Лара Ингвар – Хранительница Темного пламени (страница 5)

При мысли о маме с папой на глаза навернулись слезы. Асмодеус скривился:

— Темные не плачут. Оставь это светлым. Я сделаю все так, что они будут даже счастливы и горды твоему отсутствию. Отправим тебя на стажировку… в Америку?

— Лучше уж Австралию.

— С твоим новым парнем Василием. Имя ты, кстати выбрала просто ужасное.

Он подставил мне локоть, на который я оперлась в попытке не дать себе развалиться. Одна моя, та самая темная часть — ликовала, смеялась, сверкая черными глазами. Другая была подавлена и разбита.

— Почему я тебе верю? Я увидела тебя сегодня утром и безоговорочно тебе доверяю?

Если бы мне вчера сказали, что я буду слепо следовать указаниям мужчины с длинными волосами и пристрастию к черному цвету, я бы покрутила пальцем у виска.

— Потому что я твой пес, Мелания. Верный спутник хранительницы черного пламени, если хоть в одном из миров ты можешь доверять хоть кому-то, то мне.

— Но почему?

— Чтобы обезопасить тебя, Марьяна связала твою жизнь и мою воедино, как только ты издала свой первый вздох. Любая твоя рана, остается на мне. Твою болезнь я разделяю с тобой, твою смерть я разделю тоже.

Он закатал рукав, продемонстрировав идеальный черный круг, такой же как на моей руке. Эту странную родинку я помню всю свою жизнь. А потом показал другую руку, с поцарапанной кожей костяшек, остатками моей вчерашней вспышки гнева. Он принимал на себя половину моих травм, это впечатляло.

— Когда мы с тобой прыгнем в кроличью нору?

— Сегодня ночью, если ты готова.

Странное спокойствие охватило меня. Вдруг стала не важна учеба в институте, мои бесплотные попытки стать частью ученого сообщества, выслужиться перед родителями или завести настоящих друзей. Как божий день стало ясно, что этот мир никогда полностью не принимал меня, считая временным постояльцем. От охватившего чувства свободы захотелось рассмеяться. Никогда не страдала избытком авантюризма, но сегодня совершенно особенный день.

— Готова, Вася, готова.

Глава 3.

Дома.

Она с легкостью забрала документы из университета. Послушно сообщила всем своим знакомым, что выиграла стажировку в Австралии. Дикий пес создал иллюзию документа и подкорректировал память ее родителям. На прощанье она обнимала их долго, так словно частью старалась остаться с ними.

— Я ведь смогу навещать их? — спросила Мел у Асмодеуса. Когда они покинули родной дом. Девушка не взяла с собой ничего. Это было хорошим знаком.

— Сможешь.

«Но не захочешь», добавил он мысленно. Отправленные в этот мир преступники, лишенные магической сути очень часто совершают самоубийство. Для них лишение магии это как ампутация всех конечностей одновременно. Асмодеуса помимо его звериной ипостаси поддерживал в форме амулет Стражника, без него бы он только и мог, что обратиться в волка или собаку и уж тем более он бы не смог перенестись домой еще и прихватив с собой человека.

— Где мы будем это делать? — без задней мысли поинтересовалась девушка, имея ввиду переход. Асмодеус почувствовал прилив возбуждения от ее вопроса, но силой воли прогнал эти мысли похотливого подростка из своей головы.

— Нам нужно выйти на берег озера, и дождаться заката. Я начну творить заклинание. Это болезненно и скорее всего заберет очень много моих сил. Поэтому ни в коем случае не отпускай мою руку. Понимаешь? Иначе нас разбросает в разные стороны, а я буду не в том состоянии, чтобы тебя искать.

«Если конечно переживу переход», не стал добавлять он вслух.

Она кивнула. Безоговорочное доверие, пункт заклинания которое связывало их, и отменить его не силах никому. Марьяна думала, что ее дочь будет дикаркой без тормозов, не доверяющей никому и нисколько. Такой была она сама в юности, когда Асмодеус еще ее не знал. Таковы все хранительницы Черного пламени в молодости. Мужчина только сейчас задумался, примет ли Меланию пламя, ему нужна родственная душа, а девушка покладиста, как щенок. Ничего, если еще две недели это исправить. Они вышли на берег озера и взялись за руки, со стороны они выглядели как парочка влюбленных. Он что-то шепчет, она хватается за его руку так, словно от него зависит вся ее жизнь. Вот он встает на колени, она придерживает его сильнее. Более внимательный наблюдатель бы увидел, что мужчина побледнел и затрясся, а девушка издала неслышный крик.

Вот только никого возле озера не было. А затем и странная пара словно растворилась в воздухе.

