Лариса Соболева – Четыре угла коварства (страница 31)
– Какие у нас болтливые сотрудники, – отчитал он девушку, однако слово вылетело, оно не воробей, назад не загонишь. – Ладно, только не расстраивайся. Павел Игоревич поручил Женьке просмотреть сообщения на телефоне Феликса, ему не положено иметь телефон, но Павел Игоревич дал свой, а симку вставил твоего мужа. Вторая симка осталась в телефоне Феликса, так вот, ему тоже пришла эсэмэска с тем же содержанием, что и тебе. Вчера вечером пришла.
Настя задумалась, перестав резать салат, она догадалась:
– Значит, я права? Между нами хотят вбить клин?
– Похоже на то, – согласился Вениамин.
– Хорошо, что телефон у него забрали, ему только этого удара не хватало в его положении.
– Не переживай, Феликс уже в курсе, что тебя забросали подобными писульками. В общем, Настя, хочешь ты или не хочешь, а мы с Алинкой будем ночевать у тебя. Так решили Феликс с Тереховым, а мы с Женькой поддерживаем их. Так что завтра опять приедем ночевать, потом опять – пока не отпустят Феликса.
– То есть вас назначили меня охранять? – не смогла удержаться от скепсиса Настя. – Неужели все так серьезно?
– Ты правильно понимаешь, – сказала Алина, прохаживаясь по кухне с малышом на руках.
– Может, мы перестраховываемся, – пожал плечами Вениамин, – но лучше перебдеть, чем потом жалеть. К тебе, Настя, просьба от мужа и Терехова: не выходи из квартиры никуда, ладно? И никому не открывай, пусть хоть потоп на нижнем этаже, хоть истерики на площадке, ты просто звони любому из нас. Это днем, а ночью мы будем здесь.
– Я-то при чем, если кому-то Феликс помешал? – не унималась она.
– Может, и ни при чем, мы не знаем. Но и ты не все знаешь, друзьям Феликса, которых замочили, приходили такие же эсэмэски. Так что давай выполнять приказ Терехова. А теперь, девчонки, брысь из кухни, а то здесь будет много дыма.
– Ты только не спали кухню, – уходя, бросила Алина.
– Обижаешь. Это ты не умеешь готовить в отличие от меня, а хочешь замуж. Ты же ничего не умеешь.
– Зато я хорошая и красивая.
– Маловато для счастья, – не уступал ей Вениамин.
Фыркнув, она ушла с малышом к Насте, он, довольный собой, закатал рукава рубашки и приступил к мясу.
Павел почесывал под нижней губой…
…указательным пальцем, что выдавало растерянность, и это так, он нервно искал выход, но есть ситуации, прямо сказать, безвыходные. Никогда еще не было у него такого подавляющего ощущения от бессилия и безысходности, даже горло сдавливало удушье, только через паузу смог выговорить:
– Я что-то пропустил, неизвестные мне изменения внесли в наши правила? Я, кажется, имею право сам назначать меру…
– Мы все имеем право, – покривился Валерий Семенович, не любил он разглагольствования по поводу и без. – Принимай жизнь как она есть: некоторым плевать на наши с тобой права.
– Не понимаю – почему? Почему?
– Видимо, кто-то заинтересован закопать Феликса.
– А мы так спокойно идем на поводу у заинтересантов?
Несмотря на то что Павел позволил себе излишнюю эмоциональность, попросту вспылил, Валерий Семенович оставил без внимания его вопрос, а он несдержанных ставит на место сразу и грубо, без церемоний. Сидел патрон, подпирая кулаком щеку, второй рукой поигрывал ручными часами, лежащими на полировке стола, лишь бросая в Терехова взгляды из-под нахмуренных бровей. Валерий Семенович суровый дядька, близко к себе никого не подпускал, амикошонства тем более не позволял, а тут разоткровенничался:
– Знаешь, никто и никогда не смел мне указывать, даже в бандитские годы. Нет, время сейчас неплохое, тревожное только стало, как и на всем нашем шарике. В такие времена вылезает за своими кусками вся гнусь и нечисть, как из склепа, проверяет, где и что можно урвать. А у нас работы прибавляется. Видишь ли, Павел, надо мной тоже есть начальники, а тут такое дело… показательное, борьба с внутренними нарушителями, с коррупцией в правоохранительных органах. Слышь, как звучит?
– Угрожающе, – уныло произнес Павел. – И для того, чтобы некий высоко сидящий подлец повысил личные показатели, мы должны закопать Феликса? А почему он? Почему не Сидоров-Петров?
– Не знаю. Но думаю, что преследуются меркантильные интересы, делается по договоренности, когда интересы разных сторон совпадают.
– То есть?
– Павел, ну что за детские вопросы? Ладно, раз ты у нас не от мира сего, объясняю. Гражданину при исполнении заинтересант делает подарок в денежном эквиваленте, а размер – в зависимости от услуги.
