Лара Дивеева – Анна, создающая королей (страница 13)

Почему я лечу разбитые сердца? Потому что кое-что об этом знаю. Уровень «эксперт». Себе я помочь не могу, но я и не хочу избавляться от боли. Я хочу помнить о ней, но при этом жить и строить новое счастье.

Мне почти удалось. Счастье шло ко мне через разгулявшуюся непогоду, но заплутало в метели. Вместо счастья судьба послала мне Гровера Лоранса. Двадцать первого февраля в половине седьмого вечера, когда запах мясной подливы пропитал коридоры главного здания, Ангел сообщил о прибытии нежданного гостя. Такое случалось, люди заглядывали к нам из любопытства или в поисках экстренной помощи. Когда я увидела Гровера, то поняла, что ничего хорошего ждать не стоит. Принадлежность к военному ведомству была написана на этом мужчине вдоль и поперек, и он явно не страдал от разбитого сердца. Обо мне вспомнили, меня нашли и решили взять в оборот. Я поняла это по фантастически параллельным нитям его ауры, по военной выправке и по тону, с которым он произнес приветственное «Анна!». По голосу, который осел на стенах коркой льда. По шепоту пепла в камине. По исчезнувшему запаху смолы. Следовало удивиться, что ведомство не разыскало меня сразу после побега с острова. Именно они устроили мое обучение, а защиты Нерона больше не было.

В тот момент «Светлая река» перестала быть моим домом, ибо я сразу поняла, что Гровер Лоранс отнимет ее у меня. Вытолкнет меня из рая, оставляя Клаусу ненужную гостиницу странного профиля.

– Анна, дорогая, не могла бы ты уделить мне несколько минут? – Фамильярность Гровера контрастировала с военной выправкой.

Я могла позвать охранников и выдворить его на улицу, однако Нерон научил меня уважать неизбежность, поэтому я пригласила Гровера в свой кабинет и попросила секретаря принести кофе.

– Итак… Анна Росси управляет гостиницей и при этом нелегально использует перцептивные способности, – сказал Гровер, устроившись в кресле.

Мое нутро трепетало от страха, но внешне я осталась невозмутимой. Подбросив дрова в камин, возразила:

– Вас плохо осведомили, моя фамилия не Росси.

– Разве ты не замужем за адвокатом Джулиусом Росси?

Мой муж адвокат? Ох, святые силы! Трудно придумать новость хуже этой. Будем надеяться, что Джулиус не станет мне мстить.

– Я надеюсь вскоре получить развод.

– Даже так? – без усмешки отреагировал Гровер. – Как всегда, ты действуешь резко и неосмотрительно.

Я села напротив Гровера в мое любимое кресло. В нем я принимала посетителей и помогала им исцелиться. Гровер Лоранс пришел сюда, чтобы запретить мне делать то, что я люблю.

Его аура сверкала разноцветной неподвижностью, как нарисованная. С таким феноменом я столкнулась впервые. Гровер замаскирован, но кем? Как? Зачем?

– Вот уже четыре месяца, как ты скрываешься от мужа.

– Я не скрываюсь, я просто с ним не живу. Он волен… навещать меня, если захочет.

– Джулиус Росси дал другие показания.

– Неужто уже растратил деньги и теперь надеется, что у меня есть тайные счета в банке?

Гровер невозмутимо продолжал, не обращая внимания на мой сарказм. Скупой на эмоции и мимику, он казался выточенным изо льда.

– Совместно с неким Клаусом Беченом вы купили гостиницу «Светлая река», и теперь ты нелегально используешь здесь свои перцептивные способности.

Я могла бы испугаться, запаниковать, но во мне не проросло ни единой нити страха. «Светлая река» принесла мне столько счастья, что его у меня не отнять. Что бы ни сделал Гровер, он этого не изменит. Отберет гостиницу? Я буду ходить по домам клиентов. В Алтавии нет и не может быть законов, запрещающих магию. Так как магии не существует, то и запрещать нечего.

Но раз мною заинтересовались военные, значит, им что-то нужно.

– На меня работает отличный повар. Присоединитесь ко мне за ужином? Я не люблю выслушивать предложения на голодный желудок.

Ему понравилась моя невозмутимость, он чуть склонил голову в знак одобрения.

– Полагаешь, я собираюсь тебе что-то предложить?

– Вы приехали несмотря на метель, поэтому да, я уверена, что вы сделаете мне предложение. – Я упорно продолжала называть военного на «вы», отторгая его фамильярность.

– И какое предложение ты ожидаешь?

– Любое, кроме романтического.

Оставив в кабинете нетронутый кофе, я повела Гровера в ресторан. При виде меня постояльцы улыбались, спешили пожать руку и переброситься парой слов. Маленькая девочка соскочила со стула и предложила мне обмусоленную булочку.

Гровер выбрал столик у окна, подальше от постояльцев.

