Лара Ингвар – Коснись меня (страница 30)

— Какая непосредственность! — сказал он, растягивая слова, в голосе его звучал легкий акцент. — Сколько тебе лет девочка? Надеюсь, ты не слишком молода.

Оставила вопрос без ответа, какая ему разница, сколько мне лет. Мужчина словно примерялся, подхожу ли я ему по возрасту. Казалось, что ему самому к сорока, об этом свидетельствовала сеточка мимических морщин, та привлекательность в лице, которая появляется у мужчин и у женщин с возрастом, если они ведут здоровый образ жизни и развивают не только тело, но и душу. Он сверлил меня взглядом так, что мне захотелось бы провалиться под землю, будь я кем-нибудь другим, я же выдержала взгляд, потонув на мгновение в серебряный озерах, а потом фыркнула. Придурок, подумала я. Красивый, но все же придурок. И чего они все перед ним расшаркиваются?

— Александр, хочешь выпить что-нибудь? — я сделала вид, что абсолютно потеряла интерес к итхису, и повернулась к нему спиной, максимально выражая к нему свое безразличие. Дарк посмотрел на меня с грустной улыбкой, словно я была нашкодившим ребенком.

— Да, принесите мне вина. Красного, — глазами он добавил «и лучше бутылку». Я отправилась к стойке, где элегантного вида официант разливал напитки. Судя по тому, как люди, которых другие почитали небожителями, расшаркивались перед итхисами, они были сильными мира сего. Вот мэр города кланяется серебрянноглазому, кланяется с таким рвением, что кажется вот вот рухнет на колени от усердия. Вот министр здравоохранения расшаркивается перед Александром, а его супруга взволнованно беседует с одним из белоглазых. Она что-то выспрашивает и сокрушенно кивает, стоит итхису произнести мягкое «нет». Понаблюдав еще немного за гостями на приеме я мягко поплыла в сторону босса, держа бокалы за тонкие ножки. Я шла неспешно, не желая пролить и капли вина, бутылка которого стоит несколько тысяч, и вслушивалась в разговоры. Часть из них я вовсе не понимала, часть мне была попросту неинтересна.

Отчаяние ножом ковырялось в моем сердце. «Чего ты ожидала, девочка? Что кто-то из них упомянет твою мать? Что она окажется здесь, смеющаяся, прекрасная, словно фея из сказок?» — нашептывало оно мне. Я была глупа, возможно, глупее даже этих женщин-комнатных собачек, жизнь которых была блестящим праздником, бесконечной вечеринкой и вкусом похмелья на душе.

Мне оставалось сделать несколько шагов, чтобы вернуться под крыло Александра. Принц-зима все никак не отходил от босса, они говорили на языке итхисов, но я готова была поклясться, что услышала слово «Кира».

Внезапно меня обхватили горячие руки, заставив тихонько вскрикнуть и едва не опрокинуть бокалы с вином. Табак и хвоя. Элио Рамас. Он прижался ко мне всем своим крепким телом — о том, что оно было везде восхитительно крепким, я прекрасно помнила.

— Убрал от меня руки, — тихо прорычала я. Элио никак не мог успокоиться, мне пришлось сменить номер мобильного, тетя рассказывала, что она может уже открывать цветочный магазин, так много букетов присылал он ежедневно. Даже на работу он пытался ко мне попасть — хорошо, что этаж Александра — неприступная крепость, в которую незваным гостям путь заказан.

— Кира, не будь такой жестокой, я так хотел тебя увидеть.

Он все еще не отпускал меня. Мы стояли в нескольких метрах от итхисов, которые считали, что я принадлежу Александру, а тут этот, прицепился ко мне, словно клещ. Все больше людей поглядывали на нашу пару. Иногда мне кажется, что мое имя наверняка переводится с какого-нибудь древнего языка как «ходячая неприятность».

Я бы сделала шаг вперед, но боялась пролить вино на свое шикарное платье. Вместо этого я сказала сквозь зубы.

— А я не хотела. Отпусти меня.

Он прижал меня сильней, обдав жаром.

— Кира, ты все не так поняла.

— Я все поняла более чем правильно. Ты хотел выиграть охоту, так хотел, что затащил меня в провонявшую феромонами комнату в Аду. Александр мне говорил, что на этот день не было запланировано никаких игр, свет не должен был выключаться, это ты кого-то подкупил. Так что отпусти меня, на нас уже пялятся, — это было правдой, словно звук прибоя по залу стали проноситься смешки и шепот. Александр тоже нас заметил и стал похож на разъяренного быка. Он на всех парах понесся к нам, Рамас же все никак меня не выпускал.

— Не мог бы ты убрать руки от моей женщины? — спокойным тоном поинтересовался Дарк. Кулаки его нервно сжимались и разжимались, он готов был снова врезать Рамасу. Я улыбнулась боссу и протянула ему бокалы с вином. Тот принял их удивленно, не понимая, что я задумала. Я всего лишь хотела сохранить его лицо. Когда Александр выходит из себя, он не очень похож на цивилизованного человека, в чем я смогла убедиться, когда он столкнулся с Эдгаром в Парадизе. Как только бокалы больше не стесняли движений, я рванулась из рук Элио со всей силой. Он наконец-то меня отпустил.

