Landen – Цветок и нож (страница 27)

– Я не собираюсь этого представлять, я искренне желаю ей мучений, точно таких же, как испытываю я, как испытывает Келли… – процедил Оуэн.

– Я понял, – кивнул отец – и больше не подниму эту тему, но учитывая всё то, что происходит, может тебе стоит пересмотреть приоритеты. Прокуратура, и мир закона, явно не для тебя, – мужчина развернулся, чтобы уйти. Его слова задели Оуэна, он снова начал сомневаться. Эти качели сводили с ума. Разум ему говорил, что окружающие правы, но сердце, болезненно сжимающее внутри, давало понять, что прав он.

***

Генри пришёл домой. В квартире стояла тишина, Лейлы ещё не было. Облегчённо выдохнув, он прошёл на кухню и, открыв холодильник, взял бутылку пива. Открыв, прошёл на диван и лёг. Генри надеялся, что Мич поговорит с Оуэном и тот послушает отца. Он мог понять Оуэна, потерять любимую прямо перед свадьбой, да ещё и узнать, что она была беременной, это страшно, и он не представлял, чтобы делал сам в подобной ситуации, защищал бы он тогда Джейн, попытался бы её понять? Если бы не знал, о том, как жила Джейн и что ей пришлось испытать, наверняка бы нет, но сейчас, он и правда, хотел, чтобы у Джейн всё наладилось. Мич сначала не соглашался, и его можно было понять. Просить сына простить убийцу невесты, это равносильно предательству, но к счастью для Генри, Мич понимал, если Оуэн не остановится, это навредит не только ему самому и Джейн, но и студии, и всем, кто работает в тех проектах, где участвует Джейн. На карту поставлено слишком много и не только финансов, но и жизней. Раздался характерный звонок открывание двери, и в следующую секунду, голос Лейлы разорвал тишину.

– Ты дома?

– Дома, – ответил он нехотя. По интонации вопроса, можно было понять, начнётся очередной скандал. Пройдя в гостиную, Лейла бросила на него полный злобы взгляд. – Что я сделал на этот раз? – спросил он, отпивая из бутылки.

– Ты просил отца поговорить с Оуэном, чтобы он оставил дело Джульетты? – крикнула она.

– Да, просил, – кивнул Генри. – Так будет лучше в первую очередь для него самого. Оуэну надо жить дальше. – Лейла рассмеялась.

– Ты просил об этом не из-за Оуэна и его самочувствия, ты думаешь только о своей мисс Блэк!

– Да, о ней я тоже думаю, – кивнул Генри, садясь и упираясь локтями в колени. – Им обоим нужно идти дальше.

– Ты плохо знаешь Оуэна, я называют прокурор-доберман, он всегда добивается своего и в этом тоже добьётся, и если надо, я охотно ему помогу! Очень уж хочется видеть, как эту актрисулька упекут за решётку!

– Ты настолько не уверена в себе? – Генри слегка усмехнулся, а с губ Лейлы пропала улыбка.

– Что ты сказал?

– Ты настолько не уверена в себе, что хочешь любыми способами избавиться от Джейн? – Лейла не смогла ответить на вопрос, её губы стали тонкими, руки сжались в кулаки. – Вот оно, отличие между тобой и Джейн. Она бы никогда не сделала ничего подлого. Она никогда не пыталась соблазнить меня, напротив, всегда говорит о том, что в наших ссорах виноват я, что я мало уделяю тебе внимания, поэтому ты ревнуешь…

– Хочешь сказать она лучше меня? – Генри рассмеялся.

– Ты услышала только это? – он встал и, покачав головой, пошёл в сторону ванны.

– Эй! – крикнула Лейла, на глаза женщины навернулись слёзы. – Мы ещё не договорили!

– Я устал, хочу помыться и лечь спать, давай ты продолжишь свою истерику завтра, она у тебя в любом случае круглосуточная, уверен, ничего нового я не услышу, – он зашёл в ванную и закрыл за собой дверь. Было ощущение, будто его загнали в тупик, и он не знает, как из него выбраться.

– Если она лучше меня, почему тогда ты остаёшься со мной? – прошептала Лейла, смахивая слёзы с подбородка. Миллиард раз она говорила себе, что надо прекращать, так себя вести, но каждый раз, видя рядом с Генри какую-нибудь девушку, не могла совладать с собой. Хоть и понимала, что рано или поздно ему надоесть, ничего не могла с собой поделать. Любовь к Генри была наваждением, она ни с кем не хотела делить его.

Глава 23

– Простите, что прошу о таком, – сказал Мич. После того, как поговорил с сыном, понял, что Генри был прав, такое стремление отомстить, может навредить не только Джейн и студии, но и самому Оуэну. – Я просто не знаю, что ещё сказать, чтобы он услышал меня. Быть может, если это сделаете вы, поговорите с ним…

– Да, я понимаю, – сказала Келли. – Я позвоню ему, попрошу, чтобы он приехал, но опять же, не уверена, что мои слова подействуют.

– Спасибо, я надеялся на вашу помощь. Спокойной ночи. – Мич положил трубку и тяжело вздохнул, стоило отложить телефон, как он тут же зазвонил. Увидев кто звонит, не ожидая ничего хорошего, принял вызов.

– Папа! – крикнула Лейла, и Мичу пришлось убрать мобильный в сторону.