– Если ты пытаешься меня впечатлить, то зря. Я и так знаю, что клиенты тебя боготворят, так что зря стараешься. Ты работаешь нелегально, и благодарность клиентов тебя не защитит.

Улыбнувшись официанту, я придвинулась ближе к Гроверу, хотя нас и так не слышали.

– Хотела бы я знать, как получают лицензию те, у кого имеется несуществующий на Тритари магический дар.

– Твой дар не магия, а всего лишь сильно развитые перцептивные способности, – отмахнулся он.

– Коих тоже не существует! Они нигде не описаны, так какая может быть лицензия? И вы наверняка знаете, что заключение эксперта по дееспособности подделано. Во-первых, меня не проверяли, на то не было оснований, а во-вторых, если у меня нет дара, так о чем речь?

– Ты никогда не отличалась покладистым характером, а с возрастом, смею заметить, стала только хуже. – Гровер сверкнул злым взглядом. Потом, вздохнув, смягчился. – Прошу тебя, давай постараемся хоть раз поговорить без ссор!

Хоть раз? А когда, позвольте, была наша прошлая ссора?

Меня охватило внезапное волнение, я с трудом сглотнула слюну. Складывалось впечатление, что Гровер знает что-то важное, о чем не подозреваю я.

– Когда это мы с вами ссорились?

– Проще сказать, когда мы с тобой не ссорились! – Гровер фыркнул. – Я пытаюсь сдерживаться, но и ты меня не провоцируй.

Внимательные карие глаза, волнистые волосы с проседью. Соль, перец и горчица. Сильный, весомый взгляд, орлиный нос и переменчивая мимика, то есть, то нет. Такого мужчину не забудешь.

– Простите, Гровер, но я вас не помню.

– Что значит не помнишь? – Он поджал губы, не веря в такую нелепость. – Анна, пожалуйста, не дурачься! Я не молодею, конечно, и мы давно не виделись, но… – Гровер растрепал ладонью седеющие волосы. – Если хочешь, могу показать удостоверение, на нем снимок помоложе, – усмехнулся.

– Дело не в узнавании, а в том, что я вас вообще не знаю. Или не помню, – добавила неуверенно. – Ваше имя мне ни о чем не говорит. Когда мы познакомились?

Целую минуту Гровер разглядывал меня, колеблясь между разрушительной яростью и сочувствием.

Победило сочувствие.

– Что ты с собой сотворила, Анна? – спросил тихо. – Как ты довела себя до такого состояния? Не помнишь элементарных вещей и при этом продолжаешь работать! Ты можешь причинить вред клиентам.

Язык примерз к нёбу, но я должна была ответить Гроверу. Должна казаться невозмутимой.

– Я в полном порядке, только не помню вас, – произнесла почти по слогам.

Гровер обреченно вздохнул.

– В первый раз мы встретились в военном ведомстве после гибели твоих родителей.

Укол в сердце. Еще один. Гровер был в ведомстве, когда я познакомилась с Нероном, и сейчас я узнаю всю правду.

Февраль бросал в окно горсти ледяного риса, и я смотрела на замерзшее стекло, боясь перевести взгляд на собеседника. Если он почувствует мой интерес, то воспользуется шансом и поймает меня на крючок.

– Расскажите о нашей первой встрече!

– Анна, тебе срочно нужна помощь! – Ноздри Гровера раздулись, на его лице отразилась странная смесь гнева и жалости.

– Почему? Потому что я вас не помню?! – Очень хотелось сказать, что я и после этой встречи постараюсь о нем забыть, но я сдержалась. – Я в полном порядке, но хотела бы узнать некоторые факты о моей юности. Пожалуйста, расскажите о нашей первой встрече и о том, кто такой Нерон.

Гровер выдохнул с такой силой, что салфетка соскользнула на пол.

– Нет, Анна! Нет! Мы не станем говорить о Нероне и прочей подобной ерунде!

– Я хочу знать, кто он такой. Военное ведомство отправило меня на остров, чтобы учиться, а потом Нерон стал моим наставником…

Гровер сжал зубы, его грудь ритмично вздымалась. Поверить не могу, что несколько минут назад он казался ледяным!

– Я не потерплю твои дурацкие игры разума! – процедил гневно. – Ты заперлась в гостинице, замкнулась в своем безумии и калечишь наивных людей! А твой муж ничего не делает, чтобы это прекратить.

– Не смейте меня оскорблять! – Я повысила голос, на нас стали оглядываться. – У вас нет на это ни прав, ни оснований, – добавила громким шепотом. – Я вас не помню, но это не преступление. Я всего лишь хочу получить информацию о Нероне. Либо ответьте, либо уходите!

Я не надеялась, что так легко избавлюсь от Гровера, но попробовать стоило. Особенно потому, что от его слов меня пробрал ужас. Возможно ли, что я забыла что-то важное?

Гровер долго молчал, приходя в себя, потом сделал глубокий вдох и заговорил медленно и четко, как с несмышленым ребенком.

– Я, Гровер Лоранс, был твоим опекуном…