Лана Воронецкая – Истинная проблема для дракона (страница 30)

Архимаг уносит друга Асгара, а Ландия что-то шепчет над братом, выпрямляется и расставляет руки в стороны, призывая стихию. Легкий ветерок шелестит в траве, тянется к ведьмочке, развевает ее рыжие волосы и кружит небольшим вихрем вокруг распластанного окровавленного тела молодого дракона.

Впервые вижу ведьму в деле. Завораживает.

Асгар приходит в чувства и что-то стонет. Ландия командует:

— Оборачивайся! — а сама вместе с ректором отходит от него подальше, ближе к кустам, за которыми я прячусь.

Прямо на моих глазах Асгар оборачивается.

Впервые в жизни, я вижу настоящего огромного дракона в звериной ипостаси. Белоснежный зверь лежит на земле с закрытыми глазами, поблескивая чешуёй в лунном свете. Он укладывает голову на передние лапы и размеренно дышит. От крови и следа не осталось. На чистой искрящейся шкурке не видно следов от побоев.

Я выдыхаю с облегчением. Пронесло.

Но мне приходится вылезать из кустов и тащиться с повинной, просить помощи у ректора. Я не смогу убрать подпись Асгара со свитка после того, как клятва уже активирована.

Понурив голову перед господином Луцером и Ландией, глотая слёзы, объясняю, что произошло. Как невинная шутка чуть не стоила жизни двум молодым драконам.

Ректор легко аннулирует соглашение, качает головой:

— Это переходит границы. Я сожалею, но вы отчислены, студентка Киртис.

Ландия смотрит на меня с сочувствием, но что она может против ректора? К тому же, я, действительно, виновата.

Я кусаю губы и качаю головой. Заслужила.

Ректор злится:

— Дориан со своей истинной сегодня же покинут Академию. Наконец-то, пришло постановление Драконьего Совета. Мне здесь не нужны такие страсти. И так проблем хватает.

Он разворачивается и исчезает в нормальном портале.

А я смотрю на белоснежного дракона, который приоткрыл один глаз и наблюдает. Он всё слышал? Ыыыы… Я надеялась, что мне не придётся с ним объясняться, что пока он придёт в себя, я уже буду далеко от академии. Вот, перед Асгаром мне невыносимо стыдно.

Разворачиваюсь, чтобы пойти собирать вещи. А сзади слышится тихий звериный рык и сквозь него человеческое:

— Иди сюда, Эша…

Ландия тоже зовёт меня:

— Эша, Асгар просит, чтобы ты осталась с ним. Ты же не бросишь умирающего?

Да, какой уж он умирающий? Нормально всё с ним. Я не смогу смотреть ему в глаза.

Ландия обнимает меня сзади и шепчет, просит за братца:

— Побудь с ним, пожалуйста. Ему всё еще больно, он просто не показывает.

Приходится подойти к дракону.

Он подминает меня лапой, укладывая себе под мягкий тёплый бочок. Тихо рычит:

— Никуда ты от меня не денешься, зараза. Но мы еще поговорим...

Дрожь пробегает по моему телу.

Глава 23

Это сверху у драконов чешуя, словно панцирь –непробиваемые доспехи, а вот снизу нежная кожа, покрытая пушком.

Асгар, то есть дракон, уложил меня на лапу и прикрыл тёплым телом. Не сильно, лишь подмял под бок, а моя голова осталась снаружи и дышится легко.

Только на сердце мне тяжело –чувствую, как вина придавливает изнутри.

Заснуть не получается, я лежу и тихо млею на лапе Асгара, прислушиваюсь к его дыханию, которое выровнялось, когда дракон погрузился в сон. Ему необходимо поспать, чтобы восстановить силы. Самое страшное позади и всё у него будет хорошо.

Я жду пока он заснёт посильнее, собираюсь незаметно выскользнуть и сбежать.

Соберу вещицы, оставлю их на хранение и пораньше с утра отправлюсь подальше из Академии. Надеюсь, со мной свяжутся брутальные чистокровки из чата, и я смогу их уболтать забрать меня поближе к Эмили.

