Лариса Назарова – Лучшие страшные истории для детей (страница 5)

– Всё будет хорошо.

– Ай, – пискнула девочка. Она почувствовала, что из её головы выдрали волосину.

«Кольцо консультанта зацепилось», – подумала она и глянула на девушку. Та как-то странно улыбалась. Одними только губами. И всё не отрывала взгляда от девочки. «Нарочно она, что ли? Чего так смотрит? И улыбка такая подозрительная…» У девочки даже холод по коже пробежал. И она отвернулась.

А когда домой заходила, всё вздыхала.

– Что с тобой? – Мама потрогала лоб девочки. – Ты не заболела?

Девочка только головой мотнула.

«Ну почему мне так не везёт? – думала она. – Почему я в тесноте должна жить, когда у других есть своё пространство? Свой стол. Свой шкаф. Только их. Ведь так и должно быть. У всех. Почему же у меня не так?» Мысли всё крутились и крутились в её голове. Весь день и весь вечер. И ночью ещё девочка ворочалась во сне, всхлипывала. Мама даже вставала температуру у неё мерить. Но на градуснике было 36,6.

А утром девочка исчезла. Не оказалось её ни в кровати, ни в комнате, ни на кухне.

Мама обзвонила всех подруг, но и у них девочки не было.

Родители подождали до обеда и полицию вызвали. Искала-искала полиция, но и она девочку не нашла.

Родители и сами по городу ходили, фотографию пропавшей прохожим показывали, спрашивали, не видел ли кто сегодня их дочку. И все им отвечали, что нет. Так и не нашли эту девочку.

Родители её очень грустили, а мама даже хотела ту кошку, которая девочке понравилась, из зоомагазина домой забрать. Пускай даже вместе с котёнком – в память о дочке. И пошла туда. Встала у дверей магазина, а внутри люди в строгих костюмах, шум – проверка какая-то приехала. Решила мама девочки подождать, пока все выйдут. Встала в сторонке и случайно услышала разговор: зоомагазину вручили диплом за чистоту и творческий подход к содержанию животных. А особенно отметили комнатку ярко-рыжего котёнка. Совсем маленькую, но зато оклеенную розовыми обоями с единорогами. И обставленную геранями.

– Ох, – вздохнула мама. – Таких условий у нас дома, конечно, не будет.

Развернулась и пошла обратно…

История седьмая

Агата опустилась на стул рядом с Диминой койкой.

– Ой-ой, – сказала она. – Может, и правда ничего, что квартира у нас однокомнатная. Главное, что я с родными живу.

– Конечно! – Дима хлопнул её по плечу. – Я тоже так думаю. Важно, что и у тебя, и у меня есть семья и нас любят. – Он наклонился к тумбочке, выдвинул ящик и достал из него продолговатый полупрозрачный камешек.

– Я вот, смотри, что маме приготовил, – Дима положил камешек на ладонь и протянул Агате. – Потрогай, какой гладкий.

Но девочка отшатнулась.

– Это не янтарь?

– Да кто его знает. Но красивый, скажи?

– Красивый-то красивый… – Агата отодвинулась дальше вместе со стулом.

– Не понял, – нахмурился Дима. – Ты что-то знаешь? Что-то страшное?

– Жуткое, – ответила Агата. – Хочешь, расскажу?

– Конечно! – закричал Дима и зажал себе рот: как бы никто не услышал.

– Только сначала убери камень обратно, – попросила Агата. И когда Дима задвинул ящик, прошептала: – Слушай.

Заброшенный санаторий

Один мальчик приехал с папой и мамой в Калининградскую область, на Балтику. У мальчика были каникулы, а у его родителей – отпуск. Поселились все в санатории на берегу моря.

А мальчик перед поездкой много читал в интернете о Балтийском море и знал, что на его берегу, если повезёт, можно найти янтарь. Это не драгоценный камень, а застывшая давным-давно смола. И в некоторых кусочках янтаря могут быть когда-то увязшие в смоле насекомые. Представить только! Те, которые жили десятки миллионов лет назад.

И конечно же, первым делом мальчик пошёл вдоль кромки воды искать янтарь.

Ходил-ходил, но видел только песок и камни. Да ещё разбитые ракушки. Целую неделю так ходил мальчик – никакого янтаря не находил.

Однажды ранним утром он, как обычно, брёл по берегу, как вдруг волна с шумом хлынула ему под ноги. Когда она откатилась, мальчик увидел на песке блестящий жёлтый камешек. Янтарь! И не простой, а с жучком внутри. Головастым и с усиками.

– Ура! – закричал мальчик. Поднял камешек и побежал его всем показывать. Родителям, друзьям, работникам столовой – всем в санатории.