— Снова ты портишь мне жизнь, «друг», — выплюнул он последнее слово в лицо Александра. — Снова забираешь, все, что можешь прибрать к рукам.

Дарк молчал, он чувствовал себя виноватым за произошедшее с любимой Элио. Мне же очень хотелось, чтобы Рамас просто отвязался от меня. Раздражало, когда человек не считался с моими желаниями. Красота и положение сделали этого мужчину эгоистичной скотиной.

— Ты думаешь, что я ухаживал за тобой из-за охоты, Кира? — сказал Элио, наклонившись к моему уху так, что только я могла услышать его. — Ты ничего не понимаешь. Я ухаживал за тобой, потому что давно так никого не хотел. И потому что мне уже очень давно хотелось забрать дорогую Александру вещь, чтобы…

«ВЕЩЬ», «вещь», «вещь»: эхом раздавалось в моем разуме. В голове опустело, дыхание сбилось. Оказывается не только у Александра есть слово, заставляющее его потерять человеческое обличье. Звонкий удар пощечины разорвал воцарившуюся тишину. Рамас потрясенно приложил руку к щеке. Неужели он думал, будто я спокойно отнесусь к тому, что он сделал? Неужели он решил, что я распахну объятья и кинусь к нему радостно повизгивая? Понравилась… захотел… попытался взять. Словно вещь. Что ж, Элио Рамас ошибся. Кира Бел никогда не позволит обращаться с собой как с вещью.

На меня все смотрели как на безумную, мне же было все равно. Дарк сохранил лицо, мне же на свой имидж было плевать, всех этих людей я вижу в первый и в последний раз. Я взяла бокал из рук своего начальника, улыбнулась ему, обнажив белые зубы, и сделала небольшой глоток. Подумаешь, истеричная особа, а ему с этими людьми еще возможно работать. Буквально через пару минут все забылось. Гости, ставшие невольными свидетелями маленькой сцены из моей личной жизни, непринужденно продолжали беседовать друг с другом.

Рамас ушел с приема, сверкая уязвленной гордостью, словно доспехами. Оказывается, именно в этот день он планировал начать переговоры с инвесторами о расширении бизнеса. Переговоры не увенчались бы успехами после подобного спектакля. Своим поведением я спасла Дарка от появления возможного конкурента, за что была чрезвычайно довольна собой. Александр больше не отпускал меня от себя.

— Кира, когда вы перестанете создавать для себя неприятности? — спросил он. Я пожала плечами, потому как ответить в общем-то ничего не могла. Я не создавала неприятности, я их находила. Или они находили меня.

Александр обсудил несколько деловых вопросов с неизвестными мне людьми и дружески пообщался с мэром города. Дочка мэра бросала на моего босса страстные взгляды, но держала себя в руках. Значит, не искранутая. После, к моему огромному неудовольствию, мы снова вернулись к четверке итхисов. Мужчины глядели на меня с большей заинтересованностью, чем ранее. Серебряноглазый выделялся среди этих впечатляющих мужчин, снисходительная улыбка не сходила с тонких губ.

— Вы очень агрессивны, — сказал он мне. — Давно не видел таких женщщин, — он изучал меня, снова осмотрел с ног до головы. Мне уже отчаянно хотелось домой. Только поддержка Александра удерживала от нестерпимого желания направить свою агрессию в сторону принца-зимы.

Вдруг один из близнецов-итхисов сказал фразу, от которой сердце мое пропустило удар.

— Похожа на ту женщину… любимую игрушку вашего дяди. И глаза точь в точь такие же, напоминают о древних легендах. Он все также с ней возится?

Серебряноглазый скривился:

— Да, утвержждает, что она — его Искра. Любопытно, что рекрутер добыл ее из этой же полоссы.

Итхисы перешли на свой собственный язык и полностью потеряли ко мне интерес. Я стояла и вежливо улыбалась, боясь даже пошевелиться. Сердце грозило вырваться из груди, так гулко оно забилось. Александр почувствовал мое состояние, но кажется не понял чем оно вызвано. Он лишь чуть нежнее обнял меня за талию, робко попытавшись успокоить.

А вызвана буря эмоций была тем, что цвет моих глаз очень редок — яркие зеленые, украшенные золотыми солнцами. Только у трех людей я видела подобные глаза: у Викки, Веры… и у мамы.

Глава 11. Семейные тайны и не случившийся стриптиз

Шопинг — волшебное слово, эликсир счастья для любой девушки. А шопинг при наличии денег, которые можно беззастенчиво спустить, не думая о последствиях— вообще сказка. Я примеряла очередную пару великолепных туфель, когда мой мобильный зазвонил. Снова Александр. Со дня приема босс стал несколько навязчивым. Вероятно он решил, что без него я снова вляпаюсь в неприятности, а потому контролировал каждый мой шаг. Подобная забота безусловно была милой, но мне хотелось чуть больше личного пространства. И вообще, пора начать с кем-нибудь встречаться. Босс мой, конечно, великолепен, но невозможно строить отношения с тем, кого нельзя трогать. А сны про змей скоро меня доконают.