Лариса Петровичева – Госпожа зельевар (страница 14)
Но я не собирался отдавать Деллу этому хлыщу со шрамом. В том числе, и потому, что видел – шрам остался от крепкого сабельного удара, который убил молодого полковника на месте. А потом совместными усилиями двух министерств, обороны и магии, его подняли из мертвых: если он снимет мундир и рубашку, то на спине обнаружится вытатуированная печать Соломона, возвращающая мертвое к живым.
Наверно, поэтому Делла так ежится: у нее не хватает магических сил, чтобы определить живого мертвеца рядом с собой, но она чувствует, что здесь что-то не так. Возвращенный нарушает законы природы, и Делле это не нравится.
Она смотрела на меня с печалью и мольбой, а меня разрывало на части.
– Начнем с того, что госпожа Хайсс не предмет и не вещь, чтобы брать ее и забирать куда-то, – произнес я. – Согласен с вами, Делла – феномен, и его надлежит исследовать, но не думаю, что вы обладаете полномочиями похитить девушку.
Стенли улыбнулся. Должно быть, при жизни он был балагуром и весельчаком, любителем женщин и хорошего вина, славным воякой, который не прятался за спинами своих солдат, а шел в бой – и сейчас отыгрывал себя прошлого, уже не чувствуя ни желания сражаться, ни потребности любить и дорожить.
– Вы даже не представляете, Робин, какие именно у меня полномочия, – ласково, словно разговаривая с ребенком, ответил полковник. Делла сидела, прямая, словно натянутая струнка. На ее лице, кажется, остались одни только глаза: широко распахнутые, умоляющие.
– Вам что-нибудь говорит имя Шеймуса Локсли?
– Разумеется. Его высочество Шеймус, третий сын государя. Он здесь при чем?
У меня в ящике стола лежала визитка принца: однажды он вручил ее мне и сказал, что будет рад помочь всем, чем угодно. Я берег ее, каким-то глубинным чутьем понимая, что еще не пришло время прибегать к помощи его высочества. Но теперь это время подошло.
А Стенли теперь выглядел удивленным. Возможно, он не ожидал, что у меня, ректора провинциальной академии, есть какие-то связи при дворе.
– Я написал ему сегодня утром, чтобы он приехал в академию на свадьбу лучшего друга, – сказал я. Напишу принцу вечером, и утром он действительно будет здесь: принц никогда не пропускал праздники. В голове вдруг сделалось легко и звонко, словно там была опухоль, которая неожиданно исчезла сама собой. – Да, вы можете забрать, как вы выразились, подопытную, но сомневаюсь, что вы сможете куда-то тащить мою невесту, у которой его высочество будет свидетелем на свадьбе.
Делла уставилась на меня так, словно это я тут был ходячим мертвецом, а не Стенли. Бен, который все это время тихонько сидел в углу, поднял глаза от сцепленных на колене рук и посмотрел так беспомощно и жалко, словно я надавал ему пощечин при всем честном народе. Берта же осталась совершенно невозмутимой, словно ничего другого и не ожидала.
– Кстати, платье невесты привезли, – небрежно заметила она. – Я расписалась в бумагах курьера, вы к тому времени уже ушли в Большой зал.
Делла поморгала, стараясь опомниться. Взяла себя в руки, сделалась уверенной и независимой. Да, она была невестой ректора, и горе тому, кто решит в этом усомниться. Стенли покосился в ее сторону, словно что-то прикидывал, и поинтересовался:
– А разве это соответствует правилам поведения в академии?
– Что именно? – ответил я вопросом на вопрос. – Могут ли супруги работать вместе? В исключительных обстоятельствах могут, а то, что министерство магии так и не дало мне зельевара, это как раз и есть такие обстоятельства. Одним словом, никаких противоправных отношений и злоупотреблений, если вы об этом.
Лицо Стенли сделалось тяжелым и серым – ни дать, ни взять, посмертная маска. Да, для того, чтобы сражаться с принцем, у него руки были коротки. А его высочество Шеймус имел репутацию сумасшедшего мага, который не всегда контролирует свою магию – и к нему предпочитали не лезть лишний раз. Кому захочется быть проклятым и до конца дней своих истекать гноем из бесчисленных ран?
– Но я полностью признаю ваше желание исследовать феномен моей невесты и разделяю его, – продолжал я. – Мы вместе будем его изучать и найдем способ, как отделить заклятие от носителя. Вам ведь не нужна сама Делла Хайсс? Вам нужен работающий механизм? Ну вот этим мы и займемся, отличная задача для исследователя, я полагаю. А пока давайте начнем другие дела. Вам, кажется, приказано еще обеспечивать безопасность студентов в академии, полковник?
Стенли кивнул. Должно быть, решил, что плетью обуха не перешибешь, и стоит затребовать у начальства дополнительные инструкции.
– Вот и замечательно, – ответил я и снова посмотрел на Деллу и вспомнил, как она говорила, что выйдет замуж за того, кого выберет сама. Что ж, иногда обстоятельства бывают сильнее нас. – Наш завхоз, господин Фаунс, все вам расскажет и покажет. За дело, господа, сегодня начало учебного года, забот нам хватит.
