Лара Дивеева – Анна, создающая королей (страница 3)
Я работала с новыми слугами каждый день, помогала им вписаться наш странный быт. Надеялась, что Нерон одобрит мой выбор.
Через неделю парнишка покинул остров на украденном катере, увозя с собой дорогую посуду, украшения и даже пару статуй. Кухарка продержалась дольше, но, к сожалению, ее покладистый характер не стал компенсацией абсолютному неумению готовить и нежеланию работать.
Нерон, конечно же, предвидел такой исход, но позволил парню улизнуть с украденным. Для чего? Чтобы преподать мне урок. Он отчитал меня, строго, справедливо и очень болезненно. Столько лет обучения, и такой провал.
– Ты сделала наивный и бессмысленный выбор. Повелась на страдания парня и на его смазливое лицо и не рассмотрела за ними преступную личность.
– У него была трудная жизнь! В глубине души он хороший человек! – спорила я.
Нерон усмехнулся.
– Прошлой ночью он пытался взломать дверь твоей спальни.
– Для… для чего? – голос внезапно стал сухим и ломким.
– Сама не можешь догадаться?
Могу, но не хочу.
– Но женщина оказалась хорошей, – не сдавалась я.
– Ты забыла спросить, умеет ли она готовить. Уму непостижимо! Надеюсь, ты сгораешь от стыда.
– Не сгораю! – разозлилась я. – У меня есть право на ошибку. Я стараюсь изо всех сил, но вам не угодишь! Целыми днями тренируюсь и штудирую учебники, но вы никогда мне и слова хорошего не сказали…
Я жаловалась и причитала, размазывая слезы по лицу. Нерон слушал, пока я не выдохлась, а потом сказал:
– Еще одна истерика, и ты больше меня не увидишь.
Ночь я провела в анабиозе, как и всякий раз, когда закатывала истерики. Что можно ожидать от человека, который отключает твое сознание при любом споре? Вот именно, что ничего хорошего.
Мы ездили за слугами еще несколько раз. Во время очередного визита управляющий приютом отозвал меня в сторону и прошептал:
– Вы делаете хорошее дело. Хоть слуги у вас и не задерживаются, но возвращаются совсем другими, уверенными в себе. А рекомендательные письма помогают им быстро найти подходящую работу. Не знаю, как вам удается это делать, но я очень признателен.
Так я узнала, что Нерон помогал моим неудачным экспериментам найти работу. Хотя почему неудачным? Я не делала людям ничего плохого. Залечивала душевные раны, гасила ненависть и недоверие, растворяла печаль. Нерон ругался, что все это не имеет никакого отношения к поискам хороших слуг, однако я упорно выбирала тех, кому могу помочь.
Уже тогда я должна была догадаться, что мое призвание – помогать людям.
Однако меня интересовал только Нерон. Я восхищалась его знаниями о людях и о мире, его взглядами на события, происходившие на Тритари, и его научными мнениями. Где бы мы ни были, куда бы ни летали, я видела только Нерона, думала только о нем. Только его одобрение имело вес. Ему это не нравилось, он не хотел такой зависимости. Ему вполне было достаточно того, что я выполняла его приказы и училась. Сейчас я понимаю, что мое отношение к Нерону было нездоровой привязанностью, но тогда… я стремилась его впечатлить. Хотела стать его фантазией – сильной, одаренной женщиной, вместе с которой он изменит мир.
Со временем Нерон переехал на остров. Не подумайте, что однажды туда прибыли грузовые катера с мебелью и безделушками. Сомневаюсь, что у него было хоть что-то личное, кроме сотни комплектов черной одежды. Так и началось наше «вместе», самое одинокое из возможных, даже в окружении слуг и охраны. С ними я болтала и смеялась, а Нерон держался отстраненно и не допускал праздных разговоров и откровений. Со слугами он почти не общался, оставляя управление домом мне.
Нерон обучал меня теории и практике перцепции. Сам он перцептом не был и аур не видел, однако его теоретические познания впечатляли. Мы часами спорили над рисунками аур, потом я делала оговоренные изменения и наблюдала за результатами, зарисовывая их для Нерона.
А в свободное время… я не знала, чем он занимался, где бывал. Он позволил называть его на «ты», но отказался рассказывать о себе и не допускал прикосновений. Мы ели в столовой с задернутыми шторами, сидя на противоположных концах длинного стола. Асимметричная люстра освещала только мою половину стола. Бессмысленно и странно. Но при этом Нерон заботился о моем комфорте. Если я чего-то хотела или даже просто упоминала в разговоре, это тут же доставлялось на остров. Если я на что-то жаловалась, он сразу это исправлял.
Кроме тех ситуаций, когда жалобы касались его.
Он давал мне все, кроме человеческого тепла.
Однажды ночью мне приснился кошмар, страшный до хрипоты. Я проснулась на незнакомой кровати под балдахином и словно видела себя со стороны. Чужой требовательный взгляд ощущался как давление. Парализованная, я не могла выдавить ни звука. Тень рядом с кроватью пошевелилась.
