Лара Барох – Ландшафтный дизайн попаданки (страница 5)

Хм, золото – это хорошо. Его можно выменять хоть на что при побеге.

Болтовня не мешала девушкам в четыре руки растирать и скрести тое тело. Одна расплела волосы и принялась мыть мою густую шевелюру. Умело массировала кожу головы, и я прикрыла глаза от удовольствия.

Другая камешком и мыльной пеной проходила каждый сантиметр моего тела, начиная со ступней ног.

– Господин очень добр и щедр к своим наложницам. А еще ласков. – Затем та, что оттирала тело, понизила голос. – Его любимая Зука ни в чем не нуждается, а золота, что он ей подарил, не счесть.

– А кто она? Жена, наложница?

– Тс-с, говори потише. Она не любит, когда ее обсуждают. Она любимая жена.

– И как она терпит столько женщин вокруг него? – спросила я, понизив голос до шепота.

– С трудом. С ней даже шая не спорит, опасно очень.

Я навострила уши. Если дамочка отгоняет от старика наложниц, может, она поможет мне сбежать? Ей же это только на руку.

– А в чем опасность?

Но девушка осеклась и переменила тему.

– Господину нравятся пухлые девушки. А твое тело слишком худое. Тебе нужно побольше есть и спать. Тогда ты сможешь ему понравиться.

Вообще-то у меня совершенно другие планы на свою жизнь. Но перед тем как их осуществить, нужно все узнать про этот мир.

– А кем здесь женщины работают? – начала я с самого простого и сразу услышала смешки.

– Как странно ты говоришь. У нас женщины не выходят из дома. Их забота – любить мужа и рожать детей. А там, откуда тебя привезли, женщины работают?

– Я не знаю. Стукнулась головой и не помню даже свою жизнь.

– Ты не крестьянка, руками никогда не работала. Уж я в этом понимаю. Посмотри, какие тонкие и длинные пальцы, белая кожа. Ты берегла себя от солнца.

Перейдя с мытья ног на руки, девушка рассматривала меня.

– Но у тебя нет никаких украшений.

– Пираты, наверное, отобрали.

– А как ты смогла понравиться господину?

Никак не смогла! Даже усилий никаких не прикладывала.

– Он выкупил всех нас у пиратов, а меня и лекаря оставил себе. Я ничего не делала.

– Так уж прямо и не делала! – властный голос прогремел как гром среди ясного неба.

Обе девушки тут же отпрянули от меня и согнулись пополам в поклоне.

Я привстала на локтях, рассматривая обладательницу этого голоса. Бочка на коротких ножках, но лицо красивое. Миндалевидные глаза в половину лица, тонкий нос с еле заметной горбинкой, густые вьющиеся волосы, но вот тонкие губы, злобно поджатые, портили все лицо. На вид я бы дала ей лет сорок.

Одета в расшитый золотым зеленый балахон. На шее золотое ожерелье с палец толщиной, мочки ушей отвисли под тяжестью массивных серег. Браслеты звенели, когда она поправила балахон. И на каждом пухлом пальце по огромному перстню.

Я разглядывала ее, она меня. И судя по всему, пришла хозяйка. Как ее, любимая жена. Только вот зачем? Посмотреть на новое приобретение ее мужа? Оценить соперницу?

– Встань, поклонись госпоже, – шептали мне обе девушки.

Да я бы и рада, только от тепла, воды и мытья меня разморило так, что руку поднять не могу. Еще и сон волнами накатывает.

В общем, я не поклонилась. Но и она, не сказав больше ни слова, удалилась.

– Ты плохо сделала, – шептали, оглядываясь, девушки.

– Она тебя запомнит и не простит.

– Зря ты так. Считай, сама беду накликала.

– Это та, о которой нельзя говорить вслух? – уточнила я на всякий случай.

– А? – не поняли они вопроса.

– Любимая жена?

– Да, это госпожа Зука.

Ну и имечко. Язык так и чешется заменить одну букву.

– Я потом перед ней извинюсь. Сами же видите, насколько я слаба.

– Лучше вообще не попадайся ей на глаза какое-то время. Пусть немного успокоится.

Что, и впрямь такая ведьма? Ну это мы еще посмотрим. Дайте только окрепнуть.

После мытья меня обернули чистой тканью и проводили в другое помещение. Там на топчанах полулежали другие девушки и весело щебетали.

Глава 9

Я заняла пустующее место и прикрыла глаза. Устала. После водных процедур вообще не осталось сил бороться со сном.

– Ты новая наложница? – уже проваливаясь в царство Морфея, услышала я вопрос.

– Да, – с трудом даже не проговорила, а прошептала в ответ.

– Как назвал тебя господин?

– Никак. Я Велия.

– А за сколько монет тебя господин купил? Вот за Амалию он заплатил десять серебряных. – И столько гордости в голосе.

Нашли, чем хвастаться, дуры малолетние.

Я приоткрыла глаза, разглядывая девушку, что взялась меня расспрашивать. Почти ребенок. Сколько ей, лет четырнадцать? Личико совсем детское, тело белоснежное, пухлое, грудь, правда, уже на твердую двоечку. Часть девушек лежали нагишом, перекинув через бедра полосатые полотенца.

– Ничего не заплатил.

Ответом мне были вздохи сочувствия. Но на этом расспросы прекратились, и я провалилась в сон.

– Велия, днем спать запрещено. Но так как ты первый день, я не стану тебя наказывать, – шая Милфа разбудила меня.

– Девушки, почему вы не рассказали установленные правила?

Продирая глаза, я заметила, как те переглядывались. И мне показалось, что они специально затихли и дали мне заснуть, чтобы потом подставить. Уж больно красноречиво прятали они глаза.

Добро пожаловать в серпентарий!

– Пойдем, я покажу тебе твое место. – Царапнуло слух, будто меня сравнили с собакой. – Возьми свою одежду.

Шая протянула мне стопочку сложенных вещей. А сверху на них стояли кожаные сандалии. По виду все новое и чистое.

– Спасибо, шая.

Я села на топчане, в голове туман, в теле слабость. Поесть бы дали.

Потерла руками лицо, поправила полотенце, сбившееся во время сна, и, поднявшись, пошла за шаей.

Мы миновали крошечный дворик невероятной красоты. Со всех сторон его закрывали стены дома, а первый этаж был выполнен из ряда одинаковых по форме арок, опирающихся на колонны. Внутри дворика оказалась беседка, окруженная клумбами роз.

Завернув в один из проемов, занавешенных тканью, мы прошли коридором и вышли в зал.