Лана Воронецкая – Истинная для суженого (страница 2)
Думаю о Борисе.
И тут, возвращаются воспоминания вчерашней ночи. Как же Мира это устроила?
Глава 2
Мира
После ночного ужастика Мира закрылась у себя в комнате. Прильнула к запертой двери, прислушиваясь к тишине дома. Сердце все еще колотилось, адреналин бегал под кожей. Что это было? Теперь уже в спокойной обстановке, отведенной ей комнаты, она попыталась осмыслить произошедшее.
Там, на холодном чердаке заброшенного дома, она испытала букет разнообразных эмоций: страх, смешанный с возбуждением, которые ей не доводилось испытать никогда ранее в жизни, причем ни такого ужасающего страха, ни такого всепоглощающего возбуждения.
Здесь воспоминания немного путались, сплетая два таких разных чувства в нечто единое, не поддающееся осознанию. Зеркальный монстр был реален. «Был реален?» – все-таки она задавала себе вопрос десятый раз по кругу и не могла ответить утвердительно.
Что Мира знала наверняка, это то, что ничего она не подмешивала, никакую дурь не приносила с собой, вообще, это не была ее тема.
Выпить, закусить, приятно провести время с адекватными мужчинками, может не вполне свободными, но достаточно состоятельными –это да, это по ее части. Такие не «закидывались», не особо напивались, порой были нежны, и частенько щедры, но недолго. Как говорится, обременен и неопасен.
Крохи – в их понимании – перепадали Мире и оседали на ее скромном банковском счету. Она мечтала, что купит собственную квартиру, она старалась, она боролась в этом мире полном несправедливости и лжи.
Мира полезла в карман джинсов и достала блестящую побрякушку, поднесла ее к настольной лампе и стала пристально разглядывать. Браслет, возможно, золотой, может даже с драгоценными камнями.
Камни сверкали, ослепляя своими переливами в тусклом свете ночника. «Должно же и мне повезти», – подумала Мира. Странный вечер, странная вещица попала ей в руки. Мира немного нервничала, она не могла найти пробу на «произведении искусства». Вертела, пыхтела, не хотела разочаровываться. Страх давно уступил место любопытству и предвосхищению пополнения счета.
Мира подумала про Дарину и невольно передернула плечами. Вот, почему одним все и на блюдечке с голубой каемочкой, а другие бьются, бьются и ничего не выходит? И, что в ней нашел Борис? Зачем она ему, когда есть такая прекрасная и свободная Мира, готовая на все ради него? И, ведь сама же их познакомила!
Дара хочет замуж. Дара хочет семью и детишек. Правильная до невозможности! Аж противно.
– Любовь, светлая и чистая –это все бабкины сказки, дедкины подсказки, – фыркнула девушка и продолжила изучать ювелирное украшение. По крайней мере, ей хотелось думать, что оно имеет определенную ценность.
Хорошо, хоть украшение досталось ей, а не подружке-выскочке.
На чердаке, не понимая, что произошло, Мира пустила все свои силы, мысли и обаяние на успокоение девчонок. Она согласно подмигивала, поддакивала и поощряла их придумывать альтернативные версии произошедшему, а сама в это время сжимала браслет, так притягивающий ее, и стремилась остаться в одиночестве, чтобы рассмотреть его.
Воспоминания медленно вырисовывали картинку произошедшего.
Итак, Дара спасла их всех, и, пытаясь оттолкнуть истончавшуюся на глазах тень монстра, кинувшегося на нее, что-то зацепила рукой. Монстр исчез, Дара разжала воинственно сжатые кулаки, выронив молоток и что-то еще, крепко зажатое в кулак, и это что-то с глухим стуком ударилось об пол. Дара отшатнулась, толкнув странную вещицу ногой, кинулась на помощь к Ивонне. Мира неосознанно потянулась рукой к предмету, откатившемуся к ней, схватила и спрятала в карман.
Мира, завороженная красотой украшения, несмотря на то, что не нашла подтверждения его ценности, как в тумане, натянула его на руку, отставила ее подальше, полюбоваться «моей прелестью» – мелькнуло в сознании, и одновременно браслет мелькнул яркой вспышкой.
Её ослепило сияние, и она ничего не могла разглядеть, но могла почувствовать теплые объятия, нежные прикосновения. Чувство возбуждения, охватившее ее на чердаке, нахлынуло с новой силой, Мира забыла обо всем на свете: о Даре, о несправедливости жизни, о браслете, о больном плече, о страшном и ужасном чердачном монстре, кстати, почему же страшном? Вполне себе ласковом и нежном, таком притягательном и желанном. От воспоминаний стало жарко.
Кто-то нежно обнимал её. Кто-то напоминающий монстра с чердака.
Желание раствориться в нем перехлестнуло через край, и Мира уже не понимала, где кончается она, и начинается безграничное счастье. Душа парила, душа летела навстречу звездам, неслась на немыслимой скорости, все разгоняясь, стремясь превратиться в нечто, раствориться в вечности.
