Лана Светлая – Хвостатые сводники. Это война, сосед! (страница 4)

Утро начинается просто замечательно.

Ощущаю себя прям как в какой-то рекламе: тишина, белый снег за окном, лёгкий пар от кружки, и я – стоящая у окна и наблюдающая с довольным прищуром, как красиво искрится снег во дворе.

Допив чай, иду к плите и начинаю жарить яйца. Попутно разговариваю с тостером, который работает через раз.

- Давай без сюрпризов, ладно? - шепчу я ему, нажимая рычажок. - Мне вчерашнего “соседа-снегоуборщика” хватило на неделю вперёд.

Тостер щёлкает так, будто обиделся, но работает, слава богу.

Довольно улыбаюсь, с облегчением выдохнув.

Поставив тарелку с яишницой на стол, вилку и кусочек тоста, осматриваю этот натюрморт.

Красота.

Всё идёт идеально. Почти.

Так как именно через секунду по коридору раздаётся подозрительно бодрое цоканье когтей.

Я даже не оборачиваюсь. Потому что знаю, кто пришел на запах еды.

- Марк, ты уже поел, так что можешь ничего не выпрашивать, - произношу я строго, не повышая голоса, но всё-таки оглядываясь через плечо.

Благо, кружку успела поставить на стол. А то однозначно она у меня выскользнула бы из рук при виде представшей картины.

В кухню вплывает мой домашний енот. Не идёт - именно вплывает, как человек, который уверен, что является центром вселенной и вправе опаздывать на собственное выступление.

На морде у него выражение победителя. А в лапах… что-то маленькое, рыжее и пушистое.

Я моргаю. Повторяю сиё действие, так как всё равно кажется… что мне всё это чудится. Ну или я всё ещё сплю и вижу сон.

Енот гордо поднимает добычу выше, демонстрируя мне маленького рыжего котёнка.

Котёнок пискляво мявкает и смотрит на меня круглыми глазами непонимающе и примерно также ошарашено, как и я на него.

- Что. Это. Такое, - медленно и раздельно произношу я.

Енот молчит. Эта пушистая задница смотрит на меня честными и довольными глазками, прижимая котёнка к себе. И так крепко, словно я пытаюсь отобрать у него сокровище.

- Марк, - повторяю я уже с отчаянием. - Это не плюшевая игрушка. Это не носок. Не ключи. Не моя перчатка. Не блестящая ложка. Это… живое.

Енот моргает. В его глазах четко читается "И что ?".

Я подхожу ближе, осторожно, как к мини-бомбе.

У нас есть дверь, которая выходит на задний двор. И в ней папа год назад специально для Марка сделал такую нужную и полезную вещицу. Ну знаете, как делают для собак и кошек маленькую дверцу практически у самого пола, чтобы зверье само могло выходить и заходить в дом.

Не нужно было самим постоянно открывать для него дверь, чтобы выпустить на улицу, а потом запускать. Маркуша быстро освоил, для чего эта дверца и сам выходит погулять, когда ему нужно. И заходит также спокойно.

Теперь понятно, почему я не слышала его последние полчаса. Он гулял, нашел котенка и приволок его домой.

- Откуда ты его притащил? – ага, прям он тебе так и ответит.

Енот в ответ делает звук, очень похожий на “фыр”. Это его фирменное “не лезь в мои дела”.

- Потрясающе, - говорит моё терпение и… тоже идет гулять.

Я протягиваю руки.

- Дай.

Енот отступает на шаг.

- Марк… - предупреждающе.

Он смотрит на меня так, будто я предлагаю ему отдать не котёнка, а его собственный пушистых хвост.

- Марк, клянусь, если ты сейчас не отдашь мне котёнка, я… - и зависаю.

Енот оценивает мою беспомощность и, видимо, решает проявить великодушие. С тяжёлым вздохом (да, енот умеет вздыхать так, чтобы ты чувствовала себя виноватой) он отпускает котёнка мне в руки.

Котёнок тут же устраивается у меня на ладонях, тёплый, пушистый, пахнет молоком и… чужим домом.

- Господи… - шепчу я. - Ты откуда?

Енот, как ни в чём не бывало, скачет к столу, залезает на стул и начинает деловито нюхать тарелку с яйцами.

- Нет! - резко говорю я. - Даже не рассчитывай! Это не “завтрак енота”, это мой завтрак.

Енот обиженно отводит взгляд. Сцена “меня здесь недооценивают” сыграна идеально.

Я прижимаю котёнка к груди и оглядываюсь, будто сейчас из шкафа выйдет его владелец с плакатом “верните моего ребёнка”.

И как по заказу…

Стук в дверь.

Громкий и уверенный. Такой, которым обычно стучат люди, не сомневающиеся, что их должны немедленно впустить. И желательно извиняясь.

Я замираю.

Конечно же я быстро соображаю, кто сейчас может стучать.

- Только не это, - шепчу я.

Енот поворачивает голову к входной двери и делает вид, что он вообще не при делах. Лапы чистые, морда невинная, котёнка он в жизни не видел.

- Предатель, - шепчу я ему.

Стук повторяется. Ещё настойчивее.

Я откладываю котёнка на сгиб руки и иду открывать, по пути пытаясь придумать правдоподобную легенду. Например... “котёнок сам пришёл”. Или “его принесло ветром”. Или “это вообще не котёнок, это… декоративная подушка”.

Тяжело вздохнув, открываю дверь.

На пороге стоит сосед. Сегодня без лопаты, без снега в волосах, зато с таким лицом, будто он пришёл арестовывать меня за преступление века.

Нагло заходит в дом, закрывая за собой дверь.

- Доброе утро, - отступая от него, говорю я с максимальной вежливостью. То есть через зубы. - Что-то случилось?

Он смотрит не на меня.

Он смотрит на котёнка.

И его взгляд становится таким острым и ледяным, что я почти слышу звук заточки ножей.

- А-а-а, вот ты где, – произносит сосед ледяным тоном.

- Простите? – делаю я вид, что не понимаю.

- Это мой котёнок, – отчеканивает он.

Опускаю взгляд на рыжика. Котёнок моргает, и тихое «мяу» звучит так, как будто он подтверждает слова своего хозяина.

- Ваш? – уточняю я обречённо, всё ещё надеясь, что это не так. – В смысле… ваш… вам принадлежит?

- А чей ещё? – Марк делает шаг ближе. – У меня пропал котёнок полчаса назад. Я обошёл двор, сарай, гараж. И вот… он у вас на руках.