lanpirot – Товарищ «Чума» 12 (страница 6)

С этими словами он повернулся и снова зашагал прочь, его фигура быстро растворялась в предрассветной мгле. А я остался один на краю бездонного провала, с раскалывающейся от боли головой и леденящим ужасом в душе. Он снова был прав, этот чёртов упырь!

Сжав зубы и вцепившись в последние остатки самообладания, я рванул с места, стараясь догнать ушедшего вперед Каина. Мне нужно было в Пескоройку. Она — моё убежище. Только вот каким способом можно быстро до неё добраться? Дорога-то не близкая…

Каин шагал с непостижимой для его походки скоростью. Казалось, тени сами несли его вперед, а земля сама крутилась под его ногами. Мне приходилось бежать, чтобы не отстать, и каждое движение отзывалось в висках новым ударом молота, а по телу — пронзительной болью.

— Каин! — хрипло крикнул я, едва переводя дух. — Пескоройка… Как мне туда быстро добраться, пока я не… не испепелил всё вокруг?

Он остановился, обернувшись:

— Обычными путями — никак. Тебе не хватит времени туда добраться. Ведь ты сейчас — ходячая катастрофа.

— Опять тропою лешего?

— Можно попробовать, но это тоже долго… Есть еще один способ, только еще опаснее тропы… Если ничего не получиться

— Говори, что делать⁈ — крикнул я, чувствуя, как под кожей снова закипает та самая губительная энергия. Воздух вокруг меня затрепетал, запахло озоном.

— Ты не можешь контролировать эту силу, — произнёс упырь, — но можешь ею… воспользоваться. Постарайся направить её не на разрушение, а на движение. Но будь осторожен, ведьмак — это всё равно что оседлать ураган.

— Конкретнее! — взмолился я, чувствуя, что очередной «всплеск» вот-вот вырвется наружу.

— Представь себе точку перехода. Ту самую Пескоройку. Вспомни её запах — прелой хвои, влажной земли и дым из трубы. Вспомни её духа-хранителя, старого Вольгу Богдановича, любимую жену… А теперь… разорви пространство к ней. Выпусти энергию — прожги дыру в ткани мира и шагни в неё!

— Ты хочешь, чтобы я на пустом месте сотворил самый настоящий портал?

— Да, ведьмак! Поверь, тебе это по силам!

Это было безумием. Чистейшей воды самоубийство. Но выбора не было. Я сжал кулаки, из последних сил пытаясь сдержать бьющуюся внутри энергию, и заставил себя думать о доме. Да-да, Пескоройка — это мой настоящий дом! Мысль о нем стала тем самым крючком, которым, как мне казалось, я сумел зацепится за далёкую точку в реальности этого мира. А затем в мозгу будто щёлкнуло…

Сила внутри меня вновь выплеснулась. На этот раз она не хлынула на все четыре стороны, снося всё на своём пути, а сконцентрировалась в точку передо мной. Воздух затрещал, будто рвался толстый шёлк, и передо мной, прямо на дороге, ведущей прочь от провалившегося в бездну замка, пространство разверзлось.

— Шагай! — голос Каина прозвучал как удар хлыста. — И не оглядывайся!

Я прикрыл глаза и шагнул вперед, надеясь, что через считанные мгновения окажусь в кругу семьи и друзей, вместе с которыми мы сумеем обуздать этот ужасающий по своей мощи дар. Но не тут-то было меня словно затянуло в гигантскую центрифугу, где молотило и крутило со скоростью света.

Меня швыряло из стороны в сторону, било обо что-то, и я чувствовал, как моё сознание начинает расползаться по швам от чудовищной перегрузки. Наконец меня перестало мотылять, но вместо этого опалило чудовищным огнём, словно я оказался в жерле проснувшегося вулкана. А открыв глаза, я понял, что это действительно так — вокруг меня кипела и клокотала раскалённая магма.

Глава 4

Я стоял на небольшом, едва выступающем над кипящей поверхностью камне. Жар был невыносимым, вокруг плавился камень, и дышать было нечем. Паника, холодная и цепкая, начала сжимать горло. Портал я каким-то образом создал, но он привел меня не туда. Вместо родного дома, я попал в огненную ловушку и сгорал заживо.

Я попытался открыть грёбаный портал в обратную строну, но у меня ничего не получалось. Сила отказывалась мне подчиняться, хотя бурлила во мне полноводным и бешеным горным потоком. Но обуздать это стремительный поток энергии я был совершенно не в состоянии.

Панцирь энергетической защиты, который я инстинктивно активировал в момент «прыжка», развеялся. Невыносимый жар ударил в лицо, опалил ресницы, запах сернистого газа выедал глаза. Я старался не дёргаться, чтобы не оказаться в потоке раскаленной добела жижи, которая могла за доли секунды обратить мою плоть в пепел.

Сознание начало таять, как податливый воск. Я — не Мать Змеиха, для меня такое приключение — это что-то за гранью моих возможностей. И тут сквозь оглушительное шипение и клокотание магмы до меня донесся… смех? Мне показалось, что он раздавался совсем рядом. Только кто бы мог смеяться в этом огненном пекле?