– Что опять у вас случилось? – спросил он уставшим голосом.

– Ты уже говорил с Оуэном?

– Да, только от него, – ответил мужчина.

– Что ты сказал? Просил чтобы он закрыл дело Джейн Блэк? – мужчина промолчал – Никогда не думала, что ты сможешь меня разочаровать! – крикнула она. – Ты же знаешь насколько это важно для Оуэна!

– Я знаю, насколько это важно для тебя, в первую очередь! – Мич вышел из себя – Хватит своё личное переносить на работу! Я устал от твоих истерик и беспочвенных обвинений. Джейн ни в чём не виновата, дело закрыто, а ты, если продолжишь в таком духе, и из-за твоих фокусов пострадает студия…

– Что? – крикнула Лейла – Договаривай, что тогда будет? Уволишь меня?

– Вот именно Лейла, уволю, – в трубке была тишина, девушка явно была в шоке. – Ты моя дочь, но это дома, а на работе, я твой начальник и я могу уволить, работника который не справляется со своими обязанностями. На этом всё! Спокойной ночи, я тебя люблю.

– Я тоже люблю тебя, – ответила она обиженным тоном, но Мич был рад, что ему удалось хоть немного приструнить дочь.

***

Положив трубку, Лейла скрестила руки на груди и посмотрела на закрытую дверь ванной, от куда всё ещё не вышел Генри.

– Что ж, хорошо, раз вы все так её защищаете, мне просто надо действовать осторожней, – в голове Лейлы зарождался план.

***

Оуэн приехал к дому Келли. Он был удивлён её звонку накануне, к тому же, позвонила она уже довольно поздно, и он даже подумал, что что-то случилось, но женщина попросила приехать, и это удивило не меньше. Поскольку когда он был здесь в последний раз, Келли сама просила не приезжать. Он, конечно, сказал, что не может так поступить, что будет и дальше помогать, но стоя на пороге дома, где всю жизнь прожила Джульетта, снова ощущал воющую тоску в груди, это было тяжело. Всё ещё слишком тяжело для него. Выдохнув, поднёс палец к звонку, но так и не нажал, неожиданно вспомнился момент с Джейн, то, как он отпихнул её, как она упала в бассейн: "А что насчёт человека, который на каждом углу кричит о справедливости, но спокойно стоит и смотрит, как человек тонет? Кто ты такой? Насколько мерзок ты?" – в голове зазвучал её голос, а потом вспомнился момент в её машине, когда она была слишком близко. Горячая волна вины и омерзения к самому себе заполнила его, он крепче сжал зубы и, закрыв глаза, постарался успокоиться и выбросить это из головы. Дверь открылась и на пороге появилась улыбающееся Келли.

– Здравствуйте, – выпалил он на автомате.

– Здравствуй, – кивнула она. – Я видела, как ты подъехал, ждала, когда позвонишь, но видимо ещё слишком рано. Именно поэтому я и просила тебя не приезжать.

– Я в порядке, просто… – он отвёл взгляд, теперь он испытывал чувство вины и по отношению к Келли.

– Заходи, я приготовила персиковый лимонад, ты же его любишь? – Оуэн не сдержав улыбки, кивнул.

– Вы запомнили, – сказал он, входя в дом. Оуэн сразу заметил изменения. На стенах не висели фотографии Джульетты, были убраны её кубки и медали, а на кухне исчезла доска для посланий, на ней рукой Джульетты было написано: "Люблю тебя мам, помни об этом всегда" – она написала это в их последний визит, за неделю до того, как умерла.

– Мне тоже тяжело, – сказала Келли, заметив взгляд Оуэна. – Я убрала их, на время, лишь доску перенесла в свою комнату, – она протянула ему бокал с лимонадом. Оуэн не в силах был что-то ответить, просто понимающе кивнул и принял угощение. – Об этом я и хотела с тобой поговорить.

– Не понимаю.

– Твой отец, и я, мы беспокоимся о тебе. – Оуэн понял, что случилось.

– Вам позвонил отец.

– Его можно понять…

– Я не отступлю! – сказал Оуэн твёрдо, поставив стакан на стол. Он отошёл в сторону, не хотел смотреть в глаза Келли, не хотел быть с ней грубым, но начатый разговор не мог закончиться хорошо. – Вы, правда, считаете, что я должен перестать бороться? Неужели вы не хотите справедливости для Джульетты? – он посмотрел на женщину, мягко улыбнувшись, она подошла и положила руку ему на плечо.

– Джульетта моя дочь, одному богу известно насколько тяжело мне было растить её одной. Я вложила в неё всё, и она была лучшей дочерью, о которой я могла мечтать – на глаза Оуэна навернулись слёзы, невыносимо было слышать о Джульетте "была". – Думаешь, мне не больно? Думаешь, я не страдаю? Посмотри… – она обвела взглядом стены, которые казались голыми – Я убрала всё это, чтобы стало легче, но это не сработало, и всё же…

– Поэтому я и хочу справедливости! – сказал Оуэн. – Хочу, чтобы виновница в нашей боли была наказана. Разве справедливо то, что мы страдаем, а она живёт в своё удовольствие? – Оуэн покачал головой – Нет, я не могу, не хочу оставлять это! – Келли молчала, она видела, он на взводе, продолжать разговор было бесполезно, сейчас Оуэн не услышит никого, потому что не хочет.