Ближе к утру, когда небо светлеет, я шевелюсь, проверяя насколько крепко уснул дракон. Он не реагирует. Хорошо. Осмелев, осторожненько вылезаю из-под мягкого бочка. Мне даже удаётся сделать пару шажочков, я собираюсь припустить подальше от Асгара. Внутри всё продолжает гореть от стыда. Я не смогу с ним разговаривать. Я не могу простить себя за то, что сделала ночью, за то, что чуть не погубила дракона.

Улизнуть по-тихому не получается. Этот самый дракон успевает обратиться наглым вредным гадом, схватить меня в охапку и утащить с собой в портал. Отошёл чешуйчатый, сейчас будет претензии предъявлять.

А я… готова вымаливать прощение.

Мне хорошо на душе просто от того, что Асгар остался жив. Я понимаю, что люблю его. И хочу быть с ним, даже если нам не суждено остаться вместе.

Асгар притаскивает меня в свою комнату и шепчет:

— Дориана здесь нет. Он у Ашары. Ты же не собиралась опять им мешать, маленькая?

Стыдливо опускаю глаза в пол. Кусаю губы и выдавливаю:

— Прости…

В комнате царит полумрак, лишь пробиваются в окошко первые рассветные лучи. Асгар не включает свет. И так всё видно.

Он делает шаг назад, оставляя меня нервно мять подол юбки посреди комнаты. Дракон снимает с себя грязную порванную рубашку, отбрасывает на пол и усаживается на кровать, тянет хриплым басом:

— Этого мало, Эша… — он сглатывает и тяжело дышит, ждёт.

Не смею оторвать глаз от пола. Я принимаюсь расстёгивать пуговички на платье.

Он молча наблюдает. Не заставляет, не принуждает, но и не останавливает.

Я уже расстегнула все пуговички. Он, что так и не поможет мне? Будет сидеть и наблюдать? Я никогда раньше не раздевалась перед мужчиной. Мне очень неловко. Я медлю.

Собираюсь с духом, закрываю глаза, набираю воздуха, словно готовлюсь нырнуть глубоко под воду. И… стягиваю рукава вниз, а потом и всё платье падает к моим ногам. Я остаюсь в одной сорочке –прохладный воздух холодит кожу. Может он хотя бы обнимет?

Но я лишь слышу, как он тяжело дышит, а потом щелкает пряжка на опояске.

Асгар рассматривает меня. Я не могу снять сорочку. Как? Вот так? Он будет на меня смотреть?

Тогда он сжаливается и шепчет:

— Иди ко мне, стеснительная Эша. Я помогу.

И я иду. Подхожу ближе и продолжаю рассматривать половицы.

— Еще ближе, — он притягивает меня к себе между раздвинутых ног.

Приходится оторваться от пола, но теперь я смотрю на расстёгнутые штаны и на его возбуждение. Жмурюсь и облизываю губы, вызывая его утробный рык.

Асгар сам снимает мне сорочку, оставляя совершенно голой. Ведь панталончики он стащил с меня еще на озере. Воспоминания о том, что было после этого жгутся изнутри.

Он сжимает руками голые ягодички, притягивая еще капельку ближе, я чувствую горячие губы Асгара на своей груди и у меня перехватывает дыхание. Он водит кончиком языка вокруг соска, а потом нежно втягивает его в рот, посылая мурашки в низ живота.

Пока ласкает губами другую грудь, вызывая у меня стон, берёт мою руку и тянет себе между ног, заставляя обхватить его возбуждение. Он большой, горячий и твёрдый.

Асгар водит моей рукой вверх и вниз, показывая, как надо.

— Хочешь его в ротик, маленькая Эша?

Я знаю, что я это сделаю, но говорить об этом вслух так стыдно.

Я просто опускаюсь перед ним на колени и мне приходится открыть глаза, когда тянусь губами к тому, что ему так не терпится засунуть мне в рот.