Лана Воронецкая – Ведьма для Архимага драконов (страница 12)

Только я кожей чувствовала, что под платьем не было нижнего белья. Ну, что за жмот. Пожалел гламурненьких трусиков из последней коллекции. Все равно, я уже их поносила, а к возврату нижнее белье не принимают! И мои панталончики не вернул. Гад. Но спрашивать об этом постеснялась –как-то неприлично.

Ой, наверное, мои веснушки тоже вернулись.

Вот что делает любовь с девушками... а я ведь гордилась своей внешностью.* До этого момента.

А теперь поджала губы в расстройстве. Вот, маг сейчас пялится на мое некрасивое лицо. Надо было послушать Белку, подкопить денег и вывести конопушки. Это он еще не видит грудь и попу, вернувшиеся к нормальным размерам. Чего он так? Отобрал все наколдованные прелести. Мотнула головой, уши отозвались тяжестью. Только сережки в ушах и остались.

Вздохнула, реплику не удержала:

-Маг дал, маг взял, -и прикусила язык. Да, чтоб меня.

-Чего я у тебя взял? –не понял мужчина напротив.

-Все, -выплюнула обиженно, -и грудь большую, и попу, -насупилась, -Волосы рыжие вернул… Наигрался?

Про себя подумала, что еще и конопушки вернул обратно, наверное. Почувствовала себя гадким утенком. А он такой… такой… такой… все, слова кончились.

Маг развеселился:

-Это ты сама все вернула обратно. Я ничего не отбирал.

Потом голос повысил. Строго так гаркнул:

-Ешь, сказал, -ткнул кусок прямо в рот.

Я резко села. Рот сам открылся, откусил и принялся жевать. Вкусно. Но обидно. От таких прелестей пришлось избавиться из-за этой молнии.

А он припечатал:

-Потом поиграем.

Ой, в животе перекатилась волна. Заработала челюстями быстрее, зажевывая смущение. Только бы краска по лицу не разлилась. А то и так некрасивая, а если покраснею, вообще, на помидор стану похожа. Тоже мне, красавица расписная. Так хотелось понравиться магу.

Говорить он мне не давал. Только я проглатывала, тыкал куском и приходилось откусывать дальше. Тогда я заговорила с набитым ртом, все еще не решаясь посмотреть на мужчину:

-А ты вернешь? Грудь, попу, волосы?

Наверное, он не расслышал. С трудом получилось жевать и одновременно говорить. Маг молчал. Что я не так сказала? Лишь бы конопушки убрал.

Свободной рукой потянулся, пропустил спутанную рыжую прядь сквозь пальцы.

Я удивилась и тайком посмотрела на нахмуренное лицо. Маг задумался. Я чуть не подавилась, когда рассмотрела его волосы, забранные в хвост. Они изменили цвет и стали совершенно седыми. Или серебристыми, точно, как его дракон. О, магинечка Елена, что я утворила! Довела бедного мага –он аж поседел. Почему-то я списала на свой счет и усиленно зажевала.

Все. Буду молчать. Опять что-нибудь ляпну. А этот маг все также задумчиво нежно провел пальцем по щеке. Я застыла. Жевать перестала.

-У тебя такие забавные веснушки.

Я проглотила недожеванный кусок, шмыгнула носом. Смеется надо мной?

-Тебе же не понравились. Ты же говорил, что их надо вывести.

-Не надо, -палец скользнул ниже, на шею, потрогал родинку.

Ну, вот. Она его тоже не устраивала. Но я не успела ничего сказать.

-Родинка тоже красивая.

Маг посмотрел мне прямо в глаза. Хорошо, что я все проглотила, а то подавилась бы. Его глаза были разного цвета: один пронзительный небесно-голубой, а другой огненно-карий с желтыми прожилками. Яркий контраст завораживал. Какое восхитительное сочетание.

Злыдень седовласый с глазами разного цвета. Вот тебе и детское проклятие... Офигеть.** Надо срочно рассказать Белке. Не может быть. Таких же людей не бывает! А он и не человек… пришла запоздалая мысль.

-Ты очень красивая, маленькая ведьмочка Вася. Только имя странное.

Я –красивая? Полегчало. Ненадолго. Пока не стал над моим именем смеяться. Вздохнула.

-Чем тебе имя Василиса-то не угодило?

-Умммм… Василиса, -протянул, растягивая слоги, пробуя на вкус. –Не по-драконьи, но так мне нравится гораздо больше.

-А самого-то как зовут? –ну, удиви меня драконьим именем. –Может скажешь, у нас мало поводов для знакомства?

