Лана Светлова – Поверенная дел некроманта (страница 39)
Эдуард распрямился, уставившись на Марка с нескрываемой ненавистью. Слабое свечение пентаграммы, не способное до конца прогнать мрак, делало его лицо призрачно-голубым и как будто мертвым.
— Что, не можешь применить свою силу, так как боишься, что пентаграмма от нее активируется, и ты окажешься в собственной ловушке? — усмехнулся Орлов. — Не пойму только, зачем тебе эти художества были нужны? Своих сил оказалось маловато, и ты захотел разжиться чужими? Сначала моими, а, когда не вышло, то Евиными?
— Если ты так ничего и не понял, то ты просто идиот, Орлов, — внезапно раздался за нашими спинами голос Старшего Инквизитора.
Андрей Романов, возникнув позади нас, держал Марка на прицеле пистолета. Рядом с ним была еще пара его самых верных инквизиторов, тоже вооруженных, и таких же фанатичных, как и их руководитель.
— Чего я не понял-то? — нарочито недоуменно спросил Орлов, покорно поднимая руки.
— Того! — заорал Старший Инквизитор. — Эта девчонка — твоя наследница! Я столько сил потратил на прекращение этого Договора! Мы с Эдуардом идеально спланировали твою смерть! Думали, что после нее Договор окажется полностью в нашей власти. Но ваша семейка просто неистребима! Обязательно выползаете снова, то ты сам, то какая-то твоя родня! Где ты только нагулял эту девку?!
— Придержи свой поганый язык, — голос Орлова обдавал арктическим холодом. — Ева не может быть моей наследницей — наше кровное родство слишком слабое.
— Ты не прав. Она и впрямь твоя наследница, — прошептала я, пораженная внезапной догадкой. — Кровное родство, может, и слабое, но вот магическое… Все дело в клятве! Марк, ты помнишь, что пообещал своему брату перед его смертью?
— Помню. Позаботиться о племяннике как о собственном ребенке… Погоди-ка… Кажется, я тоже понял…
— Именно! Для мира людей это всего лишь слова, но с точки зрения магического права такая клятва приравнивается к официальному усыновлению! Значит, дети усыновленного являются прямыми потомками усыновителя! Все сходится! Ева наследница твоих сил!
— Как же я устал от вашей семейки, — тяжело вздохнул Старший Инквизитор. — К счастью, вас мне осталось терпеть крайне недолго. Эдик, у тебя все готово?
Колдун кисло поморщился, демонстрируя отношение к собственному сокращенному имени, но ответил по делу:
— Готово.
Орлов равнодушно осмотрел законченную пентаграмму:
— Сколько же Сумеречных вы погубили ради этого рисования? И все для того, чтобы переподчинить себе силу или, если не удастся, расторгнуть Договор?
— Именно! — хмыкнул Старший Инквизитор. — Вот уж кого-кого, а Сумеречных нам не особо жалко. Парой дюжин больше, парой меньше — какая разница? Цель оправдывает средства.
Марк посмотрел на Андрея презрительно и слегка оценивающе, а затем лениво спросил в темноту:
— Таких доказательств вам хватит?
— Более чем, — из мрака вышел статный седой мужчина, еще молодой, но уже очень властный. Следом за ним как бесшумные тени материализовались крепкие ребята из Инквизиции. Их было много. Гораздо больше, чем людей у Романова. И все были вооружены.
— Федеральная Инквизиция, служба внутренней безопасности, — произнес мужчина, демонстрируя свое удостоверение. — Андрей Витальевич, опусти-ка пистолет. А ты, Эдуард, отойди от пентаграммы. Вы арестованы.
Старший Инквизитор вроде бы подчинился приказу, но в последний момент вдруг вскинул оружие. Раздался выстрел, за ним еще несколько, и тут же, как по команде, начался самый настоящий хаос. Инквизиторы вступили в бой, но, опережая их, на Романова-старшего из темноты кинулись пушистые белые клубки с безглазыми зубастыми мордами. Давние знакомые с полигона Орлова! Они атаковали Романова с яростным безумием нежити. Андрей покачнулся, падая. Друг за другом прогремели еще несколько выстрелов, но затем пушистые «кролики» облепили жертву с ног до головы, не давая подняться. Андрей истошно кричал, но никто не рисковал кинуться к нему на помощь. Потрясенные кровавым зрелищем Эдик и его помощники просто прекратили сопротивление, понимая, что они могут оказаться следующими жертвами мохнатых тварей.
Спустя некоторое время Андрей Витальевич затих, а белые пушистые клубки прыснули в разные стороны и растворились в темноте. То, что осталось от Романова-старшего, вызвало ужас даже у бывалых инквизиторов, заставляя отводить глаза в сторону.
К моей ноге испуганно прижалась освобожденная Ева. Я обняла ее, закрывая обзор своими ладонями. Не хватало еще ребенку видеть такие кошмары.
Между тем федералы уже выводили из зала Эдуарда и его сообщников.
