Лариса Сугатова – Голодный мир (страница 5)
Еду и золотисто-зеленую жидкость, налитую в кору тыквы, девушкам принес индеец, назвавший себя Острым Когтем. К нему присоединился новый почитатель беглянок. Этот новый приятель удивительным образом походил на своего чуть старшего собрата, но выглядел несколько моложе.
Являются ли Лиззи и Сэм пленницами, они сами не понимали. Относились к девушкам неплохо, за исключением того индейца, который был в набедренной повязке с волосами до плеч, подвязанными лентой на лбу. Он изредка гневно посматривал на девушек, останавливая недобрый угрюмый взор темных глаз, совсем иных, чем у Острого Когтя, на Лиззи. Его внимание давило тяжестью, заставляло держаться подальше от остальных.
– Мате, лепешка, рыба. Есть, – сказал индеец с обсидиановыми глазами, предлагая еду.
От него исходил легкий аромат дыма костра, смешиваясь с запахом свежей травы. Это странным образом успокаивало.
– Спасибо, – поблагодарила Лиззи, обратив внимание на длинные тонкие пальцы обладателя обсидиановых глаз.
Сэм тоже вслед за Лиззи приняла чашу с напитком от младшего индейца, кивнула ему, давая понять, что они благодарны. Юноша улыбнулся, сверкнув зубами. Оба индейца удалились, переговариваясь на своем языке.
– Какое это племя, не знаешь? – тихо спросила Лиззи у Сэм, жующей кукурузную лепешку.
– Должно быть крики-маскоги, мисс Лиззи. Их немного обитает в долине реки Дан, – ответила Сэм, – в горах в основном живут чероки, но эти не похожи на них.
– Я слышала, тетушка до дрожи опасалась набегов племени тускарора, – сказала Лиззи.
– Нет, это другие. Вроде, не сильно злые. Не думаю, что тускарора вытащили бы нас из воды, – ответила Сэм, – Мисс Лиззи, не знаю, как сказать… – начала она смущенно.
– Да говори уж как-нибудь, – подбодрила ее Лиззи, чувствуя, как в ней поднимается волнение.
– Этот индеец, который приносил еду… совершил над вами непотребство, – сказала Сэм, – опуская глаза.
– Как? – вскричала Лиззи, мгновенно вскочив на ноги, – что он сделал?
– Он… Он… целовал вас, когда нас вытащили из воды, – продолжала Сэм, потупив взор.
– Что?! Зачем ему это делать? – воскликнула Лиззи, удивившись несказанно.
– Я не знаю. После этого вы ожили и начали дышать, – ответила Сэм.
Лиззи долго смотрела на странного индейца, не зная, что и думать. Это так безрассудно с его стороны и не понятно для нее.
На ночевку расположились на поляне с мягкой шелковистой травой, чуть в стороне от реки, дававшей легкую прохладу. Укрылись от чужих глаз среди елей. Туземцы обосновались рядом друг с другом. Девушки держались отдельно от мужчин, устроившись чуть в стороне. Злобный индеец, молча, подошел к ним и привязал обеих длинной веревкой к стволу дерева. Оба конца, отходившие от связанных рук девушек, соединил и прикрепил к своему запястью. Сам расположился вблизи от пленниц.
– Это чтобы мы не сбежали, мисс Лиззи, – прошептала Сэм, поделившись догадкой.
– Наверно. Мог бы не стараться. Далеко я все равно не уйду со своей ногой, – ответила Лиззи так же шепотом.
– Стоило ли нам сбегать, мисс Лиззи, – спросила Сэм, – чтобы попасть в руки индейцев?
– Я уже и сама не знаю, Сэм. Кто же думал, что мы попадемся им, – ответила ей Лиззи.
Злыдень дернул веревку. Девушки переглянулись и замолчали. Постепенно их сморил сон.
Лиззи проснулась посреди ночи. Звезды, яркие в это время года, наравне с круглой желтой луной, походившей на головку сыра, освещали темное небо. В свете полнолуния отчетливо виднелась фигура одинокого индейца, прислонившегося к стволу развесистого дуба. Лиззи поежилась. Похоже, он смотрел прямо на нее. Может, от пережитого разыгралось воображение, и индеец просто стоит себе, думает о чем-то своем. Мало ли что человек хочет обдумать посреди ночи наедине.
Однако, Лиззи не покидало ощущение присутствия на себе взгляда индейца. Лиззи долго смотрела на далекие звезды высоко над ней, иногда поглядывая на молодого туземца. Затем отвернулась и попыталась заснуть, но сон не шел. Она снова взглянула туда, где темнел силуэт, но на том месте никого уже не было. Уж не воображение ли играет с ней шутки?
Этой ночью Острый Коготь не мог заснуть. Такую красоту он видел впервые. Светлые волосы и синие глаза белокожей девушки пленили его. Именно ее он видел в своем сне много лет назад. Ее лицо было совершенным, несмотря на маленький шрам на высокой скуле.
Этой девушке и ее темнокожей подруге придется жить в его племени, если, конечно, они добровольно согласятся на это. В противном случае их ждет либо рабство, либо смерть.