– Вам тоже предлагают услугу оказать?
– А у меня репутация плохая, взяток не дают с давнишних времен, сволочи, – пошутил Валерий Семенович, что вообще с ним не вязалось, шутки и он – две вещи несовместные.
– И вас не пытались сместить?
– Еще как пытались, – расплылся в довольной улыбке Валерий Семенович. – Но у меня тоже есть связи.
Павел уложил локти на стол и подался к нему корпусом, заговорив доверительно и тихо:
– Так помогите Феликсу, привлеките связи.
– Сначала ты. Добудь преступников и доказательства.
– Значит, наш договор в силе? – поймал его на слове Павел.
– Судья будет Гаркуша… (По одному выражению лица патрона Павел понял, что будет туго.) Короче, требуй. Слышишь, не проси, а требуй. Открою одну тайну: она трусливая, напор для нее – сигнал, что у тебя сильная крыша. Ступай.
Получив добро на битву, Павел ехал домой в самом скверном настроении. Однако необходимо выбросить все проблемы из головы и поспать, вот только голова ничего не хотела выбрасывать, отсюда под черепом полный хаос роился. Встретила его мама:
– Опять ты поздно. Устал?
– Нет. Просто все так плохо…
– Неужели из-за Лоры расстроился? А я обрадовалась.
Раздеваясь, он мимоходом взглянул на Зою Артемовну – действительно, мрачности как не бывало, мама словно ожила, даже напевала, мурлыча под нос.
– Ма, жутко есть хочу, как у нас на этот счет?
– Отлично. Идем, сынуля, накормлю.
На кухне он сначала спросил, нет ли чего выпить наподобие водки, в кои-то веки ее сынок изъявил желание принять на грудь. Зоя Артемовна, немало изумившись, произнесла неуверенно:
– Ликер и коньяк есть, крепость гарантирую.
– Не очень уважаю коньяк, но давай. – Только когда выпил и начал закусывать, поинтересовался: – Так чему ты обрадовалась?
– А Лорика нет. Она собрала вещи и укатила.
– Неужто? – Павел не расстроился, лишь усмехнулся. – Вот зараза. Н-да… Напугал я ее, поэтому сбежала. Не следовало мне торопиться. Собрался допрос с пристрастием учинить Лорику, но откуда же я знал, что меня на работу вызовут в срочном порядке. Я – на работу, Лора – в бега.
– Ничего не понимаю… Напугал? Почему?
– Мама, история долгая, потом как-нибудь.
– Тогда я пошла спать. А, да! Послезавтра выписывают Тамару и твоих детей. Надеюсь, ты встретишь их у роддома, чтобы я не сгорела со стыда.
Не дождавшись ответа, она ушла, что касается Тамары и детей, мама непримирима и строга сверх меры. Павел положил нож и вилку, взял смартфон и позвонил, сигнал прошел, но Лора не ответила. Звонил еще пару раз, она не брала трубку, думает, сбежав, все проблемы оставит здесь. Ладно, сама напросилась, Павел решил, что выполнит все свои обещания, данные ей в порыве гнева, да, подаст в розыск. И пусть побегает по стране. Павел поел и отправился в свою комнату, разделся, но только лег, вдруг раздался звонок.
– Это я, Павлик, – сказала воркующим голосом Лора.
– Я понял. И где ты?
– Далеко, тебе не достать.
Кажется, она веселилась, а зря. В трубке Павел слышал звук мотора, значит, она ехала в автомобиле, он спросил:
– Тимоша с тобой?
– Тебя это волнует? Странно, милый. Ты проявил к нашему сыну потрясающую черствость и вдруг волнуешься о нем. Думаю, ничего полезного наш Тимочка не почерпнул бы от тебя. Так что хорошо, что ты отказался от нас.
Это уже смеху подобно, пора открывать карты. Нет, Павел не злился, не придал резкости своему тону, напротив, спокойно сказал:
– Хватит притворяться. Тимоша не мой ребенок, но и не твой, мы оба не имеем к нему отношения. Не убеждай меня в обратном, бесполезно.
– Значит, ты в курсе… – перестала ворковать Лора.
Лора явно не ожидала, что Павел раскроет ее обман, но что поделать, интеллект ниже среднего, аналитика и логическое мышление отсутствуют, вот и попадается она на мелких пакостях. Он не мог отказать себе в удовольствии, не рассказав, как ввел ее в заблуждение, воспользовавшись приемами Лоры:
– А как же, разумеется, в курсе. Анализы ДНК рассказали правду. Тебя не просветили, что установить отцовство сейчас можно не только в столице? Но я, зная, что ложь – твоя вторая натура, решил и твое материнство проверить. Оказалось… ты не мать Тимофею. Мне стало крайне любопытно: а зачем ты провернула такой экстравагантный ход? Я наблюдал за тобой.