Лана Воронецкая – Спор на истинную (страница 24)

Аланья прикладывает пальцы ко своему лбу в обережном жесте:

— Магинечка Елена и Драго триединый, Ашара, мне Ландия, как сестра. Если ты решилась довериться мне, то ей тем более можно рассказать любой секрет.

Одна я точно в лес не сунусь. Страх до сих пор обхватывает холодными щупальцами сердце, лишь стоит вспомнить, как я пыталась убежать от твари.

Я медленно киваю.

Подруга заваривает обещанный чай с ромашкой и отправляет Ландии по зыркалу просьбу прийти к нам прямо в комнату пораньше. Как только утром заработает внешняя магическая сеть, она получит сообщение.

Ромашка успокаивает, я засыпаю. Во сне я слышу голос Дориана. Дракон зовёт меня с тоскливым стоном, на фоне яростного рыка зверя.

Мурашки разбегаются по телу, которое жаждет его объятий и прикосновений.

Это же простой дурацкий сон.

На самом деле я ненавижу Дориана!

Но, почему тогда я думаю о нём?

Глава 15

Ашара

Жуткий хлопок вырывает из объятий сна. Голубой свет режет глаза –посреди комнаты вспыхивает проём портала.

Ни свет ни заря в нашей комнате появляется Ландия с корзинкой в руках.

Аланья сонно хлопает ресницами, пытаясь разлепить их:

— Опять ты мимо двери, Ландия. Так и удар хватить может.

Запыхавшаяся драконица выкладывает на стол выпечку. Запах ванили с корицей щекочет нос и заставляет сглатывать слюну.

— Девочки, подъём! Что у вас тут успело произойти? Сами же просили прийти пораньше. Я вам и свежий выпечки из дома захватила.

— Как вкусно пахнет, — зевая, я сползаю с кровати и тащусь к Ландии помочь накрыть на стол. Тем временем рассказываю драконице про гончую, которая преследовала меня в лесу.

Аланья тоже шлёпает к столу босыми ногами в ночной сорочке и тянется разлить чай из заварника.

Она делится своей идеей:

— Нам надо сходить в лес и проверить тень гончей, которую придушил Дориан. Ландия, может, у тебя получится отследить магический след? Ну, или хоть что-нибудь узнать об этом создании тьмы.

Глаза у Ландии тут же загораются, лицо охватывает возбуждение:

— Девочки! Мы не можем упустить такое приключение. Хорошо, что я захватила вам поесть. Не придётся тратить время на завтрак. Успеем всё провернуть до пар.

Аланья ворчит с набитым ртом:

— Дай прожевать.

А у меня вдруг пропадает аппетит. С трудом пропихиваю кусок в горло, скованное вернувшимся страхом. Выдавливаю:

— Девочки, может не надо? Мне кажется, это –плохая идея.

— Да, ладно тебе, мы же пойдём все вместе. Что может случиться?

— Ага, просто посмотрим одним глазком.

Пока мы умываемся, Ландия в нетерпении теребит портальное кольцо на пальце.

Мы впопыхах натягиваем платья, а драконица уже открывает переход:

— Выйдем на самой опушке. Надеюсь, ты помнишь дорогу, —обращается она ко мне.

Я сомневаюсь, но набираю побольше воздуха и решительно шагаю в светящийся голубым контур.

Мне кажется, что я помню каждый кустик на пути. Прекрасно помню, как кралась и пряталась за ними, пытаясь выбраться из леса незамеченной и не нарваться на брюнетистого гада, стащившего платье и, как выяснилось, не думавшего его возвращать.

— Сюда, — ныряю в заросли и выскакиваю на небольшой поляне с высокой разлапистой елью, на которую меня загнала гончая.

Следом за мной пробираются девочки.

Я озираюсь в поисках куста, под который Дориан зашвырнул тень мёртвой твари. Тянусь дрожащей рукой, приподнимаю ветки и вздрагиваю от окрика Ландии:

— Не лезь, Ашара. Осторожнее.

От неожиданности пальцы упускают ветки. Они хлестают по рукам, а я испуганно отшатываюсь.

Ландия крадётся на цыпочках, огибает меня, прикладывает палец к губам, показывая молчать. Мы с Аланьей задерживаем дыхание, боясь пошевелиться. Хотя умом я понимаю – чего бояться, если гончая мертва?

Драконица сама раздвигает зелень, а я заглядываю ей через плечо и с облегчением выдыхаю:

— Пусто.

Испытываю небольшое разочарование. Но, может и к лучшему? Чего-то девочки нагнали страху. Я ничего не знаю об этих тварях мрака, и вовсе не уверенна, что хочу знать.

Моё дыхание выравнивается, и напряжение, сковавшее грудь, ослабевает. Я делаю шаг к Ландии, и раздвигаю кустарник шире, убедиться, что там ничего нет.

Аланья пристраивается рядом, но она всё еще напряжена. Оттого шепчет:

— Не может быть, чтобы гончая исчезла так быстро. Возможно, её тень сильно истончилась. Осторожнее, девочки.

Я же падаю на колени и лезу убедиться, что там ничего нет.

Ландия хватается за мою юбку и дёргает на себя, мешая посмотреть, шипит:

— Да, стой ты. Лучше подвинься, я посвечу.

Она сама становится на колени рядом и щёлкает пальцами, выпуская огонёк.

Я что-то вижу и отшатываюсь, сталкиваясь лбом с Ландией.

При вспышке магического света контуры тени вдруг прорисовываются и становятся различимы –хотя, поломанный клок тьмы, действительно, истончился, став полупрозрачным. Магинечка, Елена! Я же чуть не задела его рукой.

Аланья тоже нагинается и дышит мне в затылок:

— Я же говорила. Ну, что, Ландия? Ты можешь что-нибудь узнать? Кто натравил гончую на Ашару?

Драконица перебирает пальцами воздух, призывая лёгкий ветерок, направляет его на мёртвое создание мрака, колышет тень, которая покрывается мутной рябью. Гончая так похожа на живую.

По моему позвоночнику пробегает холодок.

Поток воздуха, призванный Ландией, разворачивает тушку брюхом кверху. На истончённой ткани тени отчётливо мерцает чёрное клеймо.

— Не может быть, — шепчет драконица.

Она озвучивает мои мысли. Клеймо королевского двора. Человеческого королевского двора. У брата проблемы не с драконами? Его преследуют люди?

Я так удивлена, я не могу поверить в это, и проглотив страх даже наклоняюсь ниже, чтобы получше рассмотреть.

Меня одновременно ослепляет вспышка, и оглушает крик Ландии над ухом:

— Не лезь, Ашара.

Я дёргаюсь, чтобы отпрянуть и выскочить из-под куста, но тело не слушается, попав в магический поток, который закручивается вокруг меня воронкой, стремясь утащить внутрь.

Это ловушка? Сработал установленный на гончую портал? Сработал на меня?