максим им не чужой человек, и каждый раз что-то ее останавливало. Бедные родители уже потеряли его один раз. Другого раза они просто не переживут.

В очередной вечер в последних числах октября, когда до роковой даты оставались считанные дни, Алиса сидела на ступеньках возле дома, едва сдерживая слезы. Холодный ветер обдувал ее горящие щеки. Она то и дело дула на мерзнущие ладошки и шмыгала носом, совсем не заботясь как она при этом выглядит. Куртка небрежно накинута на плечи и Алиса даже не удосужилась ее застегнуть. Скоро никакая одежда не сможет согреть ее заледеневшее сердце.Когда Максима не станет, в нем поселится такой холод, что хоть волком вой. Алису трясло, но не от холода, а от душевной пустоты.

Одинокая слезинка скатилась по щеке, но Алиса тут же стерла соленую воду ладонью. Она будет сильной до конца, чего бы это ей не стоило. Прислонившись плечом к железным перилам, Алиса как во сне вспоминала их первую встречу с Максимом. Комичные ситуации, неловкость, когда он начал все помнить. Их первый поцелуй и первую ночь в отеле в Париже. Волшебное было время, что ни говори.

- Не передумала еще? – Негромкий голос вырвал ее из состояния задумчивости. Алиса подняла затуманенные глаза, с удивлением разглядев перед собой высокий мужской силуэт. В сумраке вечера она не сразу разглядела Свиридова, но это был он.

- Ты вернулся? – Она всхлипнула и поежилась, только сейчас почувствовав, как сильно замерзла.

- А не должен был? – Не то спросил, не то утвердил Лекс. – Недолго поколебавшись, он присел рядом на холодный бетон ступени. –Я просто подумал, что ты могла передумать. Время уже на исходе.

- И чего ты с нами носишься? – Равнодушно пожала плечами Алиса, но в душе у нее радостно зазвонили колокольчики. Лекс их не забыл! Он вернулся за ними! – У тебя теперь новая должность. Столько дел.

- Раньше, возможно, и не носился бы. – Согласившись с Покровской, кивнул мужчина и вдруг одним движением притянул ее ближе и несильно обнял. Сразу стало теплее, и Алиса решила сдержать рвущиеся из груди возмущения. К тому же Лекс не позволял ничего лишнего. Просто положил руку ей на плечо и замер в таком положении. – Мы тут все зачерствели. Стали похожи даже не на животных. Те не бросают в беде себе подобных. И я тоже был таким. А с недавних пор, как у меня появились друзья… - Он вдруг негромко рассмеялся. – Даже смешно, что дожив до такого возраста, у меня не было друзей, и даже не планировал заводить. А теперь, когда моя жизнь разрушена, семья полетела к чертям собачьим у меня остались только вы с Максимом. Даже Полины больше нет. – Добавил он погрустневшим голосом.

Алиса знает, как сильно он скучает по своей жене, но даже не догадывается, как паршиво и одиноко стало без Полины. Особенно по вечерам, когда и поговорить не с кем.

- Я согласна, - посмотрев в пустоту, твердо произнесла Алиса, и Лекс вздрогнул, ненадолго отвлекшись и погрузившись в невеселые размышления. – Не могу больше видеть его страдания. Если так для Максима лучше, я готова.

Вдвоем они помогли Нестерову забраться в машину, и всю дорогу до лаборатории Алиса держала его за руку. Их сбивчивые объяснения… Максим, конечно, ничего не понял, но в теперешнем состоянии согласен был на любую, даже самую безумную авантюру.

Все будет хорошо, сказали ее глаза, но ответы уже были не нужны.

- Хорошо или плохо. - Максим печально улыбнулся. В последнее время уже и на это не хватало сил. – Неважно. Главное, скажи мне, что будет завтра. Оно ведь настанет? – Он помолчал, собираясь с силами. – Для нас?

- Конечно. – Алиса не медлила с ответом, чтобы он не догадался, что это только для отвода глаз. Чтобы Максим ничего не понял. Он думает, что отправится в виртуальный мир, а на самом деле.… У Алисы неприятно защипало в горле, но она сдержала вырывающиеся эмоции. Ну как ему сказать, что на «Небеса» отправятся только файлы с памятью о нем?

- Я верю тебе. - Его холодные губы коснулись ее щеки. - И я буду ждать тебя. - И, помолчав, добавил. - Там.

И плевать, что он чувствовал, что "там" не будет. Если ей хочется думать, что он верит, он поверит, потому что, черт возьми, жизнь прекрасна и удивительна. Особенно когда рядом такая любящая женщина.

Нестеров видел, каких усилий и душевных сил стоила Алисе забота о его персоне особенно в последние несколько недель. И не был уверен в обоюдной преданности, окажись она на его месте. Все-таки странные они, люди будущего.

Алиса осторожно положила голову ему на плечо. Интересно, о чем она думает? Сожалеет или жалеет. Он вздохнул, закрыл глаза и медленно растворился в боли, которая, он знал, уже никогда его не отпустит.