Мы стояли на берегу озера. Резко стемнело и я не могла понять, что же случилось с уличными фонарями. Резко похолодало, или мне так казалось потому, что я слишком давно стою на улице в тонкой кофте. Вот и приплыли, Мел, ты все-таки сошла с ума. Принцесса она… волшебная. Точно. Скорее всего этот сумасшедший какой-нибудь фокусник иллюзионист гипнотизер. А ты так мечтала оказать подальше от своих серых будней, что запросто ему поверила. Потоку самоуничижительных мыслей ничто не мешало. Асмодеус потерял сознание и теперь лежал в моих руках очень тяжелой ношей, не слышался звук проезжавших вдали машин, а окна соседнего дома разом потухли. Стоп. Соседнего дома вообще нет. Как и асфальтированной дороги, как и города, все разрастающегося и медленно приближающегося к озеру.

Огромный детина в странных мохнатых штанах бежал к нам со всех ног, выкрикивая что-то на неизвестном мне языке. А н-нет, не штанах. Это у него ноги такие, мохнатые, с копытами. Значит путешествие в другой мир все-таки состоялось. Но почему в отличие от Асмодеуса я так хорошо себя чувствую, да пожалуй никогда мне так хорошо не было. А воздух здесь! Я дышала так, словно никогда в жизни. И землю хотелось целовать. И какая трава мягкая, вот бы поваляться на ней. А вода в озере… Светиться, переливается, словно драгоценность. Мне захотелось прыгнуть в эту воду, мне захотелось обнять каждое исполинское дерево. А потом я увидела небо, наполненное яркими звездами и засмеялась. Как же хорошо. Пока я находилась в каком то радостном припадке, волшебное создание с разгону бухнулось на колени и впечаталось головой в землю рядом со мной, словно старалось зарыться в нее.

— Он в отключке, — сказала я полукозлику, но тот явно меня не понял, мыча какую-то витиеватую фразу. Поэтому я хлопнула его по голому плечу и ткнула в Асмодеуса. Козлик поднес фляжку к его губам, тот в начале не подавал признаков жизни, так что мне вдруг стало страшно, но затем закашлялся, и открыл глаза.

— Мелания… — он протянул руку и коснулся моего лица. Глаза мужчины подернулись той пеленой, которая искажает взгляды умирающих. Он сказал слабым голосом — поцелуй меня.

Вот вам еще и спящая красавица. Противоречивое чувство заставило меня вздрогнуть. Одна половина требовала, умоляла тут же прикоснуться губами к его губам, дышать с ним одним воздухом и одной магией. Другая отпрянуть, оттолкнуть мужчину, которым мне не муж и сказать, чтобы не лез со своими приставаниями. Если бы обстоятельства были иными и передо мной лежал другой человек, выиграла бы вторая, но сейчас мне отчетливо вспомнились слова Асмодеуса о том, что силу он черпает из чувств, а переход может отнять всю его энергию. Если жители местного мира связаны с магией, возможно ли, что она течет по их жилам словно кровь? А что бывает, если всю кровь выкачать из тела?

Я коснулась его лица, изучая. Кожа, такая отличная от женской, жесткая, гладкая. Губы сухие и теплые. Ровный нос, аристократический и в то же время хищный, черные брови вразлет и волосы, мягкие черные волосы на моих коленях. Ох не так я представляла свой первый поцелуй. Но прерывистое дыхание Асмодеуса не дало мне времени на раздумья, я наклонилась к лежавшему на моих коленях мужчине и коснулась губами его губ. Вдруг вся та магия, что сочилась в воздухе стала проноситься через меня, бешенным потоком, сминая, уничтожая и возрождая, заставляя прижиматься к нему сильнее. Прошло мгновенье и вот уже он целует меня неистово, рьяно, черпая из моей души ту необходимую ему жизненную силу. Как же хорошо…

Раздалось деликатное покашливание. И я оттолкнула от себя мужчину, который из умирающего стал вполне себе живым, в какой-то момент наших страстных объятий перевернулся и уже успел подмять меня под себя. Асмодеус сидел на травке с наглой такой ухмылкой и слушал длинную речь полукозла, гордо качая головой.

— Мелания, это мой помощник Измир, он приветствует спасительницу темных земель приносит свои глубочайшие извинения за то, что помешал нам, но сюда движется патрульный отряд светлых. Поэтому нам надо уходить с приграничной территории как можно скорей.

— Почему мы на приграничной территории? — спросила я.

— Твой мир, это географически калька нашего. Что бы быстро тебя найти мне пришлось отправляться из заданной Марьяной точки, она произвела тебя на свет на границе светлого и темной земли, чтобы тебя было легче забрать из человеческого мира. Говорю же, граница, там ткань реальности тоньше.

Он встал, деловито поправил одежду. Козел отчаянно жестикулировал, явно указывая на то, что времени у нас в обрез.

— Вот и угораздило же попасть под патруль. Ты верхом ездить умеешь? — спросил меня Асмодеус. Мне пришлось покачать головой, откуда городская девчонка может знать, как ездить верхом.

— Тогда быстрый экскурс, — бедрами сжимаешь корпус, руками держишься за шерсть. Не бойся, больно не сделаешь. И прижимайся пониже, чтобы ветром не снесло.