– Я знаю, что ты не спишь, – раздался ядовитый шепот незнакомца.
– Уйди! – ответила я на удивление спокойно.
– С какой стати? Я твой, а ты моя. – Мужчина дернул меня за ногу, переворачивая на постели, и рассмеялся. – Ты ведь этого хотела?
– Нет, не этого.
Волна оранжевого огня пронеслась над моей головой, опаляя жаром.
– Не лги! – кричал невидимый мужчина. – Ты хотела этого! Ты всегда была неразумна в своих желаниях!
– …неразумная! Анна! Перестань кричать как неразумная! Тебе приснился кошмар!
В мое сознание вломился голос Нерона. Он навис над моей постелью, мрачная тень в серебристом свете ночника. Жесткие пальцы сдавили плечо, причиняя боль.
– Ты кричала во сне, и я думал, что-то случилось.
Вдох. Выдох. Я в своей комнате, никакого балдахина над кроватью. Святые силы, спасибо вам, это всего лишь кошмар!
Слезы облегчения перешли в рыдания, и, повинуясь безрассудному порыву, я обняла Нерона, сбивчиво рассказывая о странном сне.
– Спасибо, что разбудил меня! Обними меня, мне страшно!
Он подчинился, но так неохотно, что я почти не заметила его движений, пока его руки не сомкнулись на моей спине.
– Спасибо, спасибо, спасибо! – твердила я, целуя его шею и держась за него мертвой хваткой. Нерон не дышал, и я предчувствовала, что в какой-то момент, очень скоро он очнется и остановит это безобразие.
Внезапно меня словно втянуло в гигантский смерч, черный с оранжевыми искрами.
– Нерон… что это… что со мной…
Запахло горелым, и Нерон очнулся и небрежно стряхнул меня на пол. Несмотря на вертиго крутящегося мира, я увидела, что горит моя постель. Распластавшись на полу, мечтала только об одном – выжить. Понять происходящее даже не пыталась.
Потушив огонь, Нерон навис надо мной безликой тенью.
– Еще раз дотронешься до меня, отправлю на Тритари! Навсегда.
Мой мир опрокинулся. Быть отвергнутой мужчиной, улыбками которого ты измеряешь свое счастье, – это трагедия. Особенно если ты уверена, что он к тебе неравнодушен. Вернее, не ко мне, а к великой и всесильной Анне, которой я стану, когда мой дар достигнет пика. Когда это случится?! Мне уже было девятнадцать, однако дар развивался медленно.
Когда Нерон говорил о будущей великой Анне, в его голосе звучала страсть.
– Ты предстанешь перед миром и собьешь его дыхание. Твои глаза цепляют самую сердцевину человеческих чувств. Ты бесконечно сильна, способна стереть страх и обиду, горечь и боль. Способна выпотрошить душу и создать человека заново, пробудив в нем самое лучшее. Из последнего ничтожества ты можешь создать истинного короля. Знаешь, как тебя назовут в народе?
Нерон выражался фигурально, потому что монархий на Тритари осталось всего две, однако образы великих королей, сильных и красивых, мелькали в моем сознании, наполняя будущее особым смыслом.
Лгал ли он? Конечно, лгал. Насчет красоты – точно. У меня обычные карие глаза и светлые волосы. Восхитительной красоты нет, с какой стороны ни глянь. Я так и не научилась определять, когда Нерон лжет, а когда говорит правду, но его восхищение будущей Анной поработило меня. Я старалась, днем и ночью развивала дар и позволила себе мечтать, что однажды Нерон отнесется ко мне настоящей с таким же трепетом. И полюбит меня.
Однажды во время занятий в городском парке Нерон отошел, чтобы ответить на вызов, а ко мне пристали трое парней. Не думаю, что их намерения были такими уж страшными, они просто хотели познакомиться.
Нерон налетел на них как вихрь, сметая всех троих с ног. Одному сломал челюсть, второго оставил лежать без сознания, третьего я разглядеть не успела. Нерон потащил меня прочь.
– Ты с ума сошел?! Они просто хотели познакомиться.
– Тебе было приятно?
– Нет, но ты тоже причиняешь мне неприятности!
– Только я имею на это право, – невозмутимо ответил он.
В этой фразе вся суть наших отношений.
***
Жить с Нероном было странно. Мне надоело гадать, кто он такой, да и человек ли вообще. На Тритари не признают магию, однако, когда живешь на космическом острове, допускаешь любую невозможность. Особенно если сама ты видишь ауры людей. Невидимое присутствие Нерона сопровождало меня везде. После долгих занятий я уходила в свою комнату и тут же ощущала тяжесть его ауры. Словно он не мог или не хотел со мной расстаться.
– Я знаю, что ты за мной следишь. Я чувствую твое присутствие, – призналась я однажды.