Лара Барох – Источник силы (страница 4)

Серхио умолял женщину уехать с ребёнком в столицу, но она не могла бросить слегшего от болезни мужа. Из-за них Серхио тоже не уехал, просто не посмел бросить их второй раз. Так и попал в плен. Сразу его не убили, а вот матери его дочери повезло меньше.

На земле орденцов его ждала смерть, но он давно вверил свою жизнь Всевышнему, и сейчас молился только за дочь, которую как и его захватили в плен враги. Серхио обязан ее спасти. Вот только он совершенно не боец. А белокурая Анна… Она дерзкая, но при этом умная. А ещё она сообразительная и добрая. Благодаря ей у них появился кувшин под воду, а то что она поделилась хлебом, так это Всевышний указал Серхио на нее. И он вознес молитву благодарности за это.

Мы уже который час обреченно шли по пыльной дороге. Солнце палило нещадно, пот тек градом, вонь от наших тел привлекала мошкару и мух, которые лезли в глаза и рот. Говорить не хотелось, и я рассматривала окрестности. Ландшафт немного изменился, равнину сменили пологие пригорки, заросшие лесом. Подъемы осуществлялись нами с затруднением, а на спусках мы отдыхали.

Второй день, а нам не встретилось ни одного мало-мальского поселения. Почему? Земли здесь плодородные, климат подходящий для земледелия. Ответ напрашивался только один - орденцы, как саранча, не оставляли за собой ничего живого. Скотину и людей угоняли в рабство, а селения сжигали.

В самый разгар полуденной жары орденцы выбрали место для отдыха. Все повторилось как и накануне, с той лишь разницей, что на привале я не стала отвлекаться, а сразу повалилась на землю и заснула. Пусть нас не кормят, но сон это тоже лекарство. К тому-же же я планировала предстоящую ночь потратить на наблюдение за орденцами и попробовать перегрызть верёвку.

Разбудил меня Томас, когда охрана пришла чтобы проводить нас к воде. Желудок нещадно вопил о своем предназначении, но пришлось ограничиться водой.

Когда нас вернули на место, я вновь легла, но сон не шел и я уставилась в безбрежное небо, проступающее сквозь кроны деревьев. Высоко парили птицы, как же я им завидовала! Они свободны, могут лететь куда захотят, или сидеть на ветке и наблюдать за жизнью в лесу. Так или иначе, все мысли сводились к недостижимой, пока, свободе.

Затем орденцы засобирались в дорогу, и мы продолжили свой поход до самых сумерек. Когда сворачивали с дороги на ночлег, я усиленно изучала местность, ведь если мне сегодня повезёт, надо знать в какую сторону бежать.

– Томас. – Продвинувшись вплотную, я позвала старика. В ответ он открыл глаза и повернув голову посмотрел на меня.

Я наклонилась к самому уху и рассказала свой план, что хочу ночью перегрызть верёвку и сбежать. Томас как то странно на меня посмотрел, а потом прошептал, что отец Серхио хочет со мной поговорить. Но это возможно только когда опустится ночь, дабы не привлекать внимание.

– Он тоже хочет бежать? – Старик пристально посмотрел мне в глаза, но ничего не ответил. Только велел дождаться темноты.

Сердце бешено заколотилось, возможно уже этой ночью мы сбежим. Мысли о неудаче и гибели я гнала прочь. Просто снова и снова обдумывала план.

Я перегрызаю веревку, мы дожидаемся самое сонное время ночи - за час до рассвета и бежим. Вначале пересечем дорогу, а потом по лесу и оврагу пойдем в обратном направлении. О том, что будет дальше я не думала. Руки-ноги есть, прибьюсь к какому-либо селению или городу и буду думать о будущем. А пока все мое будущее - это свобода.

Когда стало совсем темно, ко мне, обогнув дерево, к которому мы были привязаны подполз храмовник.

– Анна. Томас сказал что ты готова с нами бежать. Это правда? – Я даже подпрыгнула на месте. Таких слов от него я не ожидала. Потом сообразила и быстро-быстро замотала головой в знак согласия.

– Бежать нам придётся впятером, я не могу оставить этих несчастных в плену. – Мне не очень нравился такой план. Одно дело три человека, а впятером это уже толпа. И как поведёт себя пышнотелая дама? Она явно благородного происхождения. Может начнёт капризничать, или командовать нами как слугами? А веревка? Я даже не уверена что смогу одну перегрызть, а здесь четыре раза придётся.

Моё молчание храмовник рассудил по своему и добавил слова, за которые я готова была броситься ему на шею. У него есть нож! Самый желанный подарок для меня!

– Поспи пару часов, когда орденцы уснут, оставив только часовых, мы сбежим.

– Да, отец Серхио. – Сердце колотилось с такой силой, что я боялась привлечь к себе ненужное внимание охраны. Какое поспи? Я глубоко дышала, чтобы унять сердцебиение и внимательно прислушивалась к звуком со стороны орденцов.

