Лана Шеган – Очарованный, околдованный, или Темная Фея для дракона (страница 28)
Валентайн вошел быстро, словно боялся, что я опять лежу тут без сознания, снял сапоги и улегся рядом, прижимаясь ко мне всем телом.
— Я верил, что ты вернёшься, Тамара.
— Зови Ассамар, — улыбнулась Валентайну, — я привыкла. Так чем все закончилось?
— Все закончилось тем, что ты потеряла сознание, — сказал дракон. Я вывесил на стене белые простыни и дождался, когда придут наши люди. Тела фей похоронили, а потом отмывали замок, лечили изможденных людей.
— Сколько прошло времени?
— Почти три месяца, — Валентайн уткнулся в мою макушку, вдыхая запах моих волос. — Лекари разводили руками, сказали, что ты просто спишь. Дед за это время пятерых сюда прислал и ответ один и тот же. Тебя поддерживали эликсирами, я верил, что ты вернёшься, как и Тая.
— Где она? — тут же спросила я, — Мне кажется, я видела во сне, как она плачет рядом со мной. Если твой кузен ее обидел, я ему оторву все, что лишнее торчит.
— Моя ты темненькая, — Валентайн поцеловал меня прямо в макушку, — Тассий сделал ей предложение, мы ждали, только когда ты очнешься.
— Хорошо, — кивнула я, утыкаясь носом в грудь Валентайна.
— Что с феями, раз ты общался с дедом, все знаешь, не тяни, дракон.
Валентайн рассмеялся, чуть спустился, чтобы смотреть в мое лицо
— Ты была права, в верхах сидели зараженные бездной. Кто-то испугался и продался, чтобы жить, кому-то угрожали жизнями родных. Нардейлы существенно проредили аристократические рода, и не только, императорский род свергнут.
— Только не говори, что это сделал дед, — попросила я Валентайна.
— Хорошо, не скажу, — Валентайн замолчал, а я и так все поняла.
— Как же легко разумные теряют свет души, — выдохнула я, — получается я теперь единственная фея в этом мире?
— Пока ты единственная, королева моя, но не думай, что император так просто это оставит. Дед еще крепкий и у него много желания изменить мир. Думаю, нас ждут сильные перемены.
— Ты сказал пока? — удивилась я.
— Драконы всегда были не прочь брать в свою постель фей, так что у всех в родах есть по капле фейской крови. Дед собрался всех младенцев проверять на возможность поменять расу. Это уже законом закреплено.
— Что-то мне это не нравится, — я нахмурилась, а дракон медленно провел по моим бровям пальцем.
— Не хмурься, любовь моя, мы теперь с тобой отдельное королевство фей. С землями, с людьми и с будущими подданными. Все феи будут после достижения совершеннолетия жить у нас.
— Сумасшедший дом, — покачала я головой, — зачем разделять?
— С дедом не поспоришь, но у нас есть еще время попробовать все исправить.
В дверь постучали, и Валентайн быстро встал, натянул сапоги и впустил в комнату плачущую Таю. Девушка поставила поднос, а потом рыдала с полчаса, рассказывая о себе и скорой свадьбы, перед этим, конечно, радовалась, что я опять с ними. Я почти доела восхитительно-жёлтый наваристый бульон с мелкими кусочками куриного мяса, когда в комнату ворвался ураган под названием Сакара.
— Ты очнулась! Почему я узнаю об этой прекрасной новости самой последней и совершенно нечаянно от слуг?! — возмущённо пищала драконицы. Тая покачала головой, с неодобрением рассматривая драконицу, а Валентайн сказал:
— Вот поэтому, ты кричишь и возмущаешься.
— Я тоже имею право первой увидеть Ассамар, — сказала Сакара и я поняла, что мир может круто изменяться, а вот драконица полна постоянства, — Дорогая, — Сакара не смотря что я сижу с ложкой, полезла обниматься, потом устроилась на кровати и стала рассказывать о себе. В общем, пока я доела, мне стало известно, что среди мужей фей, которые после обрыва связи с женами остались живы, Сакара нашла своего истинного. Не зря мне один из драконов показался знакомым, именно его я видела в своих видениях.
— Постой, а почему он тебя душил?
— Душил? — Сакара покраснела, — А как ты увидела? Ты же была без сознания! — потом девушка сдулась и посмотрела на Таю и Валентайна, которые делали вид, что ее не слушают, — Мой любимый не обрадовался, когда узнал кто его истинная, душил меня, пока сам сознание не потерял. Упрямый, — со вздохом сказала она, — Я, кстати, уезжаю, поеду за ним, сбежать от меня вздумал! — сказала, сверкнув взглядом. — Догоню, и он узнает, как меня бросать!
Я с улыбкой смотрела на драконицу, думаю у нее получится так достать дракона, что он на ней женится.
