Лара Барох – Новая жизнь тихой Аннушки (страница 3)

– Ой, неладное ты задумала. Хозяин осерчает. Может, опосля? Завтра, например. Ну куда ты так торопишься? – причитала тетка всю дорогу до хозяйских покоев.

Но я была непреклонна.

– На свободу!

Возле уже знакомых дверей тетка опять принялась молиться. А я попросила служанку, что сидела на лавке у входа, сообщить о моем приходе.

Марка, конечно, с характером, потому как постель хозяину греет. Но лично у меня с ней никогда конфликтов не было.

– Зачастила ты сегодня… – криво усмехнулась она, но просьбу исполнила.

Постучавшись, зашла в двери, а вскорости вернулась и кивком пригласила меня войти.

Первое, на что я обратила внимание, – храмовник не ушел. На столе появился кувшин и пара бокалов. Пьют, значит. Здесь знать не употребляла чай, кофе или морсы. Только вино. Оттого, может, и жили недолго. Все же алкоголь – это яд. Никогда в рот не брала. Как тренер запретил – так и повелось.

– Ваша милость!

Вот же! Поторопилась и узнала лишь, как обращаться. А имя-то? Придется выкручиваться.

– Прочитала я письмо и завещание. Прошу вашего разрешения для себя и для тетки Ванды уехать в свои земли.

– Смотри, какая скорая. Не успела новость узнать, а уже ехать собралась, – со смешком, слегка ехидно обратился он к храмовнику. Не ко мне.

– Разбаловал ты их, ваша милость! – поддакнул тот и пригубил бокал. Собака! Меня, сироту, обокрал, еще и тявкает.

– А знаешь ли ты, сколько стоит вольная? – обратился хозяин уже ко мне.

– Никак нет, ваша милость.

– По двадцать золотых за каждую. Итого сорок, – смакуя каждого слово, произнес он.

Вот гад. Знает, что у меня есть монеты, оттого и цену такую взвинтил. Я больше чем уверена. Все хотят приложиться к наследству сиротки.

– А вольная, заверенная честь по чести, еще пять золотых, – влез храмовник.

Грабеж! Если бы не последствия… нет, к убийству я все же не готова. Хоть и знаю, как это сделать голыми руками и десятком разных способов. А что двое – так наплевать. Обездвижить – один удар. А дальше они в моей власти. Но нельзя.

Сорок пять золотых! Половина из того, чем я сейчас располагаю. Ну, твари настоящие! А какая альтернатива? Самовольно сбежать? Так выловят. Они же наверняка знают, куда мы направимся. А за побег – порка до смерти. Чтобы другим неповадно было.

– Я согласна. Вот монеты, – я тряхнула заветным мешочком.

И все быстро закрутилось. Хозяин послал Марку за пергаментом и писчими принадлежностями. Самолично написал, что дает мне и тетке Ванде вольную. Храмовник приписал, что свидетельствует об этом. Я отсчитала и отдала сорок пять золотых. Взяла бумагу и поклонилась.

– Чтобы к вечеру вас здесь не было. Чужие рты кормить не намерен.

Вот это удар на прощание. Тварь редкостная. Прекрасно же понимает, что некуда нам на ночь глядя идти.

– Мы сейчас же соберемся и уйдем.

Кланяться не стала. Много чести. Развернулась и вышла.

Глава 6

– Ну что там?

Едва я затворила за собой дверь, как тетка Ванда кинулась ко мне.

– Порядок. Мы с тобой отныне свободные люди, – я показала свернутый документ тетке.

– Пресвятая Дева! – И опять слезы лить.

– Но есть нюанс.

– А? – тетка не поняла моего словечка.

– Нам нужно уйти немедленно. Хозяин распорядился.

– Так ночь же скоро, куда мы пойдем? – прижала тетка в испуге руки к пухлой груди.

Она вообще вся такая… как невысокий бочонок на коротких ножках.

– По дороге решим, – я оглянулась на Марку, что, вытянув шею, вся превратилась в слух.

Еще бы, такое событие. Год обсуждать будут, и ей важно выведать все подробности, чтобы всем пересказать, посплетничать.

