Лариса Сугатова – Розовые рассветы в полутьме (страница 1)
Лариса Сугатова
Розовые рассветы в полутьме
Глава первая Кригс
Твоя роза так дорога тебе потому, что ты отдавал ей все свои дни.
Антуан де Сент-Экзюпери.
– В Кригсе есть гимназия, тетя Илона. Я буду учиться там и заодно присматривать за бабушкой. В последнее время ее здоровье требует большого внимания, – сказала девушка и посмотрела на молодую женщину, пытаясь понять, убедила ли ее в своем решении переехать.
– Какая гимназия? Это обычная школа, – возразила ей тетушка, смахнув каштановую прядь с лица.
Они с племянницей были очень похожи, только возраст и длина волос выдавали различия. Сидя за круглым столом посреди кухни, они пили горячий ароматный чай с печеньем.
– С нового учебного года в выпускном классе будут учиться ученики из Бригсонеля, – продолжила племянница, делая глоток.
Лицо тети от услышанного мгновенно потемнело.
– Этого только не хватало, – с легкой досадой произнесла она.
– А что с ними не так? – простодушно поинтересовалась Мили, потянувшись за очередным печеньем.
– Да все не так, – тетя в отчаянии покачала головой, от чего девушка задумалась.
С самого рождения Мили жила с тетей в большом Лиорде, и лишь изредка они вместе навещали бабушку в далеком маленьком городке Кригсе.
Когда родилась Мили, ее отца не было в живых уже несколько месяцев. Мать погибла от руки неизвестного убийцы спустя пару часов после рождения ребенка.
Имя Мили означает прощающая. Его дала дочери мама, и это все, что осталось у девочки от нее. Застенчивая миролюбивая Мили с самого детства всегда старалась сглаживать любые углы в отношениях с кем бы то ни было. Она постоянно сомневалась в своих поступках и обо всем старалась советоваться с тетей.
Мягкая и спокойная девочка любила помечтать и нередко слышала осебе от других, что она «не от мира сего».
– Но бабушке необходимо мое присутствие, – Мили снова взглянула на тетушку и добавила, – все будет хорошо, тетя Илона. Ты же понимаешь, что моей поездки на летние каникулы слишком мало, чтобы быть спокойными за здоровье бабушки.
– Я все понимаю. Давай помогу тебе собраться, – с грустью вздохнула тетя, отставляя чашку и поднимаясь из-за стола, чтобы прибрать на нем.
Спустя пару дней Мили переехала в Кригс. Теперь ей предстояло учиться в местной школе или, как ее стали называть с этого учебного года, гимназии.
***
Здание располагалась недалеко от дома бабушки, так что, прийти утром, не опаздывая на занятия, не составляло труда. Здесь не возникало никаких пробок на дорогах, как в огромном Лиорде, не нужно было пользоваться транспортом.
Бабушка Омела хотела сама проводить внучку в первый учебный день в школу, но сил даже на такой недолгий путь до соседней улицы у нее не было. В последнее время ее часто беспокоили боли в сердце.
За Мили зашел невысокий паренек Рони, мать которого почти ежедневно навещала бабушку. Рыжеволосая соседка частенько угощала пожилую подругу каким-нибудь новым свежеиспеченным пирогом по собственному рецепту.
В сопровождении рыжего сына соседки Мили и появилась в небольшом дворе гимназии, уже заполненном учениками. Многие из ребят не скрывали своего нежелания возвращаться к учебе после долгих летних каникул. К счастью для Мили, к ней подбежала, как обычно радостная, улыбающаяся Дарина. Они подружились еще летом, в последний приезд Мили к бабушке.
– Как хорошо, что ты пришла, – затараторила Дарина, – так много надо обсудить. Ты ведь уже знаешь, что, кроме, тебя у нас в классе – еще двое новеньких? – она не стала дожидаться ответа и просто продолжила, – Посмотрим, что они из себя представляют. Нет, мне конечно все равно, какие они ученики, но интересно, хорошенькие ли? – мечтательно вздохнула она.
Мили слушала вполуха, осматривая школьный двор и крыльцо, где перед предстоящей торжественной линейкой по поводу начала учебного года собралось уже довольно много учеников старшей школы города Кригс.
Не слишком высокое трехэтажное здание гимназии считалось одним из лучших в городке. Кирпичное, с большими широкими окнами, оно и впрямь выглядело неплохо, но школа, куда ходила Мили в Лиорде была гораздо больше. Намного. Она представляла собой огромное здание из трех частей в виде буквы П, в каждой из которых располагалось отдельное звено одной из многочисленных школ города – младшее, среднее и старшее.
Мили стало немного тоскливо. Она уже не встретит в стенах новой школы своих прежних одноклассников. С некоторыми из них Миди неплохо подружилась, и теперь взгрустнула.
После линейки, во время которой все ученики стояли группами из классов и слушали выступления директора и учителей, Мили пыталась составить хоть какое-то мнение о своем новом месте учебы. Торжественная часть линейки закончилась, и Дарина потащила подругу в свежеокрашенный чистый кабинет, куда следом отправились и остальные ученики их класса. Учащиеся под звуки гула движущейся толпы разошлись по своим аудиториям.
