Лариса Цыпленкова – Крыса (страница 4)

— Вивьенн? — о, приятный голосок у девушки. — Что случилось, Вивьенн?

— Джосет Бер? Ты что тут делаешь? — моя хозяйка (судя по всему, Вивьенн — это она и есть) взвыла с удвоенной силой. — Ты за мной шпионишь⁈

— Я? Зачем мне? — изумилась неизвестная. — Вы забыли закрыть дверь в ритуалку, вас слышно от лестницы. Что случилось-то, может, помочь?

— От лестницы? Дверь? — как-то растерялась ведьма. — Вот как Зизи сбежал… А-а-а!

Вопль перешёл в бурные рыдания и обрывки жалоб, из которых можно было сложить картину произошедшего. Эта самая Вивьенн упросила отца раздобыть для неё императорского горностая, потому что обычная кошка или там сова ей в фамильяры не годились. Вивьенн Армуа, будучи дочерью герцога и министра финансов, достойна самого лучшего, и отец ей это лучшее обеспечил. Зизи, горностай из императорского питомника, был доставлен в АМИ с позолоченным вольером, к которому прилагались клетка-переноска, парочка ошейников — на каждый день и праздничный, — а ещё расчёски-щётки-миски и куча прочей мелочи. Вольер установили в комнатах мессеры Армуа, и последние пару недель зверёк и ведьма привыкали друг к другу.

И вот сегодня Вивьенн зарезервировала ритуальный зал, подготовила гексаграмму (лично магистр Детруа проверил, завкафедрой рунологии и скрипторики), притащила сваренное под наблюдением магистра Мирэль зелье, клетку с горностаем. Обряд обретения фамильяра шёл как по маслу, и Вивьенн закончила читать заклинание, когда, откуда ни возьмись, ей на руки вместо Зизи запрыгнула отвратительная, голохвостая, блохастая тварь! Нет, ну что ей так блохи покоя не дают, а? Скорее уж, у её горностая блохи!

От неожиданности и отвращения ведьма отбросила крысу, та упала прямо в котёл с зельем… и это завершило обряд! Вместо очаровательного императорского горностая высокородная Вивьенн Армуа получила в фамильяры… крысу! Крысу!!! Ей! Вивьенн!!! Голос моей хозяйки поднялся куда-то в небесные высоты и сорвался в глубокие безутешные рыдания. Я отряхнула с усов оставшиеся капли зелья, прислонилась к стенке котла и мрачно слушала, как рыдает ведьма-неудачница, как утешает её однокурсница.

— Подумайте, госпожа Вивьенн, крысы — очень умные и ловкие зверьки, ничуть не хуже горностая, — мягко журчал голосок Джосет. — А после ритуала крыса будет вообще умнейшим созданием!

— Но хвост! — всхлипывала моя хозяйка. — Длинный, противный, голый хвост!

— Может быть, велите сшить на хвост чехольчик, или можно украсить бантиками, или позолотить, — уговаривала истеричку сокурсница.

Только этого не хватало! Я аж зашипела от возмущения. Чтоб вы знали, недоучки, хвост для крысы — это не только отличный балансир, это ещё и терморегулятор! Только благодаря хвосту крысы выдерживают летнюю жару. Чехольчик! Себе на головы чехольчики нацепите, да хоть десять сразу, всё равно мозгов нет.

— А какая именно крыса вам досталась, госпожа Вивьенн? Можно посмотреть?

— Смотри, только мне эту гадость не показывай! Там, под котлом сидит, — надменно прогундосила благородная девица. Не очень-то и хотелось ей показываться, если честно!

Котел подняли, и ловкая рука перехватила меня поперек тела. Я и так не собиралась убегать, но Джосет сделала бегство абсолютно невозможным. Похоже, у девушки был опыт общения с мелкой живностью. Я замерла и расслабилась в крепкой, но бережной хватке.

— О-о, какая прелесть! — меня посадили на ладонь, придерживая другой рукой. А ничего девушка. Симпатичное худощавое личико, каштановые гладкие волосы, собранные в обычную для горожанок «улитку», карие тёплые глаза. — Госпожа Вивьенн, это не какая-то дворовая крыса, это великолепный декоративный экземпляр. Капюшонный окрас! Кто-то наверняка рыдает, потеряв эту лапушку. Как тебя зовут, девочка? Ты же не будешь от меня убегать, правда?

Джосет склонилась ко мне, и я игриво пощекотала её подбородок усами. И почему я ей не попалась, а? С такой легко можно было бы договориться. Девушка хихикнула, и тут через её плечо протянулась требовательная рука.

— Дай сюда! — рявкнула Вивьенн, и Джосет тут же передала меня хозяйке. Изумрудные глаза ведьмы сверлили меня злобным взглядом, пальцы крепко, до боли, сжимали загривок. Я обмякла и безвольно болталась в руке ведьмы, стараясь не завопить от боли. — Ну да, не дворовая. Но хвост! Так бы и прибила тварь!

— Что вы, мессера Вивьенн! — ужаснулась моя защитница. — Это же можно потерять дар! Уж лучше попросите вашего благородного отца, чтобы он потихоньку обратился в Лигу Ловчих, наверняка у него есть там связи. Разорвёте связь с фамильяром и возьмёте нового.

— О-о, что скажет отец! — кажется, истерика Вивьенн заходила на третий виток, но Джосет Бер сбила её с настроя.

— Ах, мессера Вивьенн, но ведь это не вы виноваты!

— Не я? — изумилась ведьма.