Повернув голову, я увидел того, кто мог смеяться в этом месте, раскалённом до немыслимых температур, которых не сыщешь даже в Аду. Существо сидело, скрестив ноги, на небольшом, плавающем в магме обломке скалы, и с безмятежным любопытством смотрело на меня своими огромными ясными глазами…

Оно было отдалённо похоже на человека, но явно им не являлось. Его кожа была иссечена глубокими трещинами, и в них пульсировало алое пламя. Невысокого роста, с длинными, остроконечными ушами и морщинистым, цвета вулканического камня лицом.

А вот его облик был мне до боли знакомым, словно списанным из фантастического фильма, посвященного древней саге о далекой-далекой галактике.

— Ммм… Новый гость нечасто приходит, однако. Сильный и в Силе ты, да. Но слепой, как крот. Горишь изнутри и снаружи, хе-хе-хе! — произнёс человечек, странным образом коверкая фразы.

«Да это же Мастер Йода! — пронеслось в моем перегретом сознании. — И говорит точно так же!»

Но вслух я просипел, обжигая горло, совершенно другое:

— Кто ты?

Человечек склонил голову набок, и произнес:

— Огненный я дух. Изох мне имя.

Я попытался попросить его о помощи, но лишь захрипел, обжигая горло.

— Помощь мою хочешь? — Как-то догадался местный огненный Йода. — Спросить тогда должен. Правильно спросить. Иначе, в лаве можешь искупаться, да.

Я собрал всю волю в кулак, пытаясь игнорировать боль, и выдохнул:

— Помоги… выбраться… отсюда…

Изох покачал головой, и его смех стал похож на потрескивание угольков.

— Неправильный задаёшь вопрос, однако. Не «куда», а «как» спросить должен ты. Контролировать энергию свою научиться должен. Или сгореть. Выбор твой. — Он протянул руку, и над его ладонью заплясало маленькое, послушное пламя. — Гнев свой в фокус собери и прочь отбрось. Не тушить огонь, а направлять его надо. Почувствуй поток его, однако. Ммм… Да-да. Попробуй.

Я зажмурился, сквозь пелену боли и страха пытаясь сделать то, о чем он просил. Перестать бороться с огнем. Перестать пытаться его подавить. Вместо этого — почувствовать. Ощутить каждый клокочущий поток, каждую вихревую воронку огненной энергии, что рвалась из меня, словно лава из жерла. Это было безумием. Как можно было не бороться с тем, что тебя убивает?

Но иного выбора не было. Я отпустил контроль. И тут же меня накрыло. Это был не просто жар. Это была сама ярость огненной стихии, воплощенная в потоке энергии. Гнев на самого себя, страх смерти, отчаяние от неудачи — все это пылало во мне. На мгновение я почувствовал, что даже моя душа обугливается. Но я постарался связать все эти чувства в один крепкий узел и отбросить прочь.

— Ммм… Близко ты к истине, да, — донесся спокойный голос Изоха, прорезая рёв вулкана. — Не топливо для огня твоего ищи, а стержень. Ось. Неподвижную точку в центре бури. Спокойствие где.

Я снова попытался. Отпустил всё, чем жил и чем страдал в последнее время. И в самом центре этого адского котла, среди боли и гнева, я вдруг нашел её. Крошечную, и спокойную «точку безмятежности». Та самая часть меня, которая просто наблюдала. Которая не боялась и не гневалась, а лишь констатировала факты: «Да, сейчас очень больно. Интересно, что будет дальше?»

Я ухватился за эту точку, как утопающий за соломинку. И случилось невероятное. Бешеный поток силы, который раньше рвал меня изнутри, вдруг начал обтекать эту точку, подчиняясь неведомому до сих пор порядку. Он не уменьшился — нет, он все так же был чудовищно силен. Но он больше не был безумным и неуправляемым.

— Вот так, да, вот так… — одобрительно направлял меня дух огня, так удивительно похожий на мастера Йоду. — Теперь… форму ему дай. Не портал. Слишком уж велик шажок для слепого котенка. Надорвёшься, однако. Ложку вылепи себе. Или чашу.

Ложку? Я едва не сорвался на грубую ругань. Но вовремя остановился, уловив глубинный смысл. Не надо пытаться сразу создать сложнейшую конструкцию для межпространственного перехода. Сначала — малая форма. Просто сконцентрировать энергию и придать ей знакомые очертания.

Я выдохнул и представил себе простую чашу. И энергия послушно потекла, обретая границы. Перед моим лицом, прямо в раскаленном воздухе, вспыхнул и стал плотным маленький сосуд из чистого пламени. Я протянул руку и коснулся её. Огонь больше не жёг меня. Он был во мне, и он был частью меня.

— Хе-хе-хе! Видишь? Не укрощать силу надо. Договариваться с ней. Уважать её. Она — не раб твой. Она — ты сам. — Озвучил мою догадку умудрённый наставник.

Я открыл глаза и увидел, что мир изменился. Я больше не видел просто огонь и смерть от него. Я видел узоры энергии, вихри тепла, пляшущие потоки магмы. Я видел, как пульсирует пламя в трещинах на коже Изоха. И видел собственные силы, но уже не дикого зверя, а могучего и верного друга.