Острый Коготь вспомнил, как храбро беглянка бросилась в реку. Синеглазая девушка пыталась помочь своей спутнице, но течение тащило обеих на глубину к середине реки. Эта белая очень храбрая и смелая. Острый Коготь еще долго стоял, глядя, как лунный свет освещает ночную поляну и спящих людей.
Утром Злыдень отцепил веревку, привязанную на ночь к рукам. Девушки умылись чуть в стороне от индейцев, приведя себя в относительный порядок. Наскоро перекусили лепешками и рыбой, оставшимися с вечера. Запили еду вчерашним отваром падуба. После небольшого завтрака снова пришлось лезть в тесное каноэ, хотя очень этого не хотелось. Лиззи и Сэм устроились поближе к корме и подальше от индейцев, насколько это позволяла узкая лодка.
Глава 2 Индейская деревня
Снова долго плыли по реке. За бортом каноэ темнела вода притока Роанок реки Дан. От солнечных бликов на воде становилось больно глазам. У берегов ивы склонялись к самой воде, протягивая ветви-руки к живительной влаге. Слышалось щебетание птиц. Наконец, путники оказались там, куда добирались индейцы. Мужчины выгрузили мешки, подгоняя девушек быстрее покинуть лодку, взяли поклажу и направились в густой непролазный лес. Им не терпелось скорее оказаться в родной деревне.
Идти было сложно. Босые ноги быстро оказались исколоты сухими стеблями прошлогодней травы, торчавшими повсюду, как бы Лиззи не выбирала место, куда ступить. Земля оказалась усеяна еловыми шишками. Лиззи не предполагала, что побег обернется подобными трудностями. О чем она вообще думала, предлагая Сэм бежать? У них даже не было с собой никакой еды. Лиззи намеревалась по воде пройти небольшое расстояние, выбраться на берег и по суше уже передвигаться в сторону ближайшего города. В том, что им удастся добраться до него, Лиззи не сомневалась. Она считала, обязательно нашлась бы дорога, ведущая в город. Кто знал, что обеих подхватит течение и потащит на самую середину реки. Лиззи почувствовала волнение. Что ждет их впереди? Страх перед неизвестностью сжимал её сердце.
Своим небыстрым передвижением девушки задерживали идущих впереди индейцев, что не придавало тем радости. Лиззи могла идти лишь медленно, с трудом наступая на больную ногу. Сэм шла рядом с ней, в очередной раз шепнув:
– Ой, мисс Лиззи, вам должно быть очень тяжело?
Лиззи не выдержала. Она давно собиралась это сказать.
– Сэм, зови меня просто Лиззи. Мы с тобой в одинаковом положении, – прошептала она, с трудом переводя дыхание.
– Но как же… – попыталась было возразить Сэм. Ей было сложно понять молодую хозяйку.
– Зови и все, – шикнула Лиззи.
По мере приближения к новому месту, обе чувствовали себя все более неуверенно и тревожно. Их переполнял страх. Что с ними будет?
Индейцы, очевидно, тоже нервничали, но совсем по другому поводу. О себе они не переживали, их судьба была хорошо им известна. Индейцы спорили, глядя на девушек, и указывали на них руками. Лиззи и Сэм чувствовали себя, вроде и не пленницами, но понимали, по какой-то причине их не хотели отпускать. Неспроста ведь Злыдень даже связал их веревкой между собой и прикрепил к себе на ночь, опасаясь побега. Отношение Злыдня к девушкам не изменилось, несмотря на споры с Острым Когтем.
– Острый Коготь, эта белая девчонка задерживает нас. Так мы будем целых семь лун идти до деревни, – говорил Орлиное Перо, очень желая избавиться от Лиззи.
– Орлиное Перо, я уже сказал тебе, чтобы ты забыл о своем наваждении, – ответил ему Острый Коготь, игнорируя доводы мужа сестры.
Орлиное Перо пытался давить взглядом на непокорного родственника.
Зять имел такой же склочный характер, как и родная сестра Острого Когтя Итаки. Видимо, это и сблизило сестру и Орлиное Перо.
– Ты что, Острый Коготь, хочешь неприятностей для нашего племени? А если нас схватят из-за нее? – продолжал настаивать на своем Орлиное Перо, стараясь найти подходящие слова. Ему никак не удавалось убедить Острого Когтя в нецелесообразности его поступка.
– Остынь, Орлиное Перо, – коротко бросил ему Острый Коготь. Его начинали раздражать разговоры Орлиного Пера, хотя обычно Острый Коготь спокойно реагировал на своенравного родственника.
– Давайте обменяем эту девчонку, – предложил один из индейцев, – Вернем ее семье за солидный выкуп. Пара десятков одеял и винтовок с патронами нам не будут лишними, – вставил он свое слово в разговор.
– Помолчи, Сопливый Гусь, – прикрикнул Острый Коготь на разговорившегося юношу, – Мое давнее видение что-то да значит.
– Ну как хочешь, – процедил Орлиное Перо, обращаясь к Острому Когтю.
Напряжение так и витало в воздухе. От внимания Лиззи не ускользнуло, как оба индейца при обмене мнениями поглядывали на нее. Острый Коготь, тот, который пытался подбодрить ее у реки, резко сжал зубы и отвернулся при разговоре со Злыднем. Лиззи чувствовала, именно она была для них причиной раздора.