- Что теперь с ним будет? – Скрестив руки на груди, Покровская смотрела на любимого мужчину, лежавшего в капсуле.

- Я увеличил дозу снотворного. – Кинув в лоток использованный шприц, Лекс посмотрел на мирно спавшего Нестерова. Его лицо, в последнее время искаженное болью, наконец, стало безмятежным. - Ему больше не будет больно. Я обещаю.

В горле скопился колючий комок, а к глазам подступили предательский слезы, но Алиса сдержалась. Лекс встал рядом.

- У тебя нет выбора. - Рука Лекса медленно опустилась ей на плечи. - Ты должна его отпустить.

- Я знаю. - Согласилась Алиса. - Но, хоть убей, не понимаю, где в такой замечательно спланированной авантюре допустила ошибку.

- Ты винишь в этом, - он кивнул на спящего Максима, - себя. - Свиридов лениво наблюдал, как из бутылочки вверху медленно в капельницу поступает жидкость. Он вымотался за последние недели как собака, что не было даже сил проявлять хоть какие-то эмоции. - Провальная затея. Самоедство ни к чему хорошему не приведет.

- А как тебе живется без Полины? - Алису даже передернуло от болезненных воспоминаний о такой замечательной девушке, подруге, так глупо и рано ушедшей из жизни.

- Хочешь знать как? - Мужчина заглянул ей в глаза. Алиса смотрела не мигая.

- Скоро сама все узнаешь. - Выдохнул он.

Глава 22

- И что теперь? - Алиса задавала этот вопрос каждый раз, как видела Лекса, а в последнее время они встречались нечасто. В основном только на "Небесах", да и то от случая к случаю. Вот сейчас, например, Алиса стояла на крыше здания компании, и ей стало так горько и обидно, что и врагу не пожелаешь. И вдруг появился Лекс. Он вообще чаще всего появлялся, когда настроение падало ниже плинтуса. Алиса почувствовала, что на крыше не одна и обернулась. Лекс. На "Небесах" одет, как всегда, идеально. Не то, что в жизни. Но когда он уже сбреет свою бороду?

Подошел. Смотрит не столько на Алису, сколько вперед, там, где за пределами маленькой крыши раскинулся огромный красивый город.

- Ты мне скажи. - Каждый раз ответы на один и тот же вопрос Покровской были разные. Иногда оптимистичные, иногда грустные, а сейчас Свиридов, по ходу, в отчаянии. Алиса промолчала и Лекс продолжил. - Неприятно видеть бывшего возлюбленного с другой? - Он имел в виду новую пассию Максима, с которой тот последнее время встречался в офисе реже, чем в постели. - Это был единственный выход. Ты знаешь.

- Хочется всех разбудить. - Подойдя к самому краю крыши, Алиса посмотрела вниз, где у земли копошились мелкие фигурки людей. - Они заложники этой программы.

- Не знаю, как будет лучше. - Лекс встал сзади и, проследив за взглядом, тоже посмотрел вниз. - Мы уже разбудили пару десятков за последние несколько месяцев. И что? Ни одного слова благодарности. Из возвращенных с "Небес" три оскорбления в адрес корпорации, - он загибал пальцы, - два самоубийства. Два. - Лекс сделал голосовой акцент на слове "два". - Не смогли психологически справиться с убожеством реального мира. А еще родители, утверждающие, что отдали в программу милых детей, а обратно получили настоящих монстров. Нет. Так больше не может продолжаться. Мы не должны возвращать тех, кто не хочет вернуться.

- Тогда не надо новых людей подключать к программе. - Предложила Алиса и,обернувшись, посмотрела на Свиридова.

- Правильно! - Он улыбнулся и вдруг, поддавшись какому-то порыву, провел рукой по ее волосам. - Ты умница. - Почувствовав неловкость, Лекс убрал руку.

- И никогда не хотелось, чтобы Полина тебя вспомнила? - Ощутив ту же самую неловкость, Алиса старалась не обращать на нее внимания.

- Нет. - Покачав головой, Лекс уперся двумя ладонями в металлический парапет, идущий по краю крыши. Теперь Алиса оказалась зажатой в кольце его рук. - Мне уже за тридцать и, черт возьми, хочется любимую женщину и детей. Тот ребенок, - Лекс вздохнул, вспоминая карандашный рисунок маленькой девочки, - я его так и не нашел. Ни одной зацепки. Все ответы исчезли с уходом моего отца. Если бы я только сдержался тогда и не натворил глупостей! - Почувствовав, что Алиса хочет что-то возразить, Лекс покачал головой. - Не надо. Сам виноват. С Полиной, - мужчина продолжил, - не может быть ничего настоящего. Все чувства и эмоции, пережитые здесь, там окажутся обычной фальшивкой. А я устал от фальшивок. Меня столько раз обманывали, заставляли забывать, снова обманывали. Есть ли оно, это настоящее?