реклама
Бургер менюБургер меню

Лариса Радченко – Две стороны одного тебя (страница 1)

18px

Две стороны одного тебя

Лариса Радченко

Иллюстратор ИИ

© Лариса Радченко, 2025

© ИИ, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0067-7349-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Две стороны одного тебя.

Историю моей жизни, а точнее сказать – жизней, можно назвать фантастической. Я расскажу ее, но только от имени своей матери. Ведь если бы не она, трудно даже представить, чем бы все закончилось.

Первое видение

Натянув капюшон на глаза, я шагала по лесу, не особо задумываясь, куда ведут ноги. Река справа, компас в рюкзаке, да и базу отдыха выискивать не нужно, стоит только повернуть назад. Но возвращаться пока не хотелось, и я медленно брела по едва заметной тропке.

Дорожка забралась вглубь леса, а потом и вовсе нырнула в заросли кустарника. Я задумалась: а стоит ли лезть в дебри? Настроение было паршивым, наверное, поэтому решила: а почему бы нет, и раздвинула ветки. Тропка предательски исчезла уже через пару метров, оставив меня один на один с гибкими прутьями, так что пришлось самой прокладывать себе дорогу. Но, надо сказать, мои старания были вознаграждены. Увидев перед собой поляну с выжженными деревьями, я тут же забыла о трудностях и с интересом огляделась. Поляна выглядела странно. Кроны деревьев выгорели полностью, но при этом огонь не тронул окружающую их растительность. Первое, что пришло на ум, – пожар вовремя потушили, но это не объясняло, почему в кругу торчащих из опавшей хвои головешек, росла почти нетронутая огнем береза.

– Ух ты! – выдохнула я, увидев тянущуюся по стволу резьбу.

Надо же было кому-то в самом сердце леса разукрашивать ствол дерева. Я подошла ближе. Понять, что изображено, из-за набившейся в глубокие борозды хвои и листвы, удалось не сразу. Подняв веточку, я освободила рисунок от мусора, а после отступила немного назад, чтобы еще раз окинуть его взглядом. Узор не имел смысла. Всего лишь завитки. Наверное, кому-то просто нечем было заняться, и он упражнялся в резьбе по дереву. Мой взгляд скользнул вниз. Да! Резчик оставил подпись. Надпись лентой обхватывала ствол, не позволяя увидеть фразу целиком, пришлось обойти дерево дважды, чтобы прочитать следующее:

«Солнце дает Луна забирает Круг замкнется Луна умрет».

Буквы сбежали вниз, и уже у самой земли уперлись в изображение разделенного пополам сердца. Чтобы посмотреть, есть ли продолжение у этих художеств, я присела на корточки и принялась отгребать мох от ствола дерева. Пальцы случайно коснулись половинки сердца, и мне вдруг показалось, будто раздался характерный стук. Невольно замерев, я прислушалась.

– Бу! – вдруг прозвучало у самого уха.

Вскрикнув, я отпрянула от дерева и ударилась головой о нависшего надо мной Лешего. Он простонал и, прижав руку к носу, выпрямился.

– Ты идиот! – закричала я, сообразив, что произошло, и скинула с головы капюшон. – Напугал до полусмерти.

– Ты мне нос разбила, – гундосил Леший, продолжая прижимать руку к лицу.

– Мало тебе, – проворчала я, – дай посмотрю.

Я протянулась к нему, но он дернул плечом и отвернулся.

– Все нормально.

– Нормально, – недовольно выдохнула я. – У тебя платок есть?

– Не знаю.

Пришлось достать свой и подсунуть ему.

– Ты следил за мной?

– Нет, просто шел следом, – зажав нос и запрокинув голову, проворчал Леший.

– Это и называется – следил! Не понимаю, тебе что, заняться нечем? Чего ты таскаешься за мной?

– Я просто шел! А вот что ты тут делаешь? Откуда ты знаешь это место? – начал он нападать.

– С чего ты взял? Я понятия не имела, что здесь, просто шла, и вот…

– Но ты шла именно сюда!

– Я просто шла! – по слогам произнесла я, а после повернулась к дереву.

– Интересно, кто это сделал? – Наконец-то из его голоса ушло недовольство.

– Да кто угодно. – Я тоже успокоилась. – Медитировал тут, дерево портил. Бумаги под рукой не оказалось, так стихи прямо на стволе писал.

– Стихи?! – Все еще прижимая платок к носу, Леший присел на корточки и прочитал вслух окончание фразы: – Луна умрет. Не похоже на любовное послание.

– А сердце там видишь? – Я наклонилась и указала пальцем.

– Да.

– Прикоснись к нему.

– Зачем?

– Ну прикоснись, – настаивала я.

Он мгновение поколебался, потом все же приложил пальцы к вырезанному на стволе сердцу.

– Ну? – Я замерла в ожидании. – Чувствуешь?

– Что? – Он посмотрел на меня.

– Ты ничего не чувствуешь?

– Нет, а что я должен чувствовать?

– Ничего, показалось, наверное. – Я выпрямилась, еще раз окинула ствол взглядом, а потом махнула рукой. – Идем.

– Куда? – Леший поднялся.

– Как куда? На базу.

– Но еще рано. – Он убрал платок от лица. – Давай к реке прогуляемся.

– С тобой? – Я поморщилась.

– Слушай, Соня, ну хватит уже меня игнорировать? Ты ведь знаешь, что нравишься мне.

– И что с того? – Я нахмурилась. – Мало только твоих чувств, нужно еще и меня спросить.

Не дожидаясь продолжения разговора, я пошла вдоль обгоревших стволов.

– Ты зря тратишь время, Дима никогда не ответит на твои чувства. – Леший последовал за мной.

– А это не твое дело, во-первых, и с чего ты взял, что я чего-то жду от Димы, во-вторых.

– Я ведь не слепой. Ты же вся меняешься, когда он оказывается рядом. Становишься такой… глупой.

Я повернулась к нему.

– Если бы я хотела знать твое мнение, то спросила.

– И все же, Соня… я бы хотел…

– Замолчи. – Я вскинула руку. – Все, если хочешь погулять, идем, но чтобы больше я не слышала о Диме и о том, что нравлюсь тебе тоже. Согласен?

– Да, – обрадовался он.

– Тогда идем, горе-ухажер.

– Не называй меня так.

– Гляди-ка, а я уж думала, мне все позволено, раз нравлюсь тебе.

– Не строй из себя стерву. Тебе это не идет.