Я храбрилась. Разговаривала с неуместным вызовом. Никак не получалось говорить нормально. Мне хотелось казаться старше, не ударить в грязь лицом, показать себя с хорошей стороны. Но меня кидало то в жар, то в холод, я переживала, стеснялась и несла всякую дичь.

Не может же быть, чтобы на меня обратил внимание сам дракон. А так хотелось, что аж дыхание перехватывало.

-Шаардан.

-А я слышала, как тебя Архом называли.

-Это из-за..., -запнулся, -Это ненастоящее имя. Маскировка.

И вся его внешность тоже была маскировкой? Он и со шрамом на лице казался суровым красавцем, а сейчас, с гладковыбритой ровной кожей завораживал идеальными чертами. Интересно, все драконы такие красивые?

-А куда делся твой шрам, Шаардан? –выговорила имя: необычное, чарующее, как и все в этом мужчине. –А твои глаза?

-Не нравятся? –он моргнул, на меня уставились две зеленые радужки.

Я замахала руками, он моргнул еще раз –радужки окрасились в карий цвет, потом в ярко-голубой, в желтый.

-Какие нравятся?

Он издевается? Или и, правда, хочет угодить мне? Мне? От одной мысли в груди подпрыгнуло сердечко и забилось сильно-сильно.

-Оставь, как было, -прошептала и закусила губу, а потом ляпнула:

-Почему твои волосы поседели? Это я тебя довела, да?

Разноцветные глаза вернулись и запрыгали от смеха. Шаардан громко рассмеялся:

-Верю. Ты можешь кого угодно довести до седых волос. И много уже жертв ведьмовского коварства?

А мне стало не смешно. Это была злая шутка и по больному месту. Ведьм не любили. И это мягко сказано. Их ненавидели, сторонились и боялись. И было за что.

Ведьмы питались природными стихиями, в отличие от нормальных магичек, колдующих за счет собственного резерва. Чем старше становилась ведьма, тем больше могла впитать стихийных выплесков, тем могущественнее и сильней становилась женщина.

Но за всё приходится платить. В жизни природной ведьмы мог появиться лишь один мужчина. Об этом было мало известно, но мы с Зариком перерыли тонну информации в маг.сетях, отслеживая ведьмовские судьбы.

Природа дала ведьмам силы, но и наложила запрет на посторонние связи, так широко распространенные в магических кругах.

Единственный мужчина –означало, что у ведьмы не было права на ошибку, в отличие от магичек и простых людей, которые могли пробовать разных партнеров, жить вместе без оформления брачного союза и расходиться, если надоедали друг другу.

Ведьма могла попытать счастья лишь один раз в жизни. И многие наивные ведьмочки, некоторые из которых и не подозревали о своей ведьмовской природе, поддавались на уговоры и уловки сильных магов-ловеласов, проходили инициацию, а потом оставались в одиночестве. Хорошо, если удавалось забеременеть с первой попытки. Тогда в жизни ведьмы хотя бы появлялся смысл.

Мощная связь с природными стихиями после инициации не могла компенсировать отсутствие семейного тепла и взаимной любви, на которые ведьмы были нацелены с самого рождения.

Некоторые уходили отшельничать в глубины дремучего леса, обрывая связи с людьми или начинали мстить мужчинам с горя. Естественно, со стороны ведьмы выглядели озлобленными пакостными существами, творящими зло. По сути, многие из них таковыми и являлись. Так что, персперктивки мне светили невеселые.

А тут этот красивый злыдень, да еще с разными глазами, как в детском проклятье, подначивает. Такому я точно не нужна. Кто –он, и кто я? Целый огромный дракон из легенд и я, рыжая конопатая ведьма коварная, которая до седых волос довести может. Сказал: «Поиграем». Он-то поиграет, а я останусь с разбитым сердцем на всю жизнь. Ведь, у ведьмы только один шанс на любовь.

-Почему моя девочка погрустнела? –пробасил злыдень, вытирая руку, которой скормил мне кусок мяса, о штаны.

Дух противоречия заставил расправить плечи и возразить:

-Какая я тебе девочка? Я уже совсем взрослая… -споткнулась, хотела сказать женщина. Все-таки я отыгрывала роль магички по запросу. Хотя раньше уже во всем призналась, не могла перестать, -…девушка.

-Сколько тебе лет, моя взрослая девушка?

Он насмехался. Определенно. Вон, уголки рта дергались, а смешинки так и подпрыгивали в разноцветных глазах.