Я нашла взглядом Марка: тот стоял с неестественно прямой спиной и кривой усмешкой на лице.
— Откуда здесь федеральная инквизиция? — с удивлением спросила я Орлова.
Он вздрогнул, будто не ожидал в этот момент услышать мой голос, но достаточно быстро взял себя в руки:
— Я их позвал. Другого пути не было — это единственная возможность вывести вас из-под удара.
— Я тебя не понимаю… — начала было я, но в этот момент молодой седовласый мужчина, видимо, руководивший операцией, подошел к Марку и сдержанно произнес:
— Марк Орлов, вы тоже арестованы. Вы обвиняетесь в неподчинении законным требованиям сотрудников Инквизиции, похищении человека, принуждении других людей к совершению противоправных действий и умышленном уничтожении регионального офиса Инквизиции.
Марк молча протянул руки, на которых в тот же момент защелкнулись блокирующие магию наручники
— Поцелуешь меня? — вдруг спросил меня он. — Или твоя правильная натура не позволяет тебе иметь дело с преступниками?
Дважды просить меня не пришлось. Я шагнула к Орлову, обхватив его за шею и зарывшись пальцами в волосы. Горячие губы нашли мои и с жаром накрыли в страстном ответном поцелуе.
Инквизитор закашлялся, намекая, что мы нарушаем кучу процессуальных норм, применяемых при задержании. Но мне было наплевать.
— Мы что-нибудь обязательно придумаем, — выдохнула я, отстранившись. — В крайнем случае, устроим тебе побег!
— Договорились, — протянул Марк, глядя на меня мгновенно потемневшими глазами. — С тобой я готов скрываться от закона сколько угодно, дорогая!
— Ну, хватит уже! — преисполнился благородного негодования от наших крамольных речей Инквизитор и, подхватив Марка под локоть, потащил прочь.
Я, обняв Еву за плечи, повела ее к выходу из здания следом за остальными.
К тому времени сражение на поляне давно закончилось, и Лика, Иван и Валера, помятые, но целые, сидели на земле под присмотром федеральных инквизиторов. Завидев арестованного Марка, они втроем вскочили на ноги, но бравые парни в черных форменных куртках решительно перекрыли им возможность приблизиться.
Сработал амулет телепортации, и над поляной засветился пространственный ход, в который и стали проводить арестованных. Перед самым порталом Марк оглянулся и, найдя меня взглядом, подмигнул на прощание. После чего сделал шаг, и скрылся в серебристом свечении.
Затем портал захлопнулся, и в заброшенном лагере наступили темнота и тишина.
Глава 42
К середине рабочего дня спальный район города будто вымер. Люди сидели по офисам, в школах еще не закончились уроки. Жизнь кипела только на стройке. Иван медленно шел по маленькому скверику, зажатому с двух сторон жилыми домами, и рассматривал возводимое здание, которое росло вверх серой бетонной свечкой. «Квартиры с видом на будущее», — торжественно сообщала рекламная растяжка перед недостроем.
Иван усмехнулся, усаживаясь на скамейку и лениво, с наслаждением, вытягивая ноги. Интересно, знали ли маркетологи, придумывавшие слоган, что окна этой жилой высотки одним из фасадов выходят на местный СИЗО? Или же это был черный и очень тонкий юмор застройщика?
— Ну здравствуй, сын, — раздался за спиной Ивана знакомый голос. Аркадий Крайнов, крепкий седой мужчина, присел на скамейку рядом, задумчиво рассматривая суетящихся под ногами голубей. — Зачем ты хотел меня видеть?
Особых эмоций от встречи он не проявлял. Аркадий Крайнов, бывший глава российской Инквизиции, не отличался эмпатией, особенно по отношению к собственному отпрыску.
— Я хотел переговорить с тобой и… попросить о помощи.
— Это даже забавно, — усмехнулся Крайнов-старший, оборачиваясь к сыну. — Вот уж не ожидал такого от тебя. Если бы обстоятельства тебя не приперли, ты бы так и не позвонил мне, верно?
— Заметь, это ты от меня отрекся. Я просто не стал выпрашивать прощения.
— Знаю. Так кто тот человек, ради которого ты наступил на горло собственной гордости и пришел просить о помощи пенсионера?
— Марк Орлов…
Аркадий Крайнов одобрительно хмыкнул:
— Я так и думал. Да уж, умеешь ты выбирать себе друзей. Марк находится в застенках Инквизиции, в отношении него проводится расследование, и, когда обвинения против него подтвердятся, ты знаешь, что его ждет…
— Казнь, — хрипло выдохнул Иван. — Мы знаем закон.
Исход ареста был вполне предсказуем. Марк взял вину на себя, защищая их от такой же участи, за что они все были ему благодарны. И очень хотели отплатить за помощь, хотя и не знали, как. От безысходности они несколько дней кисли в квартире девчонок под тяжелый рок с флешки Орлова. И только когда все возможные пути спасения Марка были отметены за нежизнеспособностью, Лика решительно протянула Ивану телефонную трубку и потребовала позвонить отцу.