Я подхватила ничего не соображающую тетку Ванду под руку и потащила собираться.

Первое – все документы аккуратно сложила, обвязала тряпочкой за неимением пакета и сунула за пазуху. Из мешочка достала пару монет и спрятала в деревянные колодки. Они здесь вместо обуви, напоминают сабо: закрытый носок и открытая пятка. Просто сунула по монете вместо стелек и прижала ногами. Остальные – за пазуху.

Одежда здесь без прикрас. Нижняя рубаха с длинным подолом и рукавами. Сверху сарафан, который затягивается на поясе. Поэтому мои, вернее, наши, сокровища не потеряются.

Тетка связала свой сменный сарафан узлом по талии, вывернула, и у нас получился приличный мешок. Один на двоих. Потому что и добра не так много, и мне нужно руки держать свободными.

В мешок полетели две рубахи, моя и теткина, мой запасной сарафан. Тряпки, бережно хранимые теткой под ее травяным матрасом для сна. И на этом наше добро закончилось.

– Погоди, кружки да чашки возьму в кухне, – метнулась было она, но я остановила.

– Не надо нам чужого.

Вдруг начнут нас проверять на выходе по приказу хозяина? Решат, что своровали его добро, и втридорога денег сдерут. Или вообще прикажут отхлестать на конюшне. Не стоит так рисковать. Хозяин подлый, неизвестно, что ему в голову придет.

– Присядем на дорожку, – похлопала я ладонью по матрасу рядом с собой.

– А? – не поняла тетка Ванда.

– Просто сядь рядом, и помолимся, – я дала более понятное объяснение своему поступку.

– Дело говоришь. Негоже в дорогу без молитвы идти.

Пока тетка благодарила Пресвятую Деву за милость к нам, просила о заступничестве и прочее, я рассуждала, что делать.

Хорошо, если поблизости есть деревня, и мы до темноты в нее придем. Там попросимся на ночлег, надеюсь, не откажут.

А если деревни нет, то придется ночевать под деревом в лесу. Но это крайне опасно. Хозяин только с бабами, как мы, порядок навел. А на землях лихих людей видимо-невидимо. Нападают, грабят, и никто с ними не борется. Потому что на хозяйских землях сам хозяин должен поддерживать порядок. Таков приказ короля. А это надо нанять вооруженный отряд, кормить его, денег за работу платить. Дорого. Вот наш и экономит.

Я-то не боюсь открытой схватки. Но если навалится человек десять, здесь никто не устоит. А вот за тетку Ванду волнуюсь. Ну да ладно, разберемся. Главное, мы свободны и у нас впереди целая жизнь.

– Пошли, – я поднялась первая, увлекая за собой тетку.

И как в воду глядела. Едва мы вышли из служанской, как дорогу нам преградила Марка, а у нее за спиной маячили еще две служанки.

– Хозяин велел проследить, чтобы вы его добро не украли. Показывайте, что у вас в мешке?

– Да Пресвятая Дева с тобой… – начала причитать тетка Ванда.

– Покажи им, – коротко скомандовала я.

Сама же вытянула вперед пустые руки.

– Тряпки, конечно, хозяйские… – начала было Марка, но потом великодушно махнула тощей ладонью. – Так уж и быть, забирайте.

Уф! Дело ведь не в тряпках, а в самом факте. Этого я боялась больше всего. Но пронесло. Видно, и впрямь Пресвятая Дева за нас заступилась.

– Храни тебя Пресвятая Дева, – кивнула я Марке. А затем торопливо направилась к выходу.

Темными коридорами спустились по лестнице. Вышли через двери для слуг. Пересекли двор и покинули хозяйский дом. Двигались молча, слегка торопливо, как будто беспокоились, что нас остановят, вернут, невесть чего еще придумают. Но обошлось.

А уже за воротами я ощутила неимоверный подъем. Его можно сравнить только с победой на ковре. Масса эмоций переполняли меня. Первое и главное – это, конечно, сам факт свободы. Мне даже дышалось легче.