Лариса Киселева – Инициация Млессии (страница 8)

Ночевали прямо на сундуках со свитками, и как не пытались подстилать под бока солому, все равно спасть было жестко и неудобно, потому что сундуки были разной высоты. В одной из деревень к ним присоединился молодой паренек, совсем еще мальчишка. Ехал в город за лучшей долей, собирался наняться в подмастерье к кузнецу, у него были навыки в этом деле. Мечтал о собственной кузнеце и большом доме, чем с попутчиками и поделился во время долгой дороги. В повозке стало еще теснее, но зато немного веселее. Макар научил их местным песням, да и вообще болтал без умолку, позволяя им узнавать побольше об окружающем мире.

Наконец они прибыли. Впереди ожидал город Дым. Свое название город получил благодаря туманам, которые каждое утро окутывали город, словно в дымка. Местность была богата на пруды, озера и болота. Примерно за километр от городских ворот почтовый извозчик высадил пассажиров. Предстояло самим миновать стражу. Город окружала высоченная стена из белого камня, вход – большая дубовая дверь, которую охраняли четыре здоровенных парня. Хол и Млессия встали в очередь. Макара они вперед пропустили, чтобы понаблюдать за его действиями. Как же правильно проходить в город.

Опять все разнилось с их представлениями о посещении города. Стены вокруг поселения были в новинку. Никогда раньше такого они не видели. Да и деревни, которые они проехали, тоже не ставили себе стен. Помимо этого, чтобы пройти в город, нужно было заплатить за вход аж по два голубых камушка за каждого. А если так, то надежда на обед, хоть какой-то обед сразу стала призрачной дымкой и растаяла, забирая одним разом все их сбережения. Выбирать не приходилось, только так можно было попасть в город, и только попав в него, можно было найти работу. хоть какую-нибудь. Хол мрачнел все больше, слушая разговоры окружающих, а Млессии хотелось просто опуститься на землю и неподвижно сидеть. Но очередь двигалась, и пришел их черед.

Хол отдал стражнику документы и четыре голубых камушка.

– А почему у вас фамилии одинаковые? – задал им вопрос стражник.

– Мы муж и жена, ответил Хол.

– Ха-ха, – ржал стражнику запрокинув голову, – кузены значит.

– Какие кузены? – не поняла Млессия.

– Блаженная что ли? – удивился охранник, – Двоюродные брат и сестра, которым родственники жениться запретили. Вот и сбежали вместе.

– Что? – теперь уже она совсем ничего не понимала.

– Это вроде законом не запрещено, – вдруг вмешался подошедший к ним Макар.

– Не запрещено, потому и пропущу, – ухмыльнулся стражник, остальные из охраны ворот просто стояли и лениво поглядывали на окружающих.

Их троица уже отдалялась от ворот в глубь города, как Млессию окликнул один из охранников.

– Эй, леди Финагорская! Подожди!

– Лучше подойди, – прошептал ей на ухо Макар.

Млессия на деревянных ногах двинулась обратно. Один из стражников не спеша отделился от группы и наклонился к ней. Рост у него был впечатляющий, и зашептал:

– Приходи сегодня после смены, скажи, что к Олежию пришла. Тебя пропустят. Заработаешь пять голубых.

– А что делать надо? – удивилась она.

– Что с мужем названным делаешь? Только со мной! – и захохотал.

Млессия внезапно поняла, что предлагает ей этот детина. Ее сразу бросило в краску, потом она побледнела и стала медленно оседать на землю. Здоровенный стражник тут же схватил ее своими лапищами, а в это время к ней подскочили Хол и Макар.

– Мы отведем ее на постоялый двор. Спасибо за помощь, – Макар как-то легко спровадил стражника. И в компании двух мужчин Млессия наконец-то исчезла из поля зрения стражников.

– Что он сказал тебе? – спросил Хол.

– Вы, ребята, словно с Луны свалились, – Макар разглядывал их как диковинных животных.

– Примерно так и было, – ответил Хол и тут же получил тычек в бок от жены. Им запрещено было рассказывать, что они из другого мира.

– Мы из далека, – выправила ситуацию Млессия, – мы же тебе рассказывали.

– Да помню я про поселок за Таинственным лесом. Оттуда действительно редко кто является. Но неужели все настолько по-другому, чем у нас? Кто такие кузены, не знаете в обморок от непристойных предложений чуть не падаете.

– Он предложил тебе что-то непристойное? – удивился Хол.

Макар опять закатил глаза.

– В городе в первый раз что ли? – спросил он.

– Да, – хором ответили они.

– Нормальное это предложение, – продолжил Макар. – Некоторые дамочки так и зарабатывают. Но нужно очень хорошо выглядеть. Стражники кого попало не зовут.

Тут уже смешно стало Млессии. Грязная, с соломой в волосах, с чернотой под ногтями и осунувшимся от недоедания лицом, она вдруг стала желанной дамочкой для стражника. Не удержавшись, Млессия стала хохотать.

– Тебе предложение, что ли, понравилось? – подозрительно спросил Хол.

– Нет, конечно, – Млессия замахала руками, – но вкус у них не очень.

Тут уже все трое рассмеялись.

– Пожалуй, я не смогу вас оставить, – сказал Макар, – а то вы в какую-нибудь историю влипнете без меня.

– Спасибо тебе, Макар! – с чувством поблагодарила Млессия.

– Будем вместе держаться. У меня здесь тетка живет, может и примет нас на одну ночь всех. А дальше разберемся.

