Лариса Петровичева – Филин с железным крылом (страница 7)

Она сама не поняла, как все изменилось. Вроде бы только что она смотрела на статую, и вот кусты и цветы, дома, пирамида, далекий шум города отступили и стерлись. Антия смотрела на угрюмый темный сад, заросший колючими кустами. Плиты дорожки давным-давно никто не подметал, статуи покрывали языки мха. По земле тянулись ленты тумана.

Антия ахнула – она узнала одну из статуй. Эта девушка, Юнна, жила на соседней улице и спустилась во тьму под пирамидой в прошлом году. Она продавала овощи с лотка, и, когда ее избрали, Антия с облегчением подумала: не меня, на этот раз они заберут не меня.

Это кладбище?

Антия вдруг поняла, что уже не одна. Ардион неторопливо брел по дорожке, черное одеяние струилось за ним туманными крыльями, темные волосы были стянуты красным шнурком. Антия слышала, как в тумане падают капли, и умоляла, сама не зная кого: пусть он не заметит меня. Пусть он не почувствует.

В тот же миг Ардион обернулся и посмотрел Антии в глаза.

Она застыла. Ужас, охвативший ее, был настолько леденящим и глубоким, что Антия перестала дышать. Кажется, сердце остановилось, покрываясь изморозью. Ардион смотрел так, словно ему загадали загадку и он должен был найти ответ. Антия хотела поднять руки, закрыться от его взгляда – и не могла.

Ардион улыбнулся. Антии показалось, что она падает – далеко, глубоко, во тьму, к червям, крысиным ходам, корням деревьев.

– Как это грустно, – негромко произнес Ардион и, протянув руку, скользнул кончиками пальцев по ее щеке.

Антия закричала – прикосновение прожгло щеку до кости. Она опомнилась, увидела, что лежит на траве под розовыми кустами и пытается отбиться от кого-то невидимого. Щеку до сих пор пекло, и Антия не могла перестать кричать.

Где-то в стороне белой стайкой столпились перепуганные девушки, но Антия видела только темный сад, туман и черный силуэт Ардиона.

Он ее видел. Он ее ждал и знал, что она придет.

Кто-то подхватил Антию на руки, быстро понес к распахнутым дверям в приют святых. Она не сразу поняла, что это был Лефер. Он почти бегом прошел через зал, слуги торопливо открыли перед ним дверь в комнату, и осторожно опустил Антию на кровать.

– Что с ней? – незнакомый голос дрожал от испуга. – Припадок?

– Уйдите, – коротко приказал Лефер, расстегивая тяжелую серебряную брошь, скреплявшую ворот мантии. Когда ледяной алый шелк укутал Антию, она наконец-то смогла успокоиться. Видение словно отрезало от нее.

Все исчезло. Была лишь комната, далекие голоса в саду, легкий ветерок, что играл с занавеской. Лефер устало провел ладонью по шее, поправил воротник тонкой рубашки и, сев на край кровати, спросил:

– Прошло?

Антия дотронулась до лица, боясь наткнуться на свежую рану, но нет, кожа была чистой и гладкой.

– Прошло, – прошептала она. – Но он меня увидел.

Лефер скривился так, словно хотел выругаться и вовремя проглотил слова.

– Он видит все и всех. Такова его участь. Когда Солнечный Кормчий сбрасывает демонов с неба, владыка Ардион встречает их своей магией.

Антия подумала, что уже устала удивляться. Она села на кровати, натянув на себя мантию Лефера, и спросила:

– Вы и об этом знаете?

Лефер усмехнулся. Сцепил тонкие холеные пальцы на остром колене, оценивающе посмотрел на Антию.

– А как вы думаете? Жрецы Ауйле хранят пирамиду с начала времен. Неужели мы не знаем тех, кто смотрит на нас с другой стороны мира?

Ощущение было таким, словно Антию крепко ударили в лицо. Несколько лет назад, когда они с дядей Бринненом жили в трущобах на окраине, она дралась с мальчишками, и один из них однажды треснул ее в лоб. Впечатления были такими же.

– И что делать? – спросила Антия и услышала шум из сада. В тот же миг занавеска скользнула в сторону, и в комнату влетел уже знакомый филин с железным крылом.

Верн! Антии невольно стало легче. Филин приземлился на ковер, вздыбил перья, и его окутало серебристое сияние. Когда оно растаяло, Верн поднялся и, стряхивая с колен пылинки, сказал:

– У нас проблемы, как я вижу.

Антия невольно отметила это «у нас». Лефер кивнул.

– Владыка Ардион. У него есть связь с нашей избранницей, но я не понимаю ее природу.

Верн усмехнулся. Потер мочку уха.

– Такого раньше не было. Что ты видела?

Антия поежилась. Ощущение чужого взгляда вернулось и тотчас же ушло.

– Какой-то заросший сад со статуями, – ответила она. – И владыку Ардиона, он шел там, а потом увидел меня.

Верн хмыкнул.

– Да, есть у него такой чудесный садик. Когда понадобится, эти прекрасные девы оживут и выполнят его волю.

– Значит, мне не показалось, – сказала Антия. – Одна из них была похожа на Юнну, мою соседку. Ее забрали в прошлом году.

Она замолчала, нервным движением запустила руку в волосы. То есть избранные девушки не погибают? Ардион превращает их в каменные статуи, которые выполняют его приказы?

– Мы должны договориться, – напомнил Лефер. – Если ее высочество откажется, то у меня нет никакого интереса что-то делать.

Улыбка Верна была понимающей. Ему нужна была маленькая белая мышь. Что понадобится Леферу?

– Хорошо, – кивнула Антия, кутаясь в плащ жреца так, словно он был ее единственной защитой. – Что вы можете дать мне и что попросите взамен?

– Какая серьезная девушка, – заметил Лефер, посмотрев на Верна. – Мне нравится ее подход. Вы начнете спуск последней, ваше высочество. Это очень вам поможет, когда он закончится. Я расскажу вам, где тайник, – а там будет нормальная одежда, а не эти тряпочки. И оружие.

Так. Одежда и оружие – это уже хорошо. Такой поворот Антии понравился. Когда-то отец говорил, что во всем надо искать выгоду – что ж, сейчас эта мысль помогала ей не кричать от страха.

Антия до сих пор чувствовала пальцы Ардиона на своей щеке. В этом прикосновении было что-то от хозяйки, выбирающей мясо на рынке, и что-то еще, темное и глубокое, чего она пока не могла опознать. И от этого было жутко, так же как в туннеле, через который Бриннен выводил Антию из дворца.

– Спасибо, – кивнула Антия. – Что с меня причитается за вашу доброту?

Лефер сразу же сделался собранным и жестким. От него даже холодом повеяло.

– Свиток Ауйле, подлинное слово создателя мира, – ответил он. – Он хранился в пирамиде, и одна из избранных девушек похитила его несколько веков назад. Сейчас он внизу. Вернете мне свиток – и все жрецы Таллерии станут вашими лучшими друзьями и поддержат всегда и во всем, когда вы начнете править. Вас, конечно, благословит само Небо, когда вернетесь, все склонятся перед вами и дадут все, что вы только попросите… – Лефер сделал паузу и добавил: – Но вам понадобятся верные друзья, даже не сомневайтесь.

– Друзья, чью верность я куплю, – Антия не удержалась от шпильки. Лефер кивнул.

– Разумеется. Так всегда бывает, только цена разная. Согласитесь, это правильно – заплатить тому, кто удержит Эвионову руку с ядом или кинжалом. Он ведь не захочет уступить трон даже святой избраннице Неба и будет искать способы избавиться от нее. А мы удержим его величество, и править вы будете долго, а жить счастливо.

У Антии заныли виски. Хотелось лечь, спрятать голову под подушку и заснуть – чтобы проснуться в их с дядей Бринненом домишке, сварить кофе и отправиться на очередное задание Джаккена.

Вот бы все стало по-прежнему! Но Антия понимала, что этого уже не случится, и озноб становился все сильнее.

– Ему можно верить, – хмуро сказал Верн, который, видно, оценил молчание Антии по-своему. Она кивнула.

– Да, конечно. Свиток и маленькая белая мышь. По рукам.

Лефер посмотрел на Верна, вопросительно подняв бровь.

– Мышь?

Верн улыбнулся.

– Я же филин, ты забыл? Что еще я могу попросить?

Лефер понимающе кивнул.

– Что ж, я рад, что мы договорились. Попробуйте отдохнуть, ваше высочество. У вас впереди трудные дни.

Антия нисколько в этом не сомневалась.

Когда жрец и оборотень вышли на свежий воздух, Лефер негромко признался:

– Я не понимаю, что происходит.

Верн почесал кончик носа. Правый глаз под повязкой начало жечь.

– Ты ждешь, что я дам тебе ответ? – усмехнулся он. – Я и сам не знаю. Прежде ни у одного из нас не было связи с теми, кто живет в вашем мире.

Мужчины помолчали. Кажется, Лефер решил, что Верн что-то недоговаривает.