Глава 6.3
После того, как все, кроме Деллы, покинули кабинет, я вынул из ящика стола бутылку бренди – дорогого, редкого, пятикурсники в прошлом году подарили на выпускном – и, скрутив пробку, плеснул немного в стакан: надо было снять напряжение. За время дуэли с полковником я вспотел, голова гудела, кровь колотилась в ушах – я давно не чувствовал себя настолько живым.
– Робин, вы… – негромко начала Делла, испытующе глядя на меня. – Вы понимаете, что делаете?
Бренди рухнул в желудок, словно камень – я ощутил удар, и шум в ушах отступил.
– Спасаю вас, что же еще? Или вы хотите стать подопытной мышью в министерстве обороны? Уверяю вас, приятного мало.
Губы Деллы дрогнули так, словно она всеми силами старалась не расплакаться.
– И мы поженимся?
– Брак будет самым настоящим, уверяю вас. Из Пальцера приедет регистратор, выпишет документы. Роскошного торжества я вам не обещаю, но это и не главное.
Я только сейчас окончательно понял, что женюсь. Что бы там ни говорили о том, что брак это лишь печать на листе регистрации, не более, я прекрасно понимал, что жизнь меняется. Хотя бы потому, что Делла теперь будет жить не в бывших комнатах Ханибрука, а в моих. И спать нам придется в одной постели: есть шила, которые не утаишь в мешке – значит, и не надо их туда класть.
– Робин, я… – начала было Делла и замялась, словно никак не могла подобрать слова. – Это очень неожиданно. Словами не передать, как я вам благодарна. Но… почему? Мы знакомы всего несколько дней, зачем вам все это?
Я понимающе кивнул. Есть вещи, в которых нужно разбираться, и есть вопросы, которые надо задавать.
– Вы спасли меня в том лесу, – произнес я. – В какой-то мере это возможность отдать долг. Ну и плюс к тому, вы мне нравитесь.
Делла посмотрела на меня так, словно увидела в первый раз. Я допил бренди, хотел было налить еще, но передумал. Вечером праздничный банкет, будет плохо, если я успею накидаться до этого.
– Нравлюсь?
– А что вас так удивляет? Вы привлекательная интересная девушка. Сильная, смелая. Почему вы не можете нравиться?
Во взгляде Деллы скользнуло разочарование, словно она ожидала какого-то другого ответа. Хотя нет – скорее всего, она решила, что наш брак не будет просто прикрытием, и от этого ей сделалось не по себе.
– То есть, вы собираетесь… – начала она и умолкла. Теперь уже мне сделалось не по себе. Неужели я настолько урод, и лицом и душой, что у девушки вызывает ужас сама мысль о том, что со мной придется жить и разделять ложе?
Впрочем, нет. Она просто взволнована. Как и я.
– Не собираюсь, – ответил я резче, чем собирался. – Я не собираюсь посягать на вас, если вы об этом. Да, жить мы будем вместе, спать в одной кровати – не в ваших интересах, чтобы возникли какие-то подозрения. Но я к вам пальцем не притронусь, пока вы сами этого не захотите. Я порядочный человек.
Делла шмыгнула носом. Кивнула.
– Я знаю, Робин, и я вам благодарна. Просто все это очень неожиданно. Я и представить не могла, что вы…
Я усмехнулся.
– Что? Договаривайте.
– Такой авантюрист, – Делла посмотрела мне в глаза и улыбнулась. – Это ведь во многом авантюра, согласитесь.
Я улыбнулся в ответ. Мог бы я представить несколько дней назад, что возьму в жены девушку, которая так неожиданно решила сбежать из дома, прятала вещи в избушке лесника и спасла меня от неминуемой смерти? А вот ведь – женюсь. Стану наконец-то по-настоящему солидным человеком с семьей.
– Даже не собираюсь спорить. Зайдите сейчас к Берте, она что-то говорила про платье.
Делла встревоженно поднялась с дивана. Интересно, как бы она выглядела, если бы выходила замуж по любви? Впрочем, это мало кому доступно. Практически все браки в королевстве договорные, по старинному принципу “стерпится – слюбится”.
– Спасибо еще раз, Робин, – сказала она. – Знаете, я… Я сделаю так, что вы не пожалеете о своем решении.
– Никогда не пожалею, – уверенно ответил я. Делла открыла дверь, и из приемной послышалось самое натуральное шипение. Едва не сбив мою невесту с ног, в кабинет влетела Линда, и я понял, что самое страшное на свете не промертвия и песьеглавцы – самое страшное на свете это разочарованная женщина на пике своего разочарования.
– Негодяй! – выдохнула она мне в лицо. – Как ты посмел? Воспользовался мной, а теперь женишься на этой зельеварше!
– Поспокойнее, госпожа Сноу! – осадил я. Линда почти рухнула в кресло, закрыв лицо ладонью и всем видом изображая отчаяние поруганной добродетели. – Когда это я вами пользовался?