Лана Светлая – Поймать тебя на крючок (страница 2)

Я уже давно не бегаю за женщинами. Статус и финансовое состояние со временем превратили именно меня в добычу, поэтому я уже как-то и позабыл это чувство азарта, когда самому приходится прикладывать какие-то усилия, чтобы заарканить девушку.

– Думаешь, она будет до победного ждать меня там? – лениво интересуюсь у Кольки, крутанувшись на кресле и поворачиваясь спиной к мониторам.

Глава 2

Друг сидит в кресле рядом и как раз прекращает разговор по мобильному.

– Да хрен его знает, – бурчит друг, вставая. – С ними вообще всё сложно.

– С ними?

– Мне сообщили, что сегодня утром заехали в отель две сестры – Дарья и Агриппина Золотовы. Пробили их. Ничего на первый взгляд подозрительного. Приехали к нам на десять дней из какого-то мухосранска. С Самылкиным пока вообще никаких пересечений, но, сам понимаешь, это ещё не показатель, что он их не нанял каким-то образом.

Чёрт, а будет обидно, если она реально засланец моего конкурента.

– Младшая из сестёр, Дарья, влезла к тебе в дом, – вещает дальше Николай. – За второй следят, и она, как мне сказали, сейчас плещется в бассейне.

Мои губы раздвигаются в ледяной улыбке, когда начбез передаёт мне распечатки с информацией на обеих.

– Веди старшенькую сестру, – отдаю приказ Николаю. – А уж потом… я займусь младшенькой. Лично.

Уже через пятнадцать минут в пентхаус заходят Николай, незнакомая девушка и двое парней из охраны отеля.

Мысленно хмыкаю.

Последних, я так понимаю, Коля подтянул для устрашения. Но, судя по наглой симпатичной мордашке, страхом даже не пахнет.

– Агриппина Михайловна, мы хотели поговорить с вами насчёт вашей сестры Дарьи.

– Где она? – чуть ли не с вызовом говорит Агриппина и делает шаг в мою сторону, приводя четверых охранников в номере в дикий напряг.

Только Колян на расслабоне, сверлит затылок девушки тяжелым пристальным взглядом.

– Я не собираюсь разводить тут с вами политес, пока ничего не узнаю о сестре, – уверенно гнёт она свою линию.

Попытку сделать ещё один шаг в сторону моей персоны пресекает мой начбез, перехватывая девчонку за талию и обездвиживая намертво.

– Вот она, – киваю на крайний монитор, на котором на повторе крутится одна и та же запись: младшая сестрёнка залазит на окно, после чего исчезает за шторой внутри домика.

Считываю по лицу этой Агриппины, что для неё действия младшенькой непонятны так же, как и мне.

– Кто вы такие? Кто вас подослал ко мне? И зачем? – требовательно начинаю закидывать Агриппину вопросами.

– Начнём с малого, мистер Х. Я даже не знаю, кто вы и ваши пёсики.

От её ответа каменное лицо моего начбеза начинает трещать по швам.

– Даже так, Агриппина Михайловна. Ну хорошо. Я – Соболев Ярослав Анатольевич. А вы от Самылкина? – впиваюсь в неё острым взглядом, пытаясь отследить узнавание названной мной фамилии.

Со стороны девушки только спокойствие и лёгкое недоумение в глазах.

Что-то одно из двух: либо она хорошая актриса, либо реально впервые слышит эту фамилию. И пока я не могу точно сказать, к какому варианту склоняюсь больше.

– Набор фамилий, которые я, к моей радости или нет, слышу впервые, – небрежно бросает она.

– Хорошо, – и прежде чем я продолжаю, она взрывается.

– А мне не очень! Если ваш пёс не уберёт от меня свои лапы, то я ему помогу это сделать.

Киваю Николаю, а самого на смех пробивает. После обзывания моего друга псом, судя по его лицу, единственное, куда он хочет убрать свои руки – это ей на шею. А уж горящий взгляд говорит о том, что следующее, что он сделает – сожмёт свои пальцы крепко-крепко, чтобы перекрыть поток речи девушки.

Хм-м… Никогда не видел, чтобы мой начбез настолько сильно заводился от пары слов, пусть и оскорбительного плана, и вот так быстро терял контроль.

– Теперь, Агриппина Михайловна, продолжим? – иронично интересуюсь я, на что она довольно скупо кивает.

– Что делает ваша сестра? – даже рукой машу в сторону монитора.

