Лана Воронецкая – Вернуть истинную (страница 43)

У нас вся ночь впереди.

«Приползёт» - это громко сказано. Для Эши.

Так-то сердечко подрагивает у меня в груди. И периодически замирает, потом снова пускается вскачь. В ушах так и стоят грозные слова Дориана: «Вечером поговорим».

Настаёт вечер, и я храбрюсь, выделываюсь перед Эшей:

— Куда запропастился Дориан? Он же так умолял о свидании. Просил еще один маленький шанс… Я же ему ясно намекнула, что встречусь с ним. Дам ему надежду, а потом растопчу.

Топчу ногой пол, словно это чувства Дориана.

— Вздумал чего. Увезти меня хочет. А моё согласие ему значит не нужно. Значит сам решает, за моей спиной.

Эша волнуется, вдруг включает задний ход:

— Ашара, может вы просто помиритесь? Похоже, Дориан ради тебя вообще на всё готов. Он даже с «древнейшими» больше не общается. Он не дал меня в обиду Асгару. Подрался из-за меня с ним.

Я непреклонна:

— Сначала мстя, — задираю нос, складываю руки на животе. — Потом мы с маленьким подумаем.

Я тоже сомневаюсь. Поэтому мне не нравятся слова Эши. Она подкидывает дров в топку моих метаний и переживаний.

Я стараюсь переубедить соседку:

— Ты что, передумала? Ты влюбилась, Эша? Асгар растопчет твои чувства и оставит плакать с разбитым сердечком. Не верь гаду.

Я продолжаю, практически умоляя Эшу:

— Эша, не бросай меня. Когда Дориан рядом у меня мозг отключается. Он без всякого принуждения на меня действует, как удав на мышонка. Я не могу сопротивляться, когда он меня целует. Он это прекрасно знает и обязательно воспользуется ситуацией. В смысле мной воспользуется.

Я смущаюсь. Не сомневаюсь, я ему позволю воспользоваться собой, и ситуацией, и буду получать удовольствие от близости…

Эша опять пытается меня отговорить:

— Да что Дориан тебе такого сделал?

Щёки горят, краска затапливает мне лицо, и шею.

Уж, если я перед Дорианом не признаю своей вины, то с Эшей я тем более не намерена делиться сомнениями. И я немножечко, но вру. Мне же, ведь, надо её уговорить помочь.

— Дориан лишил меня девственности, под принуждением.

Соседка округляет глаза:

— Он сделал это против твоей воли?

Я прикрываю бесстыжие свои глаза. И всё-таки признаюсь:

— Эша, мне так стыдно. Об этом никто из девочек не знает… Я сама его умоляла делать это со мной… Я же говорю, когда он рядом, у меня мозг вырубается.

А потом продолжаю обвинять:

— Дориан стёр мне память!

Опять немного привираю. Первый раз я это сделала сама… Попросила Брайли это сделать, не выяснив всё лично с Дорианом. От обиды. Когда подслушала, что его мать против меня. Когда Мариша наврала, что Дориан сделал ей предложение.

Но, мне нужна Эша и её помощь. Я продолжаю уговаривать её, опуская «мелкие» подробности.

— Ты можешь себе представить какого это, узнать, что ты беременна, но не знать от кого? Не знать, что ты вообще уже не девственница? — сжимаю кулаки. — А все те косые взгляды, когда на меня смотрели, как на гулящую девку? Ты даже представить себе не можешь, что я пережила. Хорошо, что Ландия от меня не отвернулась. Я вообще хотела наложить на себя руки.

И здесь я говорю правду. Совсем ни капельки не вру.

Эша не верит, переспрашивает:

— Как так стирать память? Это же невозможно. И вмешательство в чужую волю строго карается законом.

Я делюсь с ней информацией:

— Считается, что да, невозможно. Но на самом деле, существуют древние чары подчинения, которые ломают волю. И этими чарами владел один из дружочков Дориана. Пока не доигрался. Ведьмы отобрали их у него. А ко мне вернулась память.

Мне очень нужна поддержка Эши. Я вглядываюсь ей в лицо, заламываю руки, умоляя.

— Ты понимаешь меня, Эша? Как я могу быть с Дорианом после такого?

Вижу, что Эша почти готова согласиться, и я решаю за неё:

— Ты будешь рядом. Как только я заполучу клятвенное соглашение от Дориана, ты сразу выглянешь и заберёшь меня из его лап приставучих. Не подведи, Эша!

Эша приоткрывает ротик, чтобы возразить, но нас перебивают.

Дверной проём вспыхивает голубым порталом, раздаётся голос Дориана:

— Ашара, сердце моё, иди ко мне, моя любимая девочка.

Пришёл! Мысленно потираю ручки.

А внутри медленно, но верно разгорается пожар, желание захватывает, отключая разум. Сосредотачиваюсь на планах мести. Я выпрошу у Дориана письменное соглашение на интимный укус и поставлю на него права владения Асгара. А потом пусть Дориан делает со мной всё, что так хочет… Всё, что так я сама хочу… но не признаюсь вслух.

Мстительно улыбаюсь.

Я активирую соглашение, отомщу. Попозже. Посмотрим, как наши мальчики будут развлекаться друг с другом. Магические клятвы, данные добровольно, практически невозможно отменить.

Разглядываю тёмный провал портала. Ага, Дориан решил поговорить со мной в академском капище. Понятно, что собирается там вовсе не говорить. А заняться …делом. Кусаю губки, предвкушая.

Как обломается Дориан.

Главное, чтобы Эша не подвела.

Шепотом бросаю ей перед тем, как шагнуть в портал:

— Дориан ждёт меня в академском капище. Беги, Эша. Только не опоздай, милая.

Весь первый этаж капища отведён под просторную залу для проведения месс. На полу расставлены свечи. Очень много свечей.

Впереди по центру – алтарь. За алтарем, в редких отсветах огоньков, едва можно различить очертания статуй богов: Святой Магини Елены и три воплощения Драго – трижды единого духом. Всего четыре силуэта.

Повсюду раскиданы алые розы – целые бутоны на стеблях и много лепестков – весь пол устлан розовыми и алыми пятнышками.

Дориан решил устроить мне романтик?

Тихонечко выдыхаю. Слава Драго, он не собирается выяснять отношения и ругаться.

Мне даже совестно за свой план. Может мне передумать и перестать мстить?

Но, я уже договорилась с Эшей… Как-то нехорошо получится.

Меня подхватывает за талию Дориан, срывая с губ несдержанный вздох. Он страстно прижимает. Решил обойтись без разговоров?

Дориан тащит меня в тень балкончиков второго этажа, усаживает на столик для жертвоприношений, а сам становится вплотную передо мной. Драго милостивый, спаси и сохрани. Что мы творим? Заниматься этим перед ликом богов. Нашёл место…

Но, возражать не получается. Мне совершенно не хочется, чтобы Дориан выпустил из объятий.

Дракон начинает не со слов. Он начинает с поцелуя в шею.

Не могу ничего с собой поделать. Запрокидываю голову с тихим стоном и наслаждаюсь.

Затуманенный желанием мозг туго соображает. Из последних сил собираю мысли в кучку. Вместе со стоном получается произнести: