Лариса Джейкман – Угол падения (страница 5)
– А вы думали, я ненормальная, да? Решили, что я от горя рассудок потеряла и клевещу на уважаемого Илью Петровича? Нет, я просто бессильна в данной ситуации, так как не знаю, с чего начать и к кому обратиться.
Галина Ивановна закрыла свой журнал, отодвинула его в сторону и внимательно посмотрела на сидящую перед ней девушку. Та вдруг показалась ей очень взрослой, серьезной и действительно озабоченной, причем озабоченной давно. Печать неразрешимых проблем отражалась в ее колючем, совсем не девичьем взгляде, губы были сомкнуты, и две резкие складки пролегли от губ к носу. Волосы были забраны в пучок на затылке, и весь ее облик не соответствовал ни возрасту, ни статусу юной школьницы.
– Скажи, Майя, ты давно носишь такую прическу? – вдруг спросила Колпакова.
– С тех пор, как мамы не стало, я не очень слежу за собой. И пока я не добьюсь правды, мне все равно, как я выгляжу.
– А зачем она тебе, эта правда? Ты что, так жестоко ненавидишь своего отца, что готова испортить ему жизнь по всем статьям? Тебе станет легче, если он окажется в тюрьме?
– Нет, не легче. Даже тяжелее, наверное, но вы ведь ничего не знаете, вас не было там, когда он…
Майя не договорила, она вдруг закрыла руками лицо и заплакала. Галина Ивановна поднялась со своего места, подошла к девушке и приобняла ее.
– Послушай, девочка. Я знаю твоего отца очень давно, мы были друзьями еще со школы. Илья очень порядочный человек, настоящий мужчина. Его всегда и везде любили и уважали. Причем все, и учителя, и друзья-приятели. Есть вещи, которые нельзя сбрасывать со счетов никогда. Такой человек, как Илья, не может принести вред другому, тем более, любимому человеку.
Майя достала из кармана платок, вытерла слезы и повторила свои слова:
– Вас там не было. Поэтому вы и не знаете, что этот уважаемый вами мужчина убийца.
– Хорошо, допустим. Тогда почему же этого не обнаружили те, кто разбирался с последствиями катастрофы? Ведь в принципе факт убийства установить довольно легко. Я уверена, что тело твоей мамы было тщательно обследовано. Были найдены следы насильственной смерти?
– Скорее всего, да. Но доказать это было невозможно, и разбираться не стали. А я видела, я знаю, как он убил.
Колпакова не поддавалась на настойчивые заверения пациентки. Или делала вид, что не поддается. Она налила в стакан воды, накапала капель и протянула Майе.
– На, выпей. Не нужно здесь рыдать и давать волю своим чувствам. Я думаю, тебе нужно все выбросить из головы. Если готова, я могу тебе помочь. Очень скоро ты снова почувствуешь себя хорошо, тяжелые мысли перестанут терзать тебя, и ты успокоишься. Более того, поймешь, что твой отец не виноват, это заблуждение в состоянии шока от потери близкого тебе человека.
– А если это не так? Ваши сеансы не помогут мне? – спросила Майя осторожно.
– Если мои сеансы тебе не помогут, тогда придется лечиться, моя дорогая. Но я не думаю, что все так уж запущено. У тебя депрессия, психологический надлом, но это не смертельно, поверь мне. Есть масса легких и доступных способов избавить тебя от этого состояния, вывести тебя из него. Я как раз специалист в этой области.
Майя вдруг тяжело поднялась со стула, уперлась одной рукой в край стола и заявила:
– Есть масса доступных способов заткнуть неугодному человеку рот. Я поняла, что вы с отцом в сговоре. Извините, мне пора.
Она так стремительно вышла из кабинета Колпаковой, что та даже не успела что-либо предпринять.
– Занятная девица, – тихо проговорила она и подошла к телефону.
Немного подумав, она по памяти набрала номер и стала ждать. Наконец ей ответили.
– Алло, Сережа? Как хорошо, что я тебя поймала. Послушай, мне надо с тобой срочно переговорить. Сможем встретиться сегодня вечером в «Ладье и Слоне»?
Мужчина согласился, и Галина задумалась, положив трубку на рычаг. Итак, что она имеет? Подозрение в убийстве, совершение которого практически невозможно доказать. Есть несовершеннолетний свидетель, которая является так же дочерью погибшей и по разным неизвестным причинам может клеветать на отца. И все же тут попахивает чем-то. Если Сергей захочет, он размотает этот клубок, а там уж видно будет, какую выгоду из всего этого можно будет извлечь.
Галина Колпакова так увлеклась этой идеей, что не смогла с полной отдачей доработать свое приемное время. Она ушла пораньше, прошлась по улице, зашла в кафе, выпила кофе. И все думала, размышляла, соображала. Ее недавняя встреча с Ильей Сафроновым всколыхнула в ней бурю чувств. Галина вдруг отчетливо поняла, что когда-то она по-настоящему любила его, боготворила даже. А он тогда предал и бросил ее, променял на эту Марию. Но бог ведь все видит, и вот теперь настал ее час. Теперь она своего не упустит.
Галина еще долго размышляла над тем, по какому пути пойти: утопить Илью и таким образом отомстить ему за предательство, или наоборот помочь ему и попытаться вернуть его себе. Второй путь казался ей более заманчивым и интересным, но где гарантии? Во-первых, сможет ли она вернуть Илью, вернее, захочет ли он? А во-вторых, зачем ей это нужно? Она замужем, муж известный в городе гинеколог, у него своя частная практика. Живут они на широкую ногу, ни в чем себе не отказывают, вырастили сына. И что теперь? Заводить любовника или разводиться с мужем ради сомнительного счастья с Ильей Сафроновым?
5
Галина разволновалась не на шутку. Она отставила в сторону недопитую, третью по счету чашку кофе и вышла из кафе. До встречи с Сергеем Масловым, юристом и другом их семьи оставалось не более получаса. Пивной бар «Ладья и Слон» пользовался в их городе хорошей репутацией. Туда не заглядывала разнузданная молодежь или любители подвыпить. Там было довольно дороговато, но зато красиво и по-светски, на западный манер.
Сергей сидел за столиком и поглядывал на дверь. Галина вошла легкой пружинистой походкой, красиво прошла через весь зал, подойдя к Сергею, чмокнула его в щеку и уселась напротив.
– Здравствуй, Галочка-скакалочка. Что тебя заставило раскошелить меня? Три доллара за кружку пива! В киоске на углу можно ящик на эти деньги купить. Рассказывай давай.
Сергей был неисправимым циником, и на него уже никто давно не обижался, знакомые к его шуткам подобного рода привыкли и пропускали их мимо ушей. Но все знали, что Сергей может дать любой совет по любому, даже самому щекотливому вопросу, и помочь найти выход из самой тупиковой, самой нестандартной ситуации.
Галина с рассказом не торопилась. Она тоже заказала себе пива, вяленой оленины и орешков.
– Ну орешки ладно, а оленину зачем? Ты уверена, что этот олень не гавкал на прохожих в темных переулках до того, как его убили и засолили? – спросил Сергей, бесцеремонно заглядывая в меню и пальцем тыча в стоимость заказанной Галей оленины.
– Я ни в чем никогда не уверена до конца. Ты же знаешь. Собери мозги в кучу, отвлекись от подсчетов и послушай меня внимательно. Есть дело на миллион долларов.
– Да иди ты! – Сергей выронил меню из рук и весь подался вперед.
Галина сделала большой глоток. Пиво она очень любила и пила его всегда с удовольствием. Вот и сейчас, даже глаза прикрыла от наслаждения. Ее собеседник взирал на нее с неподдельным интересом и ждал продолжения.
– Ну не томи же ты! Давай, выкладывай! Кого засадить? Аж руки чешутся.
– Ну и негодяй же ты, Маслов! Тебе что, засадить кого-нибудь в радость что ли? Ты же юрист, блюститель закона. Или закон, что дышло…?
– Да брось ты демагогией заниматься, Галина Ивановна. А то ты не знаешь, первый день на свет родилась. Ведь меня же вызвала для того, чтобы отравить кому-нибудь жизнь! И я должен найти способ! Что, не так что ли?
– Не так! Почему сразу «отравить»? Может наоборот, помочь хочу человеку, он в трудной ситуации.
Галина нарочно оттягивала разговор, она хорошо знала Сергея: ему надо дать сначала остыть, тогда он будет соображать четко и улавливать проблему с ходу.
Когда Сергей перестал балагурить, она приступила к делу. Во всех подробностях рассказала ему о двух визитах, Ильи и Майи, не называя при этом имен и фамилий. Конечно, Илья Сафронов как тренер по плаванью не был личностью известной в широких кругах. Его имя, если и мелькало в местной прессе, то только, возможно, в спортивных новостях. Но кто особо обращает внимания на имена в газетах? Вряд ли фамилия Сафронов была известна Сергею, но все же Галя умалчивала пока, о ком идет речь.
– Итак, – подытожил Сергей, – есть человек, твой хороший знакомый, как я понимаю, который поплыл. То есть его очень серьезной подставляет его же дочурка, а ты в смятении: казнить или миловать. Чего же ты хочешь от меня?
– Мне нужен твой профессиональный совет. В данной ситуации можно ли доказать, что это было убийство, если прошло уже более полугода? Будут ли этим серьезно заниматься, опираясь только на свидетельские показания несовершеннолетней дочери?
Сергей задумался. Он закурил сигарету, выпустил струйку сизоватого ароматного дымка и ответил:
– Вопрос, конечно интересный. Но тебе-то это все зачем? И где тут миллион обещанных долларов? Я что-то не просекаю.
– Ну понимаешь, этому человеку грозят огромные неприятности, так как дочка его настроена очень решительно. Ты можешь найти способ, как разрешить ситуацию, мы его к этому подведем. Я подведу. Ну и ставку за твои консультации предложим соответствующую. Кстати заметь, мне этих денег не нужно, все будет твое.