– Лезет в окно. Наверное, какая-то бабушка попросила помочь донести эти самые сумки, но потеряла ключ от домика. Идти в отель на стойку регистрации за новым и платить штраф за утерю ключей обеим было неохота и долго, ведь бабуля крайне устала, вот Даша и ринулась в пролом… открытого окна. Она у меня очень сердобольная и ответственная до жути, уж если взялась за что-то, то никогда не отступит.

В принципе мне всё понятно – сплошные сказки от Агриппины.

И вполне возможно, что несёт она этот бред специально, чтобы отвести подозрения от себя и сестры. Поняла, что что-то в их плане пошло не так. Как вариант, младшенькая просто решила его немного изменить, не поставив в известность свою старшую сестру.

У меня тоже план созрел к концу речи девушки. Единственное– бойкая старшая сестрёнка может испортить его. А это значит одно – её надо устранить на время, чтобы она, так сказать, не мешала мне играть по своим правилам в их «сказочку».

– Значит, сознаваться по-хорошему не желаете, – звучит от меня даже не вопросом.

– Ярослав Анатольевич, если честно, то я никак не хочу. Я правда не понимаю, чего именно вы от нас с сестрой хотите. Мы сегодня рано утром прилетели, заселились в номер только после обеда. И это после тяжёлого перелёта, когда вместо трёх запланированных часов мы летели почти шесть, половину из которых нас трясло или мы кружили, как говно в унитазе, над аэропортом. Вы вообще хоть немного представляете, что это такое лететь обычным экономом?! Да ещё несколько раз прощаться с жизнью?!

– Утверждаете, что не работаете на Самылкина? – изображать грозного тирана удаётся с лёгкостью.

– Горячо утверждаю. Я работаю уже три года в ветеринарной клинике Петухова Бориса Борисовича. Моя сестра работает детским психологом в центре речевого развития больше года. А это… – она машетрукой в сторону экрана. – Это сто процентов недоразумение. Она явно решила кому-то помочь.

– Вы же, надеюсь, понимаете, что теперь я не смогу отпустить вас просто так? – вкрадчиво начинаю говорить я.

– Я увидела ваше лицо и теперь должна умереть?

Глава 3

Да уж, железные нервы у этой укротительницы братьев наших меньших.

А вот у Николая нервы сдают. После её вопроса, который был сказан довольно пофигистическим тоном, он, не сдержавшись, тихо хмыкает.

– Нет. Не те времена, – на полном серьёзе отвечаю на её вопрос. – Но на несколько дней мне придётся разлучить вас с сестрой, и вы будете под моим наблюдением.

Глаза у моего начбеза становятся круглыми, как блюдца. Взглядом даю ему понять, чтобы он поддержал меня в нужный момент.

– Это вы, Ярослав Анатольевич, хорошо подметили, что не те времена. Вы сейчас собираетесь без какого-либо законного основания удерживать против воли меня и мою сестру. Это статья, – девушка чуть ли не слюной брызжет от возмущения. – Если у вас есть к нам претензии, то требую пригласить сюда полицию. Будем разбираться все вместе.

Меня начинает уже утомлять её агрессия.

Пора бы и Николаю вступить в игру.

Приподнимаю бровь и, хмыкнув, бросаю на начбеза быстрый выразительный взгляд.

– А не боишься, Агриппина, требовать? Ведь сама сказала, что не знаешь, с кем связалась, – угрожающе цедит мой друг за спиной девушки, которая тут же разворачивается к нему лицом.

– Бояться? А кого? Тебя, что ли?! – презрительно говорит она, воинственно упирая руки в бока.

О, а Николай-то поплыл.

Похоже, его дико заводит эта языкастая амазонка.

Подперев рукой подбородок, с нескрываемым интересом наблюдаю за этими двумя.

– Ну, хотя бы меня, – Николай пытается её продавить, но получается так себе, если судить по тому, что начинает твориться дальше.

– Так я хомячков не боюсь, – практически рявкает девушка в ответ моему другу.

– Кого?!

– Хомячков, – и это ненормальная хватает своими пальцами за обе щеки начбеза, оттягивая их в стороны. – Ну как вас бояться таких милых?! Вон какие глазки, круглые и блестящие, просто олицетворяющие беспомощность. А эти щёчки… прелесть, а ушки… – чуть ли в голос не ржу, когда девушка начинает оттягивать уши моему начальнику охраны. Той самой, которая в четырёх лицах тоже находится здесь и которая уже даже не скрывает широких улыбок на лице при виде такой картины. – Да ты же мой красавец!

Мда… Николай в полном охренении.

Я, конечно, тоже, но всё-таки не настолько, как мой друг.

– А ещё ты такой крупненький, упитанный крысёныш, – продолжает ласково лепетать Агриппина.