Лана Шеган – Горгона. Начало пути (страница 45)

Брат был старше всего на пять лет. У темных дети взрослеют быстрее, чем у светлых. В пятьдесят дроу уже считаются совершеннолетними. У светлых этот долгожданный миг наступает в сто лет.

Брата звали Деймон, и он был наследник Властителя. Его берегли и обучали. С ним советовался отец, и ему была отдана в жены, та к которой Дим испытывал самые светлые чувства, на которые способен темный. При воспоминании о ней, прекрасной Лине грудь пробивала тоска и боль. Их первый поцелуй, первые неловкие объятья. Они были любовниками пять лет. Пока брат был в отъезде, Дим был для неё единственным. Но потом случилось непредвиденное. Невеста, наследника, погибла, и отец, не задумываясь, сосватал старшему сыну дочь своего первого министра Линисту Ялолья. Дим был в отчаянье, ревность терзала его острыми когтями. Он громил свою комнату, беспробудно пил и выгонял свою жажду крови на охоте. С Деймоном они были когда-то близки, но недолгая разлука, а затем и соперничество за любовь Линисты сделала из них врагов. Дим смог бы перенести все ради любимой, он просил её бросить все и бежать с ним из страны. Но Линиста стала другой. Не подпускала к себе, не позволяла целовать. Под конец заявила, что разлюбила Дима. Он не верил. Пытался вернуть её, дарил подарки. Ради неё принял участие в жестоком турнире на звание лучшего воина, и победил. Радостный и взволнованный бежал сказать любимой, что её имя украшает стену почета. Целый год оно будет светиться на главной площади столицы, показывая ради кого, сражался победитель. Но в комнате Линисты он увидел то, что не забудет никогда. Сплетенные тела любовников, жаркие поцелуи, страстные стоны. Дима словно облили холодной водой. Внутри все заледенело, покрылось толстой коркой стального безразличия. Лина заметила бывшего возлюбленного, но не прекратила извиваться под натиском Деймонда. Словно красуясь, она изгибала тонкое тело, призывно двигала бедрами и громко стонала, закусывая пухлую губку. При этом глаза её смотрели на Дима, холодно и вызывающе. Ну и что ты сделаешь? Словно вопрошали они. Дим просто повернулся и ушел.

В тот день беспечный веселый жизнерадостный Диамонд Харез умер. И родился другой: которого хотели и боялись; страстно желали и ненавидели; любили, но проклинали. С тех пор минуло много лет, нет не лет, столетий. Дим скитался по миру. Мор, хаос неразбериха. Он побывал во многих переделках, многое пережил. Совершал страшные поступки, о которых сейчас старался не вспоминать. Пытался вернуться на родину. Как голодный волк рыскал он вокруг своего дома не решаясь войти.

Потом, нечаянно спас юного Ридана Кирота. На него напали грабители. Спас, и решил ехать с ним в Академию магии. Дим знал очень много, по нынешним меркам, он спокойно тянул на архимага, но ему захотелось просто отдохнуть от риска и опасностей. Пожить жизнью не обремененного заботами и тяжелым прошлым, студиозом. Эти годы были самыми счастливыми в его длинной грешной жизни. Юношеский оптимизм и веселая бесшабашность студиозов передались и Диму. Все реже ему хотелось, кого — то убить, все чаще он вспоминал родных, и желал вернуться домой. И вот последний экзамен, который Дим сдал шутя. И просьба Ридана помочь в таком деликатном деле, как свадьба. Слишком далеко друг от друга жили влюбленные, раз расставшись, они, могли уже никогда не встретиться. Ридан был благородным, с возвышенными помыслами и добрыми намерениями гномом. Сколько раз Диму приходилось заступаться за юношу, улаживать дела, о которых гном даже не имел представление, потому что Дим оберегал его тонкую натуру от проблем. Очень хотелось Диму, что бы Ридан оставался уверенным в доброту и в мир во всем мире. Иногда проскальзывала мысль, что Дим делает не правильно. Каждый должен идти своим путем и учиться на своих ошибках, но уже не мог бросить все на полпути. Поездка домой была отложена на неопределенное время и друзья, снарядив караван, пустились в путь. Поместье Лион, в котором жила княжна встретила тишиной. Старик привратник объяснил, что уехали господа и весь клан к новому месту жительства. Сник Ридан, но от своего не отступил. Опять несколько недель пути. Кислая физиономия гнома уже порядком осточертела, и Дим решился на перемещение внутрь дворца. Попросил у гнома вещицу невесты и моля богинь, чтобы она была одета и не спала, начертил сложную руну перемещения. Удивленный взгляд друга, который, впрочем, не стал задавать вопросов. Княжна не спала, она испуганно вскрикнула и упала в обморок. Фрейлины подняли страшный визг. Пришлось срочно заклясть безмолвием. Пока испуганные гномки приводили в сознание свою госпожу, Ридан представился и попросил не пугаться. Гномки поверили сразу, ведь каких-то полчаса назад госпожа с подругой говорили о молодом гноме Ридане. Скоро пришла в себя Бригитта и с радостным воплем повисла на шее любимого. Вкратце было рассказано о причине, по которой приехали друзья. Ридан упал на одно колено и произнес витиеватое предложение. В руках блеснул золотой браслет. Знак невесты. И потом сбивчивые признания молодых, из-за которых закапали слезы радости у гномок, и перекосилось от нетерпимости лицо дроу. Когда закончилась еще одна фаза любовного приключения, все, наконец, успокоились и стали решать, как сообщить столь радостную весть брату невесты и по совместительству опекуну. Бри сказала, что подключит свою подругу, на нее Дроб Среброрукий точно кричать не будет, а может даже выслушает и сначала подумает, прежде чем хвататься за свой знаменитый топор. Гномка послала свою фрейлину за подругой, а сама опять обратила свое внимание на красневшегося от переполнявших его чувств Ридана. Дим не смог долго терпеть их воркование. Вышел наружу из покоев и со злостью рыкнул. Куда спрашивается, влез? Задавал он себе один вопрос. Сидел бы себе сейчас в самом известном ресторане Игнора, потягивал, лучшие вина и продумывал свое возвращение домой. Отец давно умер, его место занял Деймон. Линиста недолго была женой брата. Умерла при родах. Ходили сплетни, что её отравили, но факт остается фактом, уже многие столетия, та, из-за которой он когда-то чуть не убил брата, давно мертва. Деймон не раз присылал магические письма. Просил вернуться домой. Но блестящие шарики посланий улетали без ответа. За своими думами Дим не заметил, как ушел от покоев княжны. Оглянулся, большой зал. Было видно, что мебель новая. Конечно не роскошная, но добротная и удобная. Мимо проскочила фрейлина, которую посылали за подругой княжны. Гномка раскраснелась и поблескивала хитрыми глазками. Дим решил идти за ней, вдруг на него стража наткнется. Он, еще не представлен князю, гостевого знака не имеет. Стража с такими не разговаривает, но что- то его остановило. Он повернулся и успел подхватить падающую в его объятья девушку.