Рай, если он и существует, Мира была очень близко к обретению рая на земле. Яркая вспышка, темнота, и ноющая боль, пронзающая тело, уплывающее сознание. Болезненный стон, чужой яростный рык разочарования и окончательная потеря сознания.
***
В голове туман, Мира с трудом разлепила глаза, попыталась приподняться на постели –темные круги маячили перед ней, во рту пересохло, в ушах стоял гул. Тусклый свет, занимавшегося утра проникал в комнату сквозь щели неплотно зашторенного окна.
Темный силуэт кресла, развернутого к окну, вырисовывался на фоне штор. Мира простонала, кресло со скрипом повернулось, и девушка смутно различила очертания человека, вольготно развалившегося в кресле. Нога закинута на ногу, руки расслабленно покоятся на подлокотниках, голова откинута на спинку.
– Итак, что мы имеем? – раздалось ехидно в комнате. – Тебя в детстве не учили, что чужое брать нехорошо?
Мира заторможено моргала, пытаясь рассмотреть незнакомца в ее комнате. Он поднялся и небрежным жестом сдвинул штору. Она зажмурилась, ослепленная тусклым утренним светом. Странный мужчина сжалился и отошел от оконного проема.
Мира пыталась разглядеть и понять, кто это. Она сфокусировала мутную картинку и увидела очертания –высокий, влажные после душа темные волосы длиной до подбородка, непонятно во что одетый: темная рубашка с вышивкой, расстегнутая и обнажающая накаченную грудь, холщовые брюки и высокие сапоги.
– Чужое брать не только нехорошо, но и опасно… Браслет— это фамильный артефакт, принадлежащий мне по праву рождения. Он вырвался на свободу, почувствовал кого-то подходящего мне в этом мире. Слушай, это – явно не ты, – разочарованно протянул брюнет.
К Мире возвращались воспоминания прошедшей ночи, блаженство желания, смутные ощущения яркости и наполненности жизни. Она смотрела на мужчину, и понимала, что это его прикосновения заставляли ее плавиться и пылать ночью, небывалое наслаждение, всепоглощающий оргазм, неземное счастье. Чувства отразились на ее лице.
– Мне никогда не было так хорошо, – прошептала невменяемая девушка.
– Странная реакция возбуждения на мое появление, – задумчиво протянул незнакомец, – слишком сильная. Видимо, это действие артефакта, нацеленного на мою пару при переходе.
И, дальше расстроенно— раздраженно:
– Посмотри на свое состояние, эти следы на теле, да что такое с тобой? Я омерзителен! – он выплюнул слова, пропитанные отвращением к себе, передернул плечами, пытаясь скрыть эмоции.
– Все еще закончилось не так плачевно, как могло бы. Прости, мне жаль. Видимо, переход слишком сильно ослабил меня. Девушкам нелегко вынести близость со мной. И, я почти не чувствую энергетическую структуру вашего мира. Все туманно, крошечные вкрапления энергии в пространстве бытия. Мне понадобится много времени и усилий, чтобы прийти в себя и попытаться вернуться в свой мир. Прости, что сделал больно, я потерял контроль, – он проглотил застрявший ком в горле.
Помолчал и продолжил:
– Браслет служил маяком и притянул меня к тебе, я не смог удержаться. Ты была настойчива. В своем ослабленном состоянии, я не понял, что ты –это не она, – сожаление, разбавленное облегчением, промелькнуло в его словах.
– Потом ты отключилась, и я почувствовал, что она где-то рядом. Я увидел, что ты взяла вещь, не принадлежащую тебе.
Мира с недоумением оглядывала свое тело. Оно было местами покрыто легкими и не очень синяками. Она ощущала ужасную слабость и отголоски боли по всему телу, плечо саднило, на нем остался след, и нестерпимо хотелось пить.
Ночные воспоминания не вязались в общую картину с увиденным. Она перевела непонимающий взгляд на своего ночного любовника.
– Ну, здравствуй, меня зовут Тарен.
Мира прикрыла веки и медленно соображала: ночь, чердак, зеркало, монстр, браслет, Тарен. В конце логической цепочки она резко распахнула глаза и в неверии уставилась на мужчину. Ночные сцены пронеслись в голове, вызвав налет возбуждения.
Потом мозг активно заработал. Она посмотрела на мужчину со стороны: внушителен, властен и провел с ней ночь. Если подруги увидят ее с ним, она утрет им нос. Такой экземпляр отхватила! И перед Борисом с парнями не стыдно. Ее практический ум сразу начал оценивать ситуацию. Подумаешь, монстр из зеркала, а какой драгоценный браслет сейчас красовался на ее запястье.
Она посмотрела на руку, но вместо дорогого ювелирного украшения увидела всего лишь тонкий серебристый ободок, хорошо, если из серебра, а не простого железа. Тарен проследил за ее взглядом.
– Своевольная вещица –этот артефакт. Подарок мамы. Его сделал для меня мой наставник по ее заказу. Предсмертному заказу, – тихо добавил мужчина, помолчал и продолжил: