lanpirot – Товарищ "Чума" (страница 4)
— Да в порядке я…
— Головка… от буя! — Попробовал я схохмить, но задохнулся от недостатка воздуха.- Что… со мной… Рэпэр? — Попытка вдохнуть поглубже провалилась я тут же зашелся в обжигающем лающем кашле, забрызгав кровавыми каплями изо рта бледное лицо Рэпера. — Похоже… легкому трындец… — Просипел я, когда немного отпустило. — И ног… совсем… не чувствую…
— Подожди чутка, командир! — Отерев уцелевшим рукавом лицо от кровавых брызг, но только еще больше их размазав, произнес Генка. — Я тебя перевязал и промедолу[2] двойную дозу вмазал — ща полегчает! Ты только не помирай, Чума! С кем же мы долбаных отморозков кошмарить будем?
— Промедолу?.. — Я вновь захрипел, стараясь втянуть побольше воздуха в легкие.
Но напоминать Генке, что использовать этот анальгетик при угнетенном дыхании не просто не рекомендуется, в вообще запрещено — не стал. Мне, похоже, так и так труба! Отвоевался, кажись, доходяга…
— Ага, командир! Сейчас боль как рукой снимет! Чутка всего подождать. Помнишь же, как Медведю ногу оторвало? А он под промедолом сам до наших позиций дополз! Главное кровью не истечь! А мы тебя перевязали…
— А что… с остальными… «лягухами»? Не взорвались?
— А, ты тоже понял, командир, что мины оказались на сейсмодатчик «Охоты» завязаны? — спросил Генка.
— Ну…
— Дезинфектору поклон — он ведьму так удачно с траектории спихнул, что ей же НВУ и разнесло! Сдетонировала тротиловая шашка самоуничтожения на корпусе прибора!
Теперь понятно, без устройства управления остальные мины превратились в безопасные болванки. Пока мы болтали, промедол начал действовать. Боль затерялась где-то там, вдалеке. Она не ушла совсем, а лишь отступила, временно сдав позиции под действием мощного анальгетика.
Но я знал, она вернётся… Обязательно вернется и примется терзать мой многострадальный организм с удвоенной яростью. Но это потом… Для меня этого «потом» может уже и не быть… Надо использовать отпущенное мне время, чтобы позволить спастись хотя бы пацанам. Я на секунду закрыл глаза и расслабился, наслаждаясь отсутствием боли. В голове стояла звенящая пустота.
— Командир, ты чего? — Рэпер осторожно тронул меня за плечо, не дав «кайфануть». — Ты это, даже не думай…
— Отпустило… слегка… — просипел я, вновь открывая глаза.
— Ну, а я что говорил? — обрадовался он. — Сейчас мы тебя…
— Слушай… приказ… Рэпер… — Я не дал договорить своему боевому товарищу. Время работало против нас. — Подрыв… этой ловушки… не останется… без… внимания… — Хоть боль и притупилась, речь мне давалась с большим трудом. В груди что-то хрипело, свистело и булькало. А в ушах стоял звон — еще и контузия давала о себе знать.
— Понимаю, командир! — Тут же подхватил мою мысль Рэпер. — Если они таких ловушек в округе понатыкали, значит, в Тарасовке имеются куда большие силы, чем мы предполагали!
— Правильно… мыслишь… боец… — Выдохнул я. — И сейчас… они сюда… птичку[3] пришлют… а после… обязательно сами… заявятся…
— Согласен! — не стал спорить Рэпер. — Сейчас Мазилу позову, переноску для тебя сообразим, и валим отсюда…
— Вы… ухо̀дите… я… остаюсь… — безапелляционно выдавил я.
— Но, командир!
— Это… приказ… боец! — Я постарался собрать все оставшиеся силы, чтобы мой голос звучал как можно твёрже. — Оттащите меня… в какое-нибудь укрытие… Со мной… вам… не оторваться… А так… возможно… будет шанс…
— Командир, отправим Мазилу — он дойдет! А я с тобой останусь — отобьемся как-нибудь…
— Не обсуждается… боец… Идёте… вдвоём! — Я даже на локтях приподнялся, чтобы донести до Рэпера всю серьёзность ситуации. — Выполнять! — И вновь обессиленно опал на землю.
— Тихо, братва! — В кусты, где я пришел в себя, ловко занырнул Колян. — Птичка по наши души пожаловала!
Хоть в ушах у меня и продолжало звенеть, я расслышал характерный шелест воздуха, разрезаемого винтами БПЛА — геликоптера. Вражины действительно не дремали. Правда, на мой взгляд, чего-то слишком долго телились. Я бы своих бойцов за такое по головке бы не погладил! Меня за прошедшее время и оттащить в густую зеленку успели, да еще и перевязать, и обезболивающим напичкать.
А врагу нельзя давать времени, чтобы он дух перевел и с силами собрался! Его нужно кошмарить быстро, записывая, по возможности, в двухсотые! Иначе, если ты врага не заземлишь, то он тебя обязательно прикопает! И даже скупую мужскую слезу на твоей могилке не пустит. Если вообще она у тебя будет, эта могилка.
— Вот, падла, летает! — прошипел сквозь сжатые зубы Колян, наблюдая, как управляемый вражеским оператором квадрокоптер планомерно облетает место гибели Дезинфектора. — Может, снять её, командир? — Он выразительно качнул стволом автомата. — Снесу на раз, хоть я и Мазила!
— Отставить… — прохрипел я. — Пусть его… А вам уходить… пора… зеленка густая — шансы есть…
— Ты чё, Чума? — Едва не взвился на дыбки Мазила. — Мы своих не бросаем!
— Это… приказ, боец! — Я попытался сконцентрироваться, но сил оставалось всё меньше и меньше. — Оттащите меня… подальше в лес… и уё!
— Командир прав, — неожиданно пришел мне на помощь Генка. — Сейчас важно нашим сообщить обо всей этой хрени с минами.
— Так это… а как же… — опешил боец. — Найдут же… Да и кровью истечет — перевязали так себе… Нет, ты как хочешь, Рэпер, а я с командиром останусь!
— Вот, тля! — Я скрипнул зубами от непроходимого упрямства Мазилы и даже дышать от злости «ровнее» стал.
Случался за ним такой грешок — мог так рогом в землю упереться, что хоть кол у него на голове теши. Но за своих порвет и жизни не пожалеет. На собственном горбу из-под плотного минометного обстрела пацанов вытаскивал. И как же мне этих балбесов спасать, когда они к голосу разума даже не прислушиваются?
Решение пришло мгновенно: я рванул слабеющей рукой пистолет из кобуры и, подставив прохладный металлический ствол под собственный подбородок, прошипел:
— Валите нах… пацаны! По-хорошему… прошу… А не то… сейчас сам себе… башку… в хлам разнесу!
[1] МУВ (Модернизированный Упрощённый Взрыватель) — советский стандартный взрыватель времен Второй мировой войны, созданный в 1932 году.
[2] Промедол — обезболивающее средство, применяемое при ранениях и травмах, наркотический анальгетик. Входит в состав аптечки первой помощи, которой обеспечиваются все военнослужащие.
[3] Птичка — беспилотник, дрон, самолет (военный жаргон)
Глава 3
По вытянувшимся от изумления лицам своих бойцов я понял, что такого поворота никто из них не ожидал.
— Слушай, командир, не газуй! — осторожно произнес Мазила, подвинувшись ко мне поближе. — Похоже, тебе чердак здорово отшибло… Не дури, а то действительно пальнешь ненароком.
Но его хитрость не удалась, я прекрасно видел, что он примеряется, как бы половчее выдернуть у меня пистолет из дрожащей от напряжения руки. И у него получится — сейчас меня даже муха легко забодает, а не то что этот амбал-переросток.
— Да… как вы не поймете… балбесы… — Я показательно сдвинул большим пальцем «флажок» предохранителя, поставив оружие на боевой взвод. — Не жилец я… уже… Не дотащите… — Меня вновь скрутил жесточайший приступ кашля, а из горла хлынула пенящаяся кровь.
— Писец, походу! — выругался Рэпер. — Похоже, что острым осколком ребра ему легкое проткнуло, — произнес Генка, бережно и ловко выхватывая пистолет из моей ослабевшей руки. — Потащим — еще сильней пропорем. Внутреннее кровотечение окончательно доконает… И ноги не работают…
— Откинусь я… пацаны… через пару-тройку… часов… и отойду… — Наконец, кое-как справившись с кашлем, едва слышно просипел я. — Валите… уже… нашим сообщить надо… А я… тогда со спокойным сердцем… помру…
— Не по человечьи это! — прогудел Мазила, сжав кулаки до хруста. — Ведь эти твари и не похоронят же! Они даже своих-то жмуров хоронить не собираются.
— Переживу я… как-нибудь… это неудобство… — вновь попытался я схохмить, но судя по насупившемуся лицу Коляна, ему эта шутка совершенно не зашла. — Чем я лучше… Дезинфектора? — напомнил я ему про нашего погибшего товарища.
— А если всё-таки выживешь, Чума? — заикнулся Рэпер, скрипнув зубами.
— Это… уже… не ваша головная… боль…
— Вот что, командир, — наконец с тяжелым вздохом произнес Колян, вдоволь наигравшись желваками, — я тут, когда осматривался с пригорка, избушку неподалеку заприметил. Не больше километра до неё. Похоже, это уже выселки Тарасовские. Рядом с избушкой баня была, а из трубы дымок шёл…
— Думаешь, там наши подрывники засели? — Тут же среагировал на информацию Рэпер.
— Сомневаюсь. — Мотнул головой Колян. — Они бы засуетились после такого взрыва, а там только старуха какая-то из домика выползла, и всё. Предлагаю командира туда оттащить. Если уж… — он нервно сглотнул. — … помрет Чума, так может, хоть старуха эта его по-людски и похоронит?
— И вы… тут же… уходите? — уточнил я, удерживаясь в сознании из последних сил.
— Клянусь, тут же уйдем, командир! — Лупанул себя кулачиной в грудь здоровяк.
— А то еще и выживешь! — вновь оптимистически произнес Рэпер, баюкая поврежденную руку. — Мы за тобой обязательно вернемся!
— Постараюсь… — последнее, что произнес я, перед тем, как окончательно отрубиться.
В себя я пришел уже на самом подходе к одинокому подворью, стоявшему на отшибе от небольшого населенного пункта Тарасовка. Отчего хозяин избы выстроил своё жилище так далеко от основного поселения, я не представлял. Видимо, какие-то причины у него всё-таки были. Действие промедола еще не закончилось и боли практически не было.