Мое состояние с каждым днем становилось все лучше и лучше. Через пару дней я раскрыла крылья и уже летала. Было странно не чувствовать Амэру, но… Я приходила к алтарю и прислушивалась к нему, стараясь понять, что теперь представляет из себя этот камень. Поняла, что он так и остался вратами в бездну, но теперь оттуда никто не сможет к нам прийти, пока не откроют дверь с этой стороны. Но думаю, дураков открывать дверь в бездну нет… нет же?
Ох, как же я не люблю эти дурацкие семейные встречи. Но род Нардейлов слишком высоко забрался, и не присутствовать на общем сборе — это не просто неуважение к старику, но и показать, что ты слабак и испугался. Дед сидел на троне, окружённый своими наложницами. Вот ему сто лет в обед, а он все такой же похотливый старый козел. Недавно родился, не знаю какой по счёту бастард. Хорошо хоть он издал закон, что наследником может быть только официально рождённый ребенок. И строго выставил очередь наследников на трон в зависимости от рождения. Так что нам, слава Исхиле, императорами быть не придется.
За двадцать лет много чего изменилось. Фей стало больше, если верить последнему отчету нас уже триста, круглая цифра. Несколько фей уже вышли замуж и родили маленьких феечек. Что примечательно я чувствую их всех. Это с одной стороны, удивительно, а с другой, я понимаю теперь, каково было королеве фей терять своих подданных, сошла с ума она не просто так. Но не буду о печальном.
— Мама, — ты прекрасна, как всегда, — сказал мне мой сын Максимилиан. Ему уже восемнадцать. Возмужал, перерос маму на четверть метра и уже отстаивает свою точку зрения у отца. Он фейр. Это было чудом, когда он родился. Первый фейр за многие тысячелетия. Дед тогда пир такой закатил и сразу стал подыскивать нашему сыну невесту. Я тогда закрылась с ним в кабинете, и орали мы там друг на друга до посинения, все равно никто под закрепами не услышал.
Сына я отбила с боем, но пришлось, сдастся, и молчать, когда к нам стали переселять феек. Земель много, желающих у нас жить тоже. Я сбросила всю политику и торговые дала на Валентайна и занималась благотворительностью, детьми которых у меня было трое, нашим домом, в котором обязательно нужно что-то ремонтировать, и разведением бесов. Наш бывший единорог исправно покрывал кобылок и иногда на свет рождались копии папочки, бесята. Нрав у него был как прежде, вредным, и сидеть на нем предоставлялось только мне и моим детям. Девочки в нем души не чаяли, а Макс обожал устраивать гонки.
— Можно и мне потанцевать с племянником, — рядом появилась Сакара и утянула Макса за собой, показав мне кивком куда-то в сторону. Я проследила за взглядом и поджала губы. Валентайна окружила целая толпа дракониц и всячески выставляя богатство, завлекательно изгибались, стараясь привлечь его внимание. Сакара хоть и была когда-то моей соперницей, теперь помогала мне отбиваться от желающих залезть к нам постель претенденток. Как это, дракон, и не имеет наложниц? Непорядок. Ну я сейчас этим кошелкам покажу. Крылья легко раскрылись за спиной, и от меня все шарахнулись в стороны. Крылья у меня сейчас большие, переливаются необычным цветом, серым талым льдом, с серебряными узорами. Королевские крылья. Увидев, что я иду к мужу, все претендентки разбежались, как от пожара. Знают, что церемонится, я не буду.
— Опять! — возмущённо посмотрела на мужа, тот улыбнулся, притянул меня к себе.
— Ты не представляешь, как тяжело отбиться от женщины, когда она желает денег и статуса. Не могу же я их бить, это не по-мужски.
Я хмыкнула.
— Зато я могу бить.
— Ты прекрасна, любовь моя!
— Паразит, но притягательный паразит, — сказала я, — Что нового узнал?
— О много чего, иногда удивляюсь, как у женщин отключаются мозги, когда перед носом блестит золото. Они готовы выболтать многое, но не будем о делах, пошли потанцуем.
Дракон взял меня за руку, и мы вышли к танцующим. Первые года я злилась, когда на Валетайна открывали охоту эти дурочки, но потом поняла, что моему дракону, никто, кроме меня не нужен.
— Тассий сегодня без Таи, — сказала я, увидев кузена.
— Ей скоро рожать, — кивнул мне Валентайн и прижал меня к себе сильнее, — не думаешь ли ты, моя королева, что пора бы и нам взяться за труды воспроизводства фей?
— Это предложение? — я зажмурилась, наслаждаясь запахом моего дракона и закусила губу, вызывая у него улыбку.
— Это предложение, — шепнул он мне на ушко, — хочу, чтобы ты показала крылья только мне.
— А я хочу, чтобы мои крылья видел только ты.
Надо ли говорить, что через девять месяцев у нас родилась третья дочь, которую я назвала Амэра. Надеюсь, у нее судьба будет лучше, чем у ее тезки. А я счастлива, в кругу родных, любящих, с осознанием того, что я не напрасно живу вторую жизнь.
Конец