Класс оказался смешанным. Новенькие, которых, за исключением Мили, было всего двое, держались особняком. Они свысока посматривали на тех, кто учился здесь ранее, и не вступали в разговоры без крайней необходимости. Лишь однажды один из них что-то спросил у шедшей рядом девушки. Ее щеки ярко зарделись, хотя вопрос о том, начнутся ли занятия прямо сейчас или будет просто вводный урок, не подразумевал ничего провокационного. Мили показалось странным это нелепое смущение. Ей вообще было чуждо кокетство.
– Почему они такие надменные? – тихо спросила Мили у своей подруги, кивая в сторону новеньких.На первом уроке подруги сели вместе. Учитель Райли рассказывал, что в этом учебном году предстоит изучать историю их страны, в которой люди являются главной расой. Мили заметила, как те двое новеньких, державшихся особняком и севших вместе за первую парту среднего ряда, после этих слов скептически переглянулись друг с другом и заулыбались. – Если кому что-либо не ясно, он всегда может задать мне вопрос, – перед самым звонком сообщил классу учитель Райли.
– Это давняя история. Просто глава Совета их города придерживается мнения, что эльфы и мы должны жить в мире, но c ним согласны далеко не все. Его народ никогда не думал о людях, как о равных себе. Теперь этим двоим приходится ходить в школу с нами, чтобы научиться лучше понимать людей. Что из этого выйдет – большой вопрос. Один из этих двоих будущий правитель светлых эльфов, но для меня они оба на одно лицо, хоть и хорошенькое, – сказала с улыбкой Дарина.
Из поведения новеньких парней на уроке Мили поняла, что вопросы есть не только у нее. Озвучивать свои она не спешила, Лишь спросила на перемене у Дарины, почему об эльфах практически ничего не сказали. Как она узнала из недавнего разговора с Рони по дороге в гимназию, с ними раньше у жителей Кригса шла долгая война, так толком ничем и не закончившаяся. Непонятно было, кто победил, и кто проиграл. Люди и эльфы просто стали жить обособленно. Это продолжалось уже много веков.
– Да не заморачивайся ты, Милька, все давно в прошлом, – ответила Дарина, и Мили поняла, что больше ничего нового для себя не узнает.
Мили, будучи знакомой с доброжелательно настроенными к ней Дариной и Рони, могла себе позволить не особо переживать, как к ней отнесутся в новом классе. Впрочем, сердце все равно предательски сжималось от страха из-за того, что она является объектом для наблюдения новых одноклассников. Мили глубоко вздохнула в попытке успокоиться и привести сбившиеся в кучу мысли в порядок. Ей повезло, что эти двое оказывали свои внимание и поддержку, а то бы стояла сейчас на переменах где-нибудь в уголке и подпирала стенку.
Следующий урок геометрии прошел совсем не как история. Потребовалось напрячься и усиленно шевелить мозгами, зато никаких вопросов об отношении к ней других учеников на протяжении всего урока у Мили не возникало. В каком-то смысле она даже смогла отдохнуть от чужих заинтересованных взглядов. Учитель просто оценивал знания теорем и умение решать задачи. Преподаватель Альберт даже похвалил ее за сообразительность и логику мышления.
После занятий у гимназических ворот Мили догнал Рони. Они беспечно болтали о событиях сегодняшнего дня, и Мили не заметила, как вышло, что речь снова зашла о тех двух новеньких учениках.
– Сели за первую парту, выскочки! – небрежно отозвался о них Рони.
– Почему ты злишься? – спросила Мили, удивленно разглядывая парня.
– Да сама посмотри, они же ведут себя так, как будто, снизошли с небес до обучения с нами. Будто, не они чужаки среди нас, а мы все рядом с ними холопы перед господами, – говорил Рони, возбужденно жестикулируя руками.
– Ты прав. Я почти ничего о них не знаю. Моя бабушка не любит говорить об эльфах, и тетя тоже, – согласилась Мили.– По-моему ты предвзято к ним относишься, Рони. Возможно, им так же страшно, как и мне в чужой среде, – сказала Мили, пытаясь охладить его пыл. – Это им-то? Ты вообще раньше эльфов видела? – поинтересовался Рони, изумленно уставившись на нее, не сводя глаз.
Стайка беззаботно смеющихся юных девушек-старшеклассниц местной гимназии выпорхнула на небольшую городскую площадь, увитую зрелой зеленью, еще почти не тронутой желтизной осени. Они смеялись, шутили и толкали легонько друг друга под локти, кивая при этом на большой белый лист с яркими красными буквами, красовавшийся посреди площади на высоком стенде. Такие же объявления, написанные чернилами на листах поменьше, висели на дверях всех ближайших маленьких одноэтажных из красного кирпича магазинчиках, увитых плющом, расположившихся по всему периметру площади.