Спустя какое-то время нас сводили в кустики и к воде, потом принесли тарелку с кашей, одну на всех, а я почувствовала, что мне на колени что-то кинули. Это оказался приличный кусок хлеба. Раза в два больше чем утром.

– Томас. – Я переложила хлеб ему на колени. Пусть сам решает что с ним делать. Но старик вернул мне его со словами, чтобы приберегла на потом.

ГЛАВА 6

Я провела эту ночь в полузабытье. То проваливалась в короткий сон и тут же вздрагивала всем телом, приходя в себя. Боялась пропустить самое важное событие.

Вокруг стояла относительная тишина. Такие-же как и мы пленники спали, привязанные к деревьям. Орденцы закончив ужин разошлись по своим шатрам. Тишину нарушали только переговоры часовых да тихие стоны спящих лошадей.

Когда рядом зашевелился Томас я подскочила на месте. Пора? А в ответ услышала тихий шепот:

– Что-то не так. – Эти слова, прямо скажем, напугали меня до судороги. Я прекрасно понимала, что если нас поймают, то непременно убьют, и возможно весьма жестоким способом. Но что могло насторожить старика? По мне время было подходящее для побега. Но к мнению более опытных людей необходимо прислушиваться. Поэтому я закрыла глаза и обратилась в слух.

Первые минуты ничего не происходило, никаких новых звуков. Потом фыркнула одна лошадь, другая и послышалось как они перебирают ногами землю. Нервничают?

С другой стороны я внезапно услышала как хрустнула ветка. Это показалось странным, там только пленники, может кто перевернулся во сне? Вскоре хруст повторился и я со страху вцепилась в руку Томаса.

– Тс. – Еле слышно произнес старик. А может мне со страха почудилось? Но уже в следующий момент опять послышался характерный хруст. Как будто кто-то осторожно пробирается по лесу, стараясь остаться незамеченным.

Сердце бешено колотилось, я распахнула глаза, но ночь стояла темная, а свет звезд застревал в кроне деревьев. С открытыми глазами звуки как бы притупились, и я вновь их прикрыла. Нет, сейчас я точно могла сказать, что справа от нас, в противоположной от орденцов стороне, что-то происходит. Какие-то неясные звуки, похожие на шипение. Да и пленники как будто зашевелились. Что это?

А спустя минут десять мимо нас промелькнули черные тени. Я зажала руками рот, чтобы не закричать от страха. Кто они? Неужели воины императора? Тени углубились в сторону орденцов, я закрыла глаза, чтобы лучше слышать и вскоре услышала хрип. Потом звук, как будто на землю падает мешок. Следом кто-то вскрикнул и послышался лязгающий звук ударов оружия.

В эту же минуту все пришло в движение. Орденцы заорали во все горло, где-рядом раздался звук, похожий на горн. Мимо нас не скрываясь неслись тёмные тени, а в лагере орденцев разгорался бой.

– Анна! Быстро. – Томас одним быстрым движением перерезал верёвку, соединяющую нас и зашептал. – Не вздумай бежать, в пылу боя да в темноте могут ненароком убить. Сидим ждём.

– А кто это? – Я кивнула в сторону, откуда продолжали бежать тени.

– Наверняка имперцы, орденцы друг на друга не нападают.

– Значит мы спасены? – Я задохнулась от счастья и нахлынувших эмоций, а глаза настолько увлажнились, что пришлось их вытереть тыльной стороной ладони.

– Да, если победят наши. Помолчи, мне надо слышать. – И я тут же прикусила язык. Что значит если? Имперцы могут и проиграть сражение за нас? И тогда что? Снова плен? Нет уж. Я как и старик буду внимательно слушать, чтобы иметь возможность сбежать. Благо сейчас верёвка нас не связывает.

Со стороны дороги послышался звук скачущих коней, а мужской голос стараясь перекричать агонию схватки раздавал приказы. Сколько продолжалось сражение? Вот хоть каленым железом меня пытайте, мне казалось что вечность.

Кони орденцов били копытами и громко ржали, пытаясь разрушить загоны. На месте, где стояли шатры, в небо взметнулись столбы огня. Люди кричали, их крики переходили в хрипы и стоны. Но самым страшным был лязг оружия.

Потом как-то разом шум боя начал стихать. В свете пожаров я видела как нападающие добивали остатки сопротивления орденцев. Я наблюдала очень внимательно, боясь пропустить важное. Но сейчас я точно видела, что наши победили. И как будто в подтверждение моих слов, небо начало светлеть. На границе леса и черной полосы, сейчас отчётливо виднелось рассветное небо.

– Наши победили! – Подтвердил мою догадку Томас и от радости я повернулась к нему и крепко обняла.

– Значит свобода?

– Да девочка. – У старика в голосе промелькнули слезы. Тут уже и я не сдержалась и разревелась в голос. Вместе со слезами тело покидали страхи и пережитые унижения. Я, наверное, никогда не забуду плен, но сейчас я ощущала высшую степень счастья и свободы.