Лара Ингвар – Коснись меня (страница 18)
— Насколько я помню, сегодня у старушки важная встреча.
— Ох, совсем запамятовала. Склероз видимо.
— Уж скорее маразм. Лети. Песок за тобой я потом подмету.
Энтузиазма от получения первой зарплаты у меня хватило ровно на четыре часа. Как раз чтобы провести два занятия по йоге и два по пилатесу. Викки сегодня не появлялась, у нее были утренние лекции, зато пришло несколько ее одногруппниц. Я заверила всех, что при регулярном посещении занятий, каждая сможет стать подтянутой красоткой, но намекнула, что быть может скоро мне придется прекратить вести тренировки из-за основной работы. Девушки слегка опешили, когда узнали, что я работаю на Дарка из «Азаик». Впрочем, в их глазах я приобрела гораздо больше значимости, и теперь у меня просили не страничку из социальных сетей, а рабочий мейл. Стажировка в компании вроде «Азаик» могла дать будущим юристам толчок в жизнь.
Уставшая и потная, но довольная, я вернулась домой, чтобы принять душ и переодеться к работе. Мощные струи воды смывали усталость и напряжение. Я включила радио и стала во весь голос подпевать старой песне о грешнике:
Oh Sinnerman, where you gonna run to? Sinnerman, where you gonna run to? Where you gonna run to? All along dem day Well I run to the rock, please hide me I run to the rock, please hide me I run to the rock, please hide me, Lord All along dem day
Мне всегда нравилась эта песня. И в ней я была и грешником и дьяволом и богом. Сквозь шум воды и свой сорванный голос я вдруг расслышала настойчивый звонок в дверь. Ох, Лев, Лев, опять ключи забыл и сорвал мне такой припев! Накинув полотенце на голое тело со стекающими с длинных светлых волос каплями воды я широко отворила дверь. И замерла. Потому что это был не Лев.
На пороге стояло два брата. У Артура в руках был букет белых лилий, Александр нервно поправлял край шляпы. Увидев меня в таком виде, один широко улыбнулся, второй стал поправлять шляпу куда активней. Голая и мокрая перед двумя красивыми итхисами. Звучит как начало экзотической порнухи. Играть в смущение мне не хотелось. А тело это всего лишь тело. Когда я преподаю пилатес, то моя одежда скрывает и того меньше, чем толстое полотенце.
— Добрый день. Проходите, располагайтесь на кухне, я оденусь и подойду.
Я показала мужчинам кухню, на которой к счастью было прибрано и ушла к себе. Гневно натягивая приготовленный на работу костюм и собирая в пучок мокрые полосы, я мысленно ругалась. Гребаные итхисы, лезут в мою жизнь! Сейчас же день, какого черта они расхаживают на солнышке?! Хотя из-за пустяка Александр бы вряд ли меня побеспокоил. И эти цветы…
Успокоившись, я вышла, включила кофемашину и поставила для шефа молоко в микроволновку. Артур тоже попросил такой-же сладкий молочный напиток. Я разлила кофе, поставила цветы в вазу и уселась напротив мужчин. Явно не выспавшийся Александр с благодарностью сделал большой глоток.
— Я хотел извиниться, мое поведение непростительно! — начал Артур. Александр со злостью смотрел на брата, казалось, он сейчас начнет его тыкать носом в пол, словно провинившегося щенка. Босс кивнул, и произнес:
— Я также извиняюсь за поведение своего брата. Обещаю вам, что впредь ничего подобного не повториться. — В его словах была спокойная уверенность. Двухметровое чудовище, которое величало себя моим начальником перевело взгляд на младшего брата. Тот стушевался.
— Я ошибся, чудовищно ошибся, — сказал тот. Я вдруг вспомнила разговоры Лоры о том, что итхисы как поговаривают чувствуют свою вторую половинку. Быть может Артур решил, что я та самая? Тогда вчерашнее происшествие было связано с излишней самонадеянностью с его стороны и быть может глупостью. Злость, которая плескалась в глубине моего сознания утихла. Приятно знать, что мой знакомый не подлец.
— Ты же взял меня за руку, а не за задницу схватил, — спокойно ответила я. Могу говорить как хочу, я не на работе. А мое личное пространство итхисы нарушили первыми. Буквально. — И хоть мы и мало знакомы, это приемлемо.
Натянуто улыбнувшись я сделала глоток кофе. Я не хотела, чтобы братья знали о том, что я осведомлена о псевдоискре. Уж очень ревностно итхисы охраняют этот секрет.
— В нашей культуре — это неприемлемо, — с нажимом проговорил мой босс. Он с укором смотрел не только на брата, но и почему-то на меня. — Мужчина не может прикоснуться к женщине первым. Это нарушает все мыслимые границы приличий.
— Ты очень консервативен, Александр, — с наигранной легкомысленностью сказала я, осознав, что первый раз в жизни обращаюсь к Дарку столь фамильярно. — Вы оба — можете не волноваться, я не в обиде.
— Есть еще кое-что, — Артур почему то выглядел безумно виноватым, — вчера на тебя началась охота.
Слово «охота» звучало настораживающе. Охотятся на крупную и мелкую дичь, но никак не на женщин.
— Что это значит? — потребовала я объяснений. Александр вздохнул, он посмотрел мне в глаза, и меня утянул снежный водоворот его взгляда. Я с трудом смогла сконцентрироваться на его словах.
— Это культурная особенность… Традиция, свойственная благородным итхисам многие столетия. Одна женщина, которую признают… чрезвычайно привлекательной становится объектом ухаживаний многих итхисов. Раньше целью подобного соревнования являлся брак, но с начала двадцатого века…
— Мой брат хочет сказать, что итхисы, что видели тебя вчера в клубе, поспорили, кто первым затащит тебя в постель, — прервал речь Александра Артур. Я поперхнулась кофе.
— И обычно «жертва» осведомлена о том, что на нее объявлена охота?
Мужчины согласно кивнули.
— Касаться вас никто не имеет права, вы сами определяете… Кому оказать свое внимание. Итхисы будут пытаться делать широкие жесты, дарить подарки, в общем… купить вашу благосклонность.
— Александр, скажите, что я ваша, и дело с концом, — попросила я, — вы же и так это вчера говорили, а формально ближайший год я вам действительно принадлежу от головы до пяток, — я взмахнула рукой, показывая мужчине что именно он приобрел, итхис весь как-то напрягся, готова поклясться белые щеки этого великана слегка покраснели. Нужно прекращать вгонять начальство в краску.
— Выигравший должен предоставить вещественные доказательства, на которой вы… вместе.
Я не смогла скрыть отвращения. Неужели итхисы так забавляются?! Затащить женщину в постель — это у них вид спорта? Шовинистическая и мерзкая традиция, но вот слова «подарки» и «купить» царапнули мое подсознание. Если Вера скоро выйдет замуж и мне придется освободить жилплощадь, то лишние финансы могли бы изрядно облегчить мне жизнь. Да и для тети хочется сделать достойный подарок на свадьбу… Артур не понимал, что за мысли роятся в моей голове подобно рою диких пчел. Он видимо решил, что я впаду в истерику или начну метать предметы в порыве праведного гнева. Гнев во мне клокотал, но сейчас от него не было никакого толка.
— Кира, ты в порядке? — участливо поинтересовался юноша, он гладил мое предплечье, касаясь горячими пальцами. Было довольно приятно и безобидно. Теперь то мы оба знали, что Искра, настоящая или ложная нас не свяжет.
— Она просчитывает выгоду, — сказал Александр. Наши взгляды встретились, босс понял меня и добавил: — Ты хочешь принимать знаки внимания от всех?
Я кивнула, Артур убрал от меня руку и посмотрел с удивлением и намеком на отвращение. Вот вам и свободные нравы.
— Именно, что знаки, не более чем, — я улыбнулась очень широко. Наши с Александром глаза встретились: его цвета зимнего утра, мои словно весенняя зелень, Артур недоуменно смотрел на нас обоих.
Эдгар назвал меня «меркантильной мразью». Вероятно в чем то бывший был прав. Кофемашина прервала воцарившееся молчание, решив, что пора провести очистку. Автоматика не умеет держать драматическую паузу.
— Тебе нужны рабочие связи с кем-нибудь, кто охотиться за мной? — спросила я начальство.
Мне казалось, мы сейчас перейдем на общение мыслями, настолько они неслись у нас в одном направлении.
— Мне нужна информация, — проговорил он. — Элио Рамас в числе охотников. Он собирается выйти со мной в открытую конкурентную борьбу. Ему принадлежат две сети быстрого питания и сеть ресторанов для среднего класса. Но он планирует расширяться и подорвать мою монополию в клубном бизнесе. Элио — рожденный искрой, поэтому на итхиса похож не сильно, и это играет ему на руку. Он может позволить себе публичность. Если вы узнаете, какими именно методами он собирается действовать, я вам подыграю.
— И как вы мне подыграете?
— Задам планку, Кира. Если бы я хотел преуспеть в охоте и купить ваше расположение, то не разменивался по пустякам, а подарил вам колье с бриллиантами, или автомобиль.
— Машина была бы предпочтительней. Надоело кататься на такси и общественном транспорте.
— Чего не сделаешь, чтобы преуспеть в охоте. — Александр улыбнулся, и у меня екнуло сердце. Какой же он красивый… Жуткий, но красивый. — И если вы поможете мне с Элио… то пожалуй, можете оставить автомобиль в качестве премии. По рукам?
— По рукам, согласилась я.
Я протянула вперед ладонь, осмелевшая от того, что с Артуром псевдоискра меня не прошибла. Нет, не от этого. Я хотела прикоснуться к Александру. Все мое существо требовало, чтобы я коснулась его ладони. Это чувство было сродни ощущению, которое испытываешь, стоя на мосту и вглядываясь в глубокую реку. Край сознания вопит «Сделай это! Давай! Прыгни, прыгни!». Только в тысячу раз сильнее. Артур быстро произнес что-то на непонятном языке и Александр, словно опомнившись, убрал свою ладонь. Он надел перчатку и только потом пожал мне руку. Я удивилась, насколько же большая его ладонь по сравнению с моей. Мужчина тоже смотрел на соединенные руки и в недоумении хмурил брови. Мы будто попали под одну песню сирен, а теперь ее мотив утих. И мы оба осознали, какую глупость едва не совершили.