Опять она перед глазами. Недовольный подскочил с дивана, опрокинул еще один стаканчик гномьего спирта. Не за бабами он сюда приехал. Нужно скорей домой возвращаться. Решать все дела молодого гнома и в путь. Не близкий и опасный. 

37 глава

Были были у меня такие моменты в прошлой земной жизни. Когда тихая апатия поедает изнутри и хочется просто тишины. Даже одинокие мысли не задерживались в голове. Пусто. Не знаю, что больше меня доконало. То, что я вела себя как последняя дура, вешаясь на первого встречного дроу. Или то, что он обращался со мной как с последней тварью. Не знаю наверно все сразу. Я считала, что толстая броня охраняет мое сердце от таких переживаний. И теперь просто не могла поверить, что одного взгляда на избранника хватило, чтобы превратиться в озабоченную похотливую самку. Жжуть! Когда Ноярис рассказывал о избранниках горгон я считала он шутит. Ну не может такого быть, чтоб сразу, берите я ваша. И вот же, кушайте с гарниром и подливкой. Ветер в ушах говорил, что Танк развил приличную скорость. Я почти не смотрела по сторонам, слезы злости застилали глаза. Иногда крупные капли слетали от порывов ветра, но в основном катились солеными ручьями по лицу. Осенний холод пробирал до костей, не спасала даже кожаная, с меховой подкладкой, жилетка.

Нужно уезжать в Киприяс. Это был сейчас единственный выход для меня. Было противно думать, что слабость к дроу превратить меня в его безропотного рабу. Но как все объяснить другим: Дробу, Марцелу, Бри. Я передернулась от отвращения вспоминая сцену в комнате темного и в тоже время где-то внутри разлилась сладким теплом неутоленная страсть. О боже! Если меня даже при мысли о нём так колбасит, что будет, когда он рядом. Мое внимание переключилось на маленький шарик ярко синего цвета. В темноте он был виден хорошо и направлялся в мою сторону. О-ё запоздало крикнула я, но Танк уже поворачивался, стараясь избежать столкновения с непонятно откуда взявшимся заклинанием. Синенькая смерть была напичкана мощной силой. Запоздалое раскаянье меня не спасет и поэтому я со всей доступной мне быстротой плела мощный щит. Думать о том, что плетение довольно сложное и до этого мною не виденное, не было времени. Смерть реально наступала на пятки. Плетенка завершена, питаю её силой и нас накрывает переливающееся чудо. Я даже залюбовалась своей работой. Понятно кого опять придётся благодарить. Камень во лбу заметно нагревается. Э-эй. Я конечно благодарна, но не до такой степени. Тепло пропало. Так, обернулась, заклинание немезидой скользит вслед. Странное надо сказать оно. Не понятно, кто его создатель. Любой маг: темный или светлый, стихийник или разумник, — оставляет свой магический след. Как запах. В данном случае я не видела и не чувствовала магический след. Лишь один раз я видела такое заклинание, когда просыпался Амраахас.