— Конечно, нет! Это кто-то из ваших завистниц открыл дверь и запустил крысу, — с совершенно невинным лицом заявила Джосет и часто-часто захлопала ресницами. — И не из бедных, точно, я вот не могла бы себе позволить такие траты, хоть отец у меня и ювелир. Протащить неучтенного зверька в АМИ — это какая же взятка должна быть, да и сама капюшонная крыса стоит недёшево.

— Ах! А ведь ты права! — глаза моей хозяйки разгорелись. Конечно, раз всему виной не её разгильдяйство, а козни завистницы, то отец разозлится, но не на дочь! Будет рассчитывать и прикидывать, кто из Императорского Совета подкинул такую… крысу через свое чадо.

— Думаю, вам стоит поберечь фамильяра. Разорвёте связь, когда это будет удобно, а по животному можно даже поискать, кто вам его подкинул.

— Ладно уж, — тяжко вздохнула Вивьенн. — Пусть живёт. Пока. Какая всё-таки гадкая тварь… Горностая придётся призвать амулетом и передать отцу, пока не разорвут связь с крысой.

С этими словами хозяйка нацепила мне на шею тонкий кожаный ремешок, а после с размаху швырнула меня в клетку. Щёлкнул засов, на клетку набросили плотное шёлковое покрывало, отрезая от мира. Голоса зазвучали чуть глуше.

— А ты ничего, соображаешь, — покровительственно одобрила сокурсницу Вивьенн. — Приходи завтра в три пополудни ко мне в комнаты, мы с девочками сделали заказ в пекарне «Грандифлёр».

— Спасибо за приглашение, госпожа Вивьенн, обязательно приду!

Дурочка эта Джосет Бер, хоть и добрая девушка! Зря радуется, такие стервочки никогда ничего в простоте и от души не сделают. Чего-то от неё моя хозяйка хочет…

— Но ты же понимаешь, что об этом случае надо молчать?

— О каком случае, мессера Вивьенн? Разве что-то случилось? Я вообще весь вечер сидела в лаборатории, готовила сбор от кашля, ничего не видела и не слышала.

— Вот так всем и говори. До завтра!

Клетка закачалась в воздухе, и меня слегка замутило. И почему мне казалось, что Вивьенн нарочно размахивает клеткой посильнее? Застучали каблучки хозяйкиных туфель, и я, вцепившись в стальные прутья, отправилась в свой новый дом.

Глава 3

Безжалостно размахивая клеткой, ведьма протащила меня по учебному корпусу; на улице мне ненадолго полегчало: под покрывало пробрался прохладный, свежий ночной воздух. После громыхнула слегка скрипящая дверь девичьего общежития.

— Ну что, мессера Армуа, удачно? — подобострастный вопрос, заданный немолодым приторным голосом, мою хозяйку взбесил окончательно, судя по всему.

— Удачно, кира Рутен, — бросила Вивьенн, с такой силой тряхнув мою клетку, что прутья таки выскользнули из лап, и я со всей дури шмякнулась о противоположную стенку. — Отличный фамильяр!

— Ну да, ну да. Горностайчик, верно, мессера Армуа? — медово пропела пожилая женщина. Ночью в общежитии обычно дежурит кира Вуэго по прозвищу Ночная Драконша, а это что за подлиза такая? Кастелянша, что ли?

— Крыса! — рявкнула ведьма и рванула с места едва не бегом. Я только и успела вцепиться в прутья всеми лапами. Девушка пронеслась по холлу, взбежала на второй этаж. Насколько я знаю, тут комнаты для самых богатеньких и знатных девиц: в окно не так просто залезть, как на первый этаж, подниматься не слишком высоко. Да и планировка получше, по две-три комнаты с личной уборной, ванной, и обставлены побогаче. Даже прислугу можно нанять за отдельную плату. Это простые смертные по утрам бегают в общую уборную, которых всего две на этаж, а живут по двое-трое в одной комнате.

— А ведь мне с тобой ещё ментальную связь устанавливать, дрянь хвостатая, — пробурчала Вивьенн себе под нос, звеня ключами. Щёлкнул, открываясь, замок, и мою клетку внесли в помещение, пропахшее духами, косметикой и благовониями. Кажется, тут ещё и цветы стояли: удушливый запах роз навалился на мой нежный крысиный нос со страшной силой. Так и обоняние потерять недолго!

Меж тем, хозяйка закрыла дверь и сняла с клетки покрывало; я едва успела отцепиться от прутьев и свернуться на дне в жалкий дрожащий клубочек. Ведьма осмотрела меня с явной гадливостью, вздохнула безысходно и понесла клетку к большому вольеру, занимавшему четверть комнаты — гостиной, судя по диванчику и круглому столику, который можно использовать для чаепития или настольной игры, но не для учёбы. Сейчас на столике красовался букетище алых роз в широкой, как ведро, вазе. А я во все глаза смотрела на свой будущий (надеюсь, ненадолго) дом.

Вольер был роскошен, весь, от пола и почти до потолка; прутья позолочены, внутри закреплены лесенки, ветки, веревки и кольца, к ним подвешены гамаки и домики. Этого дома хватило бы для целой семьи горностаев или колонии крыс! На прутья была натянута мелкоячеистая сетка, сквозь которую даже мышь не проберется, не то что зверёк покрупнее. На высокой и широкой полке разместили пару мисок для еды и одну из пяти или шести серебряных поилок (остальные расставили по всему вольеру), пол засыпали толстым слоем опилок, приятно пахнущих липой, у стены поставили небольшую емкость с водой для купания, а в отгороженном углу — лоток с опилками. Тоже хорошо, мне было бы неприятно делать такие дела у всех на виду, хоть и в облике крысы.