– У нас голубых камушков больше нет, – призналась Млессия, – за постой нечем заплатить. Но мы будем работать.

Макар только затылок почесал.

– Может, камни есть драгоценные? – поинтересовался он, – можем их продать.

– Все бабке отдал, – ответил Хол.

– Какой бабке?

– Да встретилась тут нам одна, волки ее раздери, – совсем по местному ругнулся он.

– Ясно, – Макар уже, видно, и не рад был их нищей компании. Но повел к тетке. Видимо жаль стало все-таки.

Идти пришлось долго. Тетка Макара жила на другом конце города, но зато они получили временную передышку и хоть какую-то крышу над головой. Тетку звали Матильда, и это была цветущая молодая женщина. Вышла она замуж за городского, да не рада была этому. Места здесь мало, домишко узенький, земли нет и посадить огород негде. Приходится прачкой подрабатывать. А муженек в подмастерьях у кожевника уже пять лет. Уговаривает его вернуться в деревню, да он ни в какую. Так и живут, троих детей нажили. Всю эту информацию Матильда вывалила на них в первые полчаса. Потом накормила их похлебкой и отправила мыться. В маленько комнатушке над головой в огромный чан собиралась дождевая вода. Ей предлагалось ополоснуться. Вода была холодной и стекала только тоненькой струйкой, если немного веревкой, свисавшей с потолка, подвигать. Вот и весь комфорт. Но Млессия была рада такому повороту событий после двухнедельного путешествия в почтовой повозке.

После мытья она очень надеялась на то, что ей и Холу покажут спальное место, и они смогут отдохнуть. Но Матильда была другого мнения:

– Идем в таверну, там повариха как раз помощницу ищет. И тебе работу найдем, – повернулась она к Холу.

– А может завтра? – спросил он. А Млессия испытала неловкость за его слабость, хотя и сама готова была с ног валиться.

– Каждый день проживания вас двоих у меня вам будет пять голубых камушков стоить. А Макар сказал, что у вас ничего нет при себе. Как думаете расплачиваться?

– Мы готовы, – ответила за двоих Млессия.

Таверна называется «Голодные волки». Хозяин там строгий, но справедливый. Его зовут Мишик. Здесь не далеко.

До таверны шли еще минут двадцать. Матильда о чем-то переговорила с хозяином, круглым словно бочка, низеньким мужичком, скорее даже дедушкой. И вот уже Млессия с Холом устроены на работу. Хола на конюшню определили, а Млессию – на кухню. Ранним утром уже надо на месте быть с первыми петухами. Платить им будут три голубых камушка за работу Млессии и два Холу. Еще их будут кормить обедом. На том и порешили. А когда возвращались, Хол поинтересовался:

– Получается, что все, что мы заработаем, будем сразу вам отдавать?

– Получается так, – не мало не смущаясь отвечала Матильда.

– Зачем тогда все в город едут? – удивился он.

– И правда, с Луны свалились. Макар меня предупреждал, – пробормотала хозяйка их нового жилища, а потом стала терпеливо объяснять:

– На конюшне подработать можно. Может кто из гостей попросит его лошадь почистить. За это деньги хозяину идут, но иногда постояльцы что-то и конюху оставляют: лепешку или даже камушек голубой.

– Лепешку лошадиного навоза или хлебную? – уточнил Хол.

Матильда заливисто засмеялась, а Млессия насторожилась. Как-то уж очень заинтересованно поглядывала на Хола эта городская жительница. И общались они с ним так, словно Млессии здесь и не было. Вот и решила она о себе немного напомнить:

– А на кухне как можно подработать?

– А никак, – и глядя на ошарашенное лицо Млессии, снова рассмеялась, – но зато там поесть можно вдоволь, вот Вероника как растолстела.

Потом выяснилось, что она про главную повариху так сказала.

С этого вечера жизнь их потекла снова в ускоренном темпе. Целый день они проводили на работе, а вечером было у них личных пару часов, не больше. Нужно было за это время и в порядок себя привести, и вещи постирать, и уборку какую-никакую у себя в комнате сделать. Выходной был положен один в месяц и все. Дни пролетали. Накоплений почти не было никаких, все уходило на жилье и питание. В конце месяца давали на пару камушков больше. На эти деньги спустя пару месяцев Млессия купила себе новое платье и немного нижнего белья. На этом все. Девушка скучала по своей прошлой работе. Это ощущение было для нее неожиданным. Не то чтобы она тяготилась этим раньше и мечтала и вовсе не работать. Просто она мечтала о том, что в новом месте их жизнь пойдет совсем по другому пути. Млессия и представить не могла, что в новом мире обрести свой дом так сложно, что она никак не сможет применить здесь свои знания и умения. В этом мире науки еще только развивались. Тем не менее, она смогла придумать, как немного использовать свои знания на кухне. Хорошо зная химию, Млессия экспериментировала с сочетаниями различных трав и продуктов, выдумывая все новые и новые блюда. Постояльцы оценивали ее старания, полностью выкупая все приготовленное. Старшая повариха Вероника поглядывала на нее немного с завистью, но хозяину о ее успехах рассказала честно. Подсчитывая увеличившуюся прибыль, он добавил Млессии к зарплате несколько камушков, а рабочее время уменьшил. Теперь она проводила больше времени за тем, чтобы придумывать новые блюда. Ей уже не нужно было готовить, а только распоряжаться, что и как делать, куда что добавлять и сколько времени отводить на приготовление того или иного блюда. Вероника все равно осталась главной поварихой, а Млессия стала при ней управляющей на кухне.