– Ух ты! Вот это да! Как тебе повезло! – слышал он. И очень гордился своей находкой. Особенно тем, что в его камешке был жучок. Как живой – с бронзовыми надкрыльями, чёрной головкой с маленькими усами, похожими на ёршики, и сердитыми выпуклыми глазами.

Но через два дня мальчик случайно поскользнулся на лестнице и упал. Приземлился как назло на камешек, который лежал в заднем кармане шорт.

«Кр-р-рых», – раздался противный хруст. Неужели камешек раскололся? Мальчик полез в карман и достал дорогую находку. На янтаре была длинная, неровная трещина.

– О-о-о, – простонал мальчик и присмотрелся, не дошла ли трещина до жучка. И горько вздохнул: – Эх! Усик наружу торчит.

Стал мальчик этот усик рассматривать: чёрный, матовый. То ли с острыми ворсинками, а то ли с шипами. Поднёс он палец к усику и дотронулся.

– Уф-ф! – сжал тут же зубы.

Укололся об усик, будто о колючку кактуса. Облизнул палец, чтобы не так сильно болел, и подумал: «Выбросить, что ли, этот камень? С этим дурацким жуком». И уже присмотрел кусты, в которые его кинуть, но передумал. «Приеду домой – найду в городе учёных и отнесу им. Пусть изучают. А о том, что усик колючий, предупрежу». Принёс камень в свой номер и в мамину шкатулку положил – чтобы не потерялся.

А на следующий день у мальчика кожа как будто пожелтела. И у его мамы тоже. И у папы. «Странно как-то на нас загар ложится», – подумал мальчик. А когда из номера вышел, то увидел, что другие отдыхающие санатория тоже пожелтели.

«Желтуха у нас, не иначе, – говорили. – Но странная какая-то, без температуры».

Пошли все к доктору.

Долго доктор каждого осматривал и расспрашивал, а потом сказал, что желтухи ни у кого нет. А желтизна – это проявление какой-то ещё не известной науке болезни. Стал он за отдыхающими наблюдать: вдруг кому хуже станет.

А кожа у всех вдобавок к желтизне ещё и грубеть стала. Жёстче и жёстче с каждым днём становилась.

Испугались отдыхающие. Хотели из санатория как можно быстрее уехать. Да только обнаружили, что его территория колючей проволокой обнесена. И военные в специальных защитных костюмах её охраняют. И с суши, и с моря. Не выпускают никого.

И интернет всем отключили. Чтобы никто ни фото, ни видео отправить не смог. Отдыхающие только звонили родственникам, на желтизну и огрубение кожи жаловались. А потом на что-то вроде артрита: суставы у них болели, и тяжело было даже руку или ногу поднять.

А где-то месяц спустя и вовсе на связь перестали выходить. Потому что двигаться уже совсем не могли.

Так и окаменели они. Не выпустили никого из санатория.

А территория эта до сих пор под строгой охраной находится. Если туристы спрашивают, что там, им отвечают: «Заброшенный санаторий». Только вот сказать, где он точно, – невозможно. Потому что на целых сто километров от этой заброшки мощные глушители интернета стоят. А сам объект засекретили и со всех карт убрали. И с электронных тоже…

История восьмая

Наступила тишина.

– Ух, представляю, – сказал наконец Дима и тряхнул плечами. – Стоит где-то заброшенный санаторий, а в нём полно камней с человеческий рост.

– И каждый – янтарь! – добавила Агата. – Да туда экскурсии водить можно было бы. Хотя интереснее, если бы камни были разными. Малахит, например, сапфир, бирюза, лунный камень…

Дима поперхнулся и закашлялся.

– Постучи. – Он встал и повернулся к Агате спиной. – Да-да, вот так. Посильнее.

Мальчик сделал пару глубоких вдохов и выдохов.

– Прошло.

– Ты что-то вспомнил? – полюбопытствовала Агата.

– Страшилку, – понизив голос, ответил Дима. – Про лунный камень.

Лунный камень

Одна девочка приехала на летние каникулы к бабушке в деревню. И всё бы хорошо: свежий воздух, парное молоко, сладкая малина. Но только ни одной подружки! В соседних домах одни лишь мальчишки жили и девочку в свою компанию не принимали. Поиграть ей совсем не с кем было.

Так прошла неделя, вторая. Совсем заскучала девочка. «Они там без меня и по деревьям лазят, и на рыбалку ходят! – рассердилась она. – Считают, что ли, что я недостаточно смелая?» Девочка подошла к мальчишкам.

– Возьмите меня